Чтение онлайн

При оценке юридической конструкции траста с привычных континентальному правопорядку подходов неизбежно складывается парадоксальная ситуация. Ни один из участников отношений траста не обладает всей совокупностью, полнотой правомочий собственника, но каждый из них сохраняет у себя какую-то их часть. Получается, что единое право собственности как бы расщепляется между несколькими субъектами и потому невозможно сказать, в чьей же собственности находится переданное в траст имущество. В англо-американской правовой системе такая ситуация не порождает противоречий, ибо там отсутствует единое право собственности, а имеются различные права собственности (в том числе по общему праву и по праву справедливости) и даже полное право собственности, признаваемое в отношении движимого имущества, состоит из дюжины различных правомочий ("связки прав" - bundle of rights), способных в разнообразных сочетаниях дать множество вариантов вполне самостоятельных прав собственности. Эти сложные построения, основанные на многовековых традициях прецедентного права и уходящие корнями в феодальный правопорядок, совершенно чужды континентальной правовой системе. Последняя, как уже отмечалось, использует в этих целях конструкции различных вещных и обязательственных прав.

Одним из ее основных постулатов является невозможность установления двух одинаковых прав собственности на одно и то же имущество. Право собственности в его континентальном, в том числе российском, понимании невозможно расщепить: оно либо полностью сохраняется за собственником, либо полностью утрачивается им. При всяком ином подходе возникает неразрешимая коллизия прав собственников, каждый из которых желает распорядиться своим имуществом по своему усмотрению. Поэтому наделение собственником других лиц частью или даже всеми своими правомочиями, в том числе путем передачи их на определенный срок управляющему, само по себе не ведет к утрате им права собственности хотя бы только потому, что оно не исчерпывается этими правомочиями (в данном случае их триадой). Такая передача в действительности представляет собой способ осуществления правомочий собственника, а не способ отчуждения принадлежащих ему прав или имущества.

В практическом же плане заимствование института траста в отсутствие права справедливости и выработанной многовековой практикой системы прецедентов привело бы к полной бесконтрольности управляющего в его отношениях с собственником - учредителем траста, в том числе выступающим в роли выгодоприобретателя. Ведь доверительность (фидуциарность) отношений в российском праве означает лишь возможность их безмотивного расторжения в любой момент без возмещения причиненных этим убытков (например, в такой фидуциарной сделке, как договор поручения). Очевидно, что для не обладающего необходимой компетентностью собственника, вступающего в данные отношения с целью передачи своего имущества или его части в управление профессиональному предпринимателю, такие последствия доверительности, как и обязанности управляющего по периодическому предоставлению отчетов или даже по добросовестному ведению дел, не дают никаких серьезных гарантий соблюдения его имущественных интересов. Ясно, какими негативными последствиями для экономики могло бы обернуться у нас широкое распространение траста, задумывавшегося для более эффективного управления государственным и муниципальным имуществом путем передачи его частным управляющим.

Вместе с тем неудачные попытки ввести в отечественный правопорядок институт траста стали лишь одним из постоянно предлагавшихся путей закрепления в нем в той или иной форме конструкции "расщепленной собственности". В советский период они были связаны, главным образом, с радикальными предложениями считать государственные предприятия собственниками закрепленного за ними имущества, одновременно сохраняя на него в том или ином отношении и право собственности государства. Тем самым предполагалось повысить эффективность их деятельности, сдерживаемой ограниченным вещным правом оперативного управления (или его последующими аналогами) <1>. Однако экономически это привело бы к неизбежному конфликту интересов двух собственников (столь же неизбежно разрешавшемуся в пользу фактически наиболее сильного из них), а юридически повело бы к разгосударствлению этого имущества, противоречившему тогдашним политико-идеологическим представлениям. Поэтому и действующий российский закон рассматривает правомочия государственных и муниципальных предприятий на закрепленное за ними имущество как ограниченное вещное право.

– -------------------------------

<1> См., например: Право собственности в СССР. Проблемы, дискуссии, предложения / Под ред. Ю.К. Толстого, В.Ф. Яковлева. М., 1989. С. 49 и сл.

В настоящее время идею "расщепленной собственности" иногда пытаются использовать для объяснения института доверительного управления, что свидетельствует лишь о забвении или непонимании классической теории вещных прав. Как уже отмечено, в современном российском праве доверительное управление (но не "доверительная собственность") рассматривается как институт обязательственного, а не вещного права.

В целом же в отечественной цивилистике идея "расщепленной собственности" никогда не находила сколько-нибудь широкого признания в силу своего принципиального противоречия основным постулатам континентального права, в том числе учению о вещных правах.

1. Основания и способы приобретения права собственности

Основаниями возникновения (приобретения) права собственности являются различные правопорождающие юридические факты, т.е. обстоятельства реальной жизни, в соответствии с законом влекущие возникновение права собственности на определенное имущество у конкретных лиц. Основания приобретения права собственности называются также титулами собственности. Титульное владение - это владение вещью, основанное на каком-либо праве (правовом основании, или титуле), вытекающем из соответствующего юридического факта, например право собственности, основанное на договоре купли-продажи вещи или на переходе ее в порядке наследования. В отличие от этого беститульное (фактическое) владение не опирается на какое-либо правовое основание, хотя при установленных законом условиях и оно может влечь определенные правовые последствия.

Титулы собственности могут приобретаться различными способами, которые традиционно подразделяются на две группы:

– первоначальные, т.е. независящие от прав предшествующего собственника на данную вещь (включая и случаи, когда такого собственника ранее вообще не имелось);

– производные, при которых право собственности на вещь переходит к собственнику от его предшественника (чаще всего - по договору с ним).

К первоначальным способам приобретения права собственности относятся:

– создание (изготовление) новой вещи, на которую ранее не было и не могло быть установлено ничьего права собственности;

– переработка и сбор или добыча общедоступных для этих целей вещей;

– при определенных условиях - самовольная постройка;

– приобретение права собственности на бесхозяйное имущество, в том числе на имущество, от которого собственник отказался или на которое утратил право.

К производным способам приобретения права собственности относится приобретение этого права:

– на основании договора или иной сделки об отчуждении вещи;

– в порядке наследования после смерти гражданина;

– в порядке правопреемства при реорганизации юридического лица.

Практическое значение такого разграничения состоит в том, что при производных способах приобретения права собственности на вещь необходимо учитывать возможность наличия на эту же вещь прав других лиц - несобственников (например, залогодержателя, арендатора, субъекта ограниченного вещного права). Эти права обычно не утрачиваются при смене собственника вещи, переходящей к новому владельцу, как бы обременяя его имущество. В этом отношении действует прямо не выраженное, но подразумеваемое законом старое правило, берущее начало в римском частном праве: никто не может передать другому больше прав на вещь, чем имеет сам (nemo plus juris ad alienum transferre potest, quam ipse habet).

Понятно, что на первоначального приобретателя вещи никакие ограничения подобного рода распространяться не могут.

Таким образом, различие первоначальных и производных способов приобретения права собственности, по сути, сводится к отсутствию или наличию правопреемства, т.е. перехода прав и обязанностей от одного лица (праводателя, в данном случае - первоначального собственника вещи) к другому (правопреемнику, новому собственнику) в порядке производного правоприобретения <1>. В свою очередь, это обстоятельство делает возможным различие понятий "основания возникновения права собственности" (т.е. титулов собственности, или правопорождающих юридических фактов) и "способы приобретения права собственности" (т.е. правоотношений, возникших на основе соответствующих юридических фактов).

– -------------------------------

<1> См.: Черепахин Б.Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву // Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву (Серия "Классика российской цивилистики"). М., 2001. С. 311 и сл.

Многие способы возникновения права собственности могут использоваться любыми субъектами гражданского права. Поэтому они называются общими, или общегражданскими, способами приобретения права собственности. Таковы, например, правоотношения, возникающие на основе различных сделок. Имеются, однако, и специальные способы возникновения этого права, которые могут использоваться лишь строго определенными субъектами.