Чтение онлайн

Борьба с Махно, ввиду слабой численности группы генерала Слащова, не давая решительных результатов, принимала все более затяжной характер.

Левый фланг Добровольческой армии через район Константинограда быстро отходил на юго-восток, и связь войск с Добрармией все более нарушалась, грозя образовать широкий прорыв и открыть доступ к Крыму.

В то же время широкой волной развивалось повстанческое движение на правом берегу Днепра, захватившее районы Черкасс, Чигирина, Кременчуга, Кривого Рога, Березнеговатого и Висунского, а также районы Умани. Движение это создавало угрозу тылу войск Киевской области и быстро приближало момент полного разрыва железнодорожной связи между Правобережной Украиной [471] и Северной Таврией (линия Долинская - Кривой Рог - Александровск были в руках Махно и повстанцев, а линия Бобринская - Знаменка - Екатеринослав проходила через район, уже давно окруженный сетью повстанческих организаций, и, кроме того, мост у Екатеринослава был основательно разрушен махновцами).

Усилия красных, давивших на войска Киевской области с севера, явно клонились к форсированию Днепра на участке Кременчуг - Черкассы.

К этому же времени относится наступление топливного кризиса, парализовавшего все переброски по железным дорогам.

Учитывая создавшуюся обстановку, мною были посланы Вам телеграммы за № 023910 от 4 декабря и № 023925 от 5 декабря, в которых обрисовывалось положение и проводилась мысль о необходимости перенести центр тяжести боевых операций из Киевского района в район Екатеринослав - Черкассы с соответствующей переброской войск для создания там сильной группы и отходом на линию Бобринская - Христиновка - Вапнярка.

Мотивами означенных соображений было желание не рассредоточивать слабые силы подчиненных мне войск на двух театрах - Киевском и Екатеринославском, а сосредоточить - для выполнения одной, казавшейся мне важнейшей в этот период, задачи - прочного владения правым берегом Днепра от Черкасс до Екатеринослава и обеими берегами к югу от последнего пункта.

Это обстоятельство затруднило немедленное исполнение полученной 5 декабря Вашей директивы № 013890 от 4 декабря, согласно коей, подчиняя мне в оперативном отношении войска Киевской области, Вы ставили задачу, прочно удерживая переправы на Днепре, разбить правобережную Киевскую группу красных и принять все меры к овладению Житомиром, то есть требовали от вверенных мне войск сосредоточения усилий и активных действий в направлениях, удалявших войска от угрожаемых районов.

Полученная 5 декабря директива Ваша № 015026 от 5 декабря, не отменяя по существу поставленную ранее [472] задачу, выдвигала и новую - прикрытие Крыма. На последнее обращалось особое Ваше внимание телеграммой №0556/0161 от 11 декабря. Директивой же Вашей № 061210 от 12 декабря требовалось сосредоточение достаточных сил для той же цели - прикрытия Крыма с присоединением удара по флангу и тылу противника, теснящего Добрармию. Разговором генерал-квартирмейстера генерала Плющевского-Плющика 13 декабря открывалось, что главной нашей задачей является прикрытие Крыма и Северной Таврии, прочие же задачи должны быть выполнены по мере возможности. То же говорилось и в директиве Вашей № 016336 от 15 декабря.

Сообразно с обстановкой и Вашими указаниями я в своих директивах и в частных распоряжениях проводил в жизнь идею базирования подчиненных мне войск на Северную Таврию и Крым (директива № 023006 от 13 декабря). От войск Киевской области потребовал возможно более быстрого отхода из района Фастова и затем Белой Церкви, дабы, с одной стороны, вывести их из боя до потери ими боеспособности, а с другой, - ускорения их отхода требовала обстановка (к 11 декабря войска Киевской области оставили переправу у Кременчуга и Черкасс и отошли на правый берег Днепра).

Общая обстановка требовала уже тогда решения вопроса об Одессе. Разрыв наших войск с Добровольческой армией, а затем с группой генерала Слащова, отсутствие у наших войск тыла, так как для перевозок морем не было ни угля, ни достаточного количества транспорта, отход же по сухому пути приводил к враждебно настроенной Румынии, наконец, брожения внутри занимаемого нами района и невозможность своевременной переброски войск Киевской области делали задачу удержания Одессы невыносимой.

Однако условия политические (настойчивые представления союзников) требовали удержания Одессы и прилегающего района, о чем Вы сообщили мне телеграммою № 017264 от 18 декабря. Ввиду этого мною была отдана директива, согласно коей группе войск генерала Промтова, сосредоточиваемой для наступления на район [473] Кривого Рога, базирование указано было на Северную Таврию, а группе генерала Бредова базирование намечено на Одессу (директива № 0231095 от 21 декабря).

Телеграмма Ваша № 01739 от 23 декабря требовала уже удержания не только ближайшего к Одессе района, но всей Херсонской губернии. Соответственно этому и менявшейся обстановке (отход группы генерала Слащова к перешейкам и продвижение красных по левому берегу Днепра) директивой моей № 0231180 от 29 декабря базирование войск генерала Промтова на Крым было отменено и перенесено также в направлении на Одессу.

Галицийская армия, которую первоначально намечено было перевести в район Херсон - Николаев - Снегиревка (технические части - морем на Крым), данные ей указания выполняла крайне медленно. Причинами этого было: 1) быстро падавшая провозоспособность железных дорог, 2) отсутствие у Галицийской армии людей для обслуживания технической части, 3) необходимость заботиться о массе перевозимых ими тифозных больных и 4) некоторый саботаж галичан из-за боязни, что мы присвоим себе их техническое имущество. Поэтому, когда выяснилась полная невозможность вышеуказанного передвижения Галицийской армии, сосредоточение ее было перенесено в район Ананьев - Петроверовка - Новопетровское - Окны. Передвижение в последний район Галицийская армия исполнила только частично, заняв его одним 3-м корпусом, другие же два корпуса значительно задержались, и в этом положении застигло их очищение нами Одессы.

До конца боевых действий в Новороссии Галицийская армия сохранила небоеспособность и не могла себя обеспечить даже на второстепенных направлениях. Высший командный состав Галицийской армии до конца был лоялен.

Решение удерживать Одессу и затем район Херсонской губернии, принятое под влиянием политических условий, выдвигало на первый план обеспечение эвакуации войск и имущества в случае неуспеха обороны. Подлежащее вывозу имущество складывалось, главным образом, [474] из материальной части Галицийской армии и из имущества войска и эвакуированных в Одессу конных и других учреждений Киевской области. Эвакуация по железной дороге была невозможна (единственная железнодорожная линия на Александровск - в руках Махно).

Поэтому я доносил Вам о необходимости соглашения с Румынией по поводу пропуска наших бронепоездов и восстановления Бугазского моста (№ 0231004 от 13 декабря), просил Ваших указаний по вопросу направления беженцев за границу (№ 0412 от 19 декабря) и докладывал, что полная эвакуация морем даже при содействии союзников может оказаться невозможной и что поэтому необходимо обращение Ваше к союзным правительствам для гарантирования прохода наших войск в Бессарабию и ускорения вопроса об исправлении моста у Бугаза (№ 0231086 от 20 декабря).

В ответ на мои телеграммы я получил копию Вашего сношения [с] начальниками британской и французской миссий № 017844 от 22 декабря и телеграмму генерала Лукомского № 84/109 от 3 января с сообщением, что англичане обеспечат эвакуацию раненых, больных и семейств, а гражданское население нужно направить сухим путем в Румынию, войдя для этого в соответствующие сношения с румынским правительством.

Со своей стороны, я обратился с письмом к начальнику британской миссии в Одессе, сообщая о Вашей телеграмме об удержании Одессы, и указывал на необходимость: 1) содействия союзников по вывозу семейств офицеров и гражданских служащих Добрармии, 2) содействия союзного флота по обороне подступов к Одессе, 3) срочной присылки дополнительного оружия и патронов, 4) желательность срочного восстановления Бугазского моста для пропуска в дальнейшем, в случае невозможности удержать Одессу, бронепоездов и составов с ценным военным имуществом и 5) пропуска в Бессарабию части одесского гарнизона в случае невозможности посадить его на суда (№ 0512 от 24 декабря).

Ответа от начальника миссии получено не было. Поэтому в миссию послан был офицер моего штаба с письмом [475] за № 0845 от 5 января с просьбой ускорить ответ на № 0512. Этому офицеру начальник британской миссии лично передал тут же написанный им ответ следующего содержания: 1) помощь морской артиллерией будет дана, 2) 10 000 ружей следуют в Одессу на пароходе «Авертон» и по приходе его будут выданы, 3) вопрос о восстановлении Бугазского моста не может быть разрешен в Константинополе, и запрос послан в Париж и 4) для вывоза семей и лиц, сочувствующих Добрармии, будут присланы суда в количестве, необходимом для вывоза 30 000 человек.