Чтение онлайн

С услугой по присоединению сетей связи непосредственно связана услуга по пропуску трафика, т. е. «деятельность, направленная на удовлетворение потребности операторов связи в пропуске трафика между взаимодействующими сетями электросвязи». При этом следует уточнить, что под «трафиком» понимается нагрузка, создаваемая потоком вызовов, сообщений и сигналов на средства связи (ст. 2 Закона «О связи») [72] .

Поскольку оказать услугу по пропуску трафика возможно, только если сети связи двух телекоммуникационных компаний соединены между собой, то услуга по пропуску трафика обычно включается в договор о присоединении сетей электросвязи.

Практически всегда у телекоммуникационных компаний возникает необходимость в заключении договоров о размещении кабелей связи в линейно-кабельных сооружениях (ЛКС) третьих лиц, в том числе в телефонных колодцах (ТК). Надо отметить, что А.П. Сергеев и Т.А. Терещенко подробно изучали юридическую природу подобного рода договоров – договоров о предоставлении в пользование места в кабельной канализации, и пришли к мнению, что данного рода договоры относятся к непоименованным договорам [73] . Но это одна из точек зрения.

Так, подобного рода договоры содержат и признаки договора аренды, и признаки сервитута, т. е. обременение имущества собственника (иного законного владельца). Особенностью в данном случае будет то, что в российском законодательстве в части сервитутов на владельца имущества, права которого обременяются, не возлагается каких-либо «положительных» обязанностей [74] , что в целом не может служить препятствием для рассмотрения правовой природы указанного рода договоров и с точки зрения установления сервитута.

Следует также отметить договор о предоставлении в пользование так называемых «темных волокон» [75] . Часто такой договор называют договором о предоставлении «темных волокон» в аренду, что представляется не совсем верным. Ведь существенным признаком договора аренды является четкая индивидуализация имущества, передаваемого в аренду. В отношении «темных волокон» это сделать не всегда возможно по следующим причинам: во-первых, кабель может тянуться на сотни километров, и нарисовать четкую схему прокладки кабеля достаточно сложно, во-вторых, жилы, предоставляемые в «аренду», идентифицировать на протяжении всего кабеля затруднительно, если не невозможно. Право сдачи имущества в аренду принадлежит только собственнику такого имущества. Доказательств того, что кабель принадлежит именно этому лицу, а не другому, их владельцы, как правило, предоставить не могут. Связано это с тем, что регистрация права собственности на линейно-кабельные сооружения, предусмотренная Постановлением Правительства РФ от 11.02.2005 № 68 «О регистрации права собственности на линейно-кабельные сооружения связи», к сожалению, до сих пор нечасто осуществляется, а зарегистрировать право собственности на такое сооружение затруднительно. Тем не менее такой договор относится к категории договоров о предоставлении имущества в пользование, впрочем, к договору аренды отнести его вряд ли можно. Данный вид договоров, скорее всего, представляет собой непоименованный договор по предоставлению возможности использования двух (четырех и так далее) волокон в кабеле, проложенном от одной точки до другой.

На крышах зданий, на различных сооружениях часто размещаются так называемые радиоэлектронные средства (РЭС), к числу которых относятся антенны, базовые станции широкополосного доступа и прочие специальные устройства, необходимые для приема и передачи телекоммуникационных сигналов. Договоры на размещение РЭС заключаются с владельцами зданий (сооружений) с соблюдением порядка, установленного действующим законодательством. Например, в Москве порядок заключения таких договоров регулируется Постановлением Правительства Москвы № 330-ПП от 17.05.2005 «О мерах по обеспечению законности при размещении и эксплуатации радиоэлектронных средств в г. Москве».

Как мы видим, договоров, заключаемых телекоммуникационной компанией для целей обеспечения основного вида деятельности, может быть много. Учитывая необходимость в подборе для правоотношения точной юридической конструкции, т. е. применения подходящего правового инструмента [76] к регулированию тех или иных договорных отношений с участием телекоммуникационных компаний, имеет смысл провести систематизацию указанных договоров. Ценность любой научной систематизации и структурирования заключается «в системе научных знаний о предмете, без которой невозможно ни дальнейшее развитие, ни применение этих знаний. Построить правильную систему знаний возможно только на основе правильных критериев, которые отражают наиболее существенные взаимосвязи, отношения и свойства предмета» [77] .

Российское договорное право давно знает проблематику договорных связей и феномен непоименованных договоров. Указанным вопросам посвящены в том числе труды таких ученых, как Р.О. Халфина, О.С. Иоффе, В.А. Ойгензихт, М.И. Брагинский, В.В. Витрянский, Е.А. Суханов [78] .

В.А. Ойгензихт, изучая вопросы нетипичных договоров, выделял конгломентированные договоры (когда в одном документе оформлены два или несколько договоров) и интегрированные договоры (по сути – смешанные договоры) [79] . При этом В.А. Ойгензихт подробно изучал вопросы так называемых нетипичных договоров, к которым относил такие договоры, которые представляют собой, по сути, фактические отношения, не оформленные надлежащим образом, волеизъявление на заключение которых выражено косвенным путем либо даже путем одностороннего волеизъявления (например, ведение чужих дел без поручения, возникающий договор хранения при просрочке кредитора) [80] . Здесь следует обратить внимание на то, что договоры, связанные с оказанием услуг почтовой, телеграфной, телефонной связи, В.А. Ойгензихт также относил к нетипичным договорным связям [81] .

В части осмысления необходимости структурирования договоров, заключаемых в сфере телекоммуникационных услуг, как особых регуляторов правоотношений субъектов права, особое значение в рассматриваемом явлении имеет принцип дихотомии. На основании данного принципа М.И. Брагинским и В.В. Витрянским выделяются следующие «пары» договоров: односторонние и двусторонние, возмездные и безвозмездные, реальные и консенсуальные [82] . Интересной представляется классификация договоров по типам, классам, родам, видам и подвидам для систематизации договорных связей в определенных сферах деятельности [83] .

При этом верное выстраивание механизма правового регулирования договоров необходимо, поскольку, как отмечал Ю.В. Романец, «главное, чтобы механизм построения и взаимодействия договорных институтов позволял применять к конкретному обязательству те нормы, которые его адекватно и эффективно регулируют» [84] .

В современной правовой науке попытки систематизации договоров именно в области телекоммуникаций уже предпринимались. Телекоммуникационные услуги действительно очень многогранны по своей природе и включают в себя услуги телефонной связи, телематические услуги связи, услуги связи по передаче данных, услуги связи по предоставлению каналов связи, услуги связи для целей телерадиовещания и другие, при этом внутри каждой группы можно выделить подгруппы оказываемых услуг связи.

Именно такой позиции деления всех договоров в телекоммуникационной сфере придерживается Л.Б. Ситдикова [85] . В данном случае критерием систематизации договоров являются виды оказываемых телекоммуникационных услуг.

О.М. Михеева предлагает в качестве критерия для систематизации договоров в телекоммуникационной сфере избрать субъектный состав, в связи с чем разделить все договоры в указанной сфере на четыре пласта:

– договоры взаимодействия, заключаемые между организациями, оказывающими услуги электросвязи;

– договоры операторов связи с пользователями – юридическими лицами;

– договоры операторов связи с пользователями – индивидуальными предпринимателями;

– договоры операторов связи с пользователями – физическими лицами [86] .

Достаточно подробная система договоров об оказании услуг связи содержится в работе Д.Е. Петрова, который предлагает подразделять такие договоры на договоры в зависимости от формы предоставления услуг (абонентские и пользовательские) и по видам оказываемых услуг (об оказании телефонной связи; об оказании услуг подвижной связи; договоры, направленные на передачу данных и информации; договоры об оказании услуг вещания) [87] .