Чтение онлайн

Валентин огляделся вокруг, затем отложил в сторону свою отличную прогулочную трость, наклонился и поднял здоровенную палку. Но вместо того, чтобы отпугивать рычащего ежика, маркиз подцепил палкой бретельку ее сорочки и поднял влажную ткань в воздух.

– Ты голая, – объявил он.

Горячая волна пробежала по ее позвоночнику.

– И чувствую себя чрезвычайно уязвимой. Заставь его уйти, Деверилл.

Вздохнув, он отпустил ее сорочку и обратил свое внимание на большую кучу ткани.

– Кшш, – произнес он ради эксперимента, ткнув палкой в ее платье.

Длинное, темное существо выскочило из-под юбки и с рычанием бросилось на него. С проклятием Валентин попятился, размахивая палкой, как шпагой. Ласка ухватилась зубами за другой конец палки и потрясла ее. Маркиз бросил ласку вместе с палкой в кусты, пытаясь устоять на скользкой и влажной земле. Из-под его сапога выкатился камень, и он с проклятием упал в воду.

Деверилл вскочил на ноги, расплескав воду в воздух и на Элинор. Он промок снизу до груди, вода капала с фалд его прекрасного сюртука и с рукавов. После мгновения ошеломленного молчания, Элинор начала смеяться.

– Отлично, очень тебе благодарен, – пробормотал Валентин, оборачиваясь, чтобы взглянуть на нее.

– Мне так жаль, – задыхалась она, пытаясь контролировать свой смех. – Печально известный маркиз Деверилл падает в пруд для крещения. Удивительно, что вода не закипела!

Деверилл начал отвечать, но ласка снова выскочила из кустов. Она остановилась в нескольких шагах от берега, маркиз и зверек смотрели друг на друга. Потом, засопев, животное направилось обратно к деревьям, помахивая коротким хвостом.

– Я ему показал, – заявил Валентин, ударив ладонью по поверхности пруда.

– Знаешь, ты мог бы сказать мне, что тоже хочешь поплавать. Я бы пригласила тебя.

– Сейчас вы очень мило поете, моя птичка, но я слышал, как вы вопили минуту назад.

Элинор фыркнула.

– Под моей юбкой пряталась ласка!

– Да, но кто может ее винить в этом? – Раскачиваясь, маркиз снял сюртук и бросил его рядом с ее рубашкой.

Внезапно девушка вспомнила, что она совершенно обнажена, и только темнота и несколько дюймов воды скрывают ее тело от всего мира, пока она сидит на корточках на мелководье.

– Что ты делаешь?

Он остановился, и, склонив голову, посмотрел на нее.

– Собираюсь плавать. Ты сказала, что пригласила бы меня присоединиться к тебе.

Ее сердце пропустило один удар.

– Но я… на мне нет никакой одежды.

Деверилл вытащил рубашку из брюк и рывком сдернул ее через голову, бросив ее поверх сюртука.

– Я пытаюсь догнать тебя.

Она собиралась ответить, что ему вовсе не обязательно присоединяться к ней, но ее взгляд и ее сознание, кажется, не могли оторваться от вида его обнаженной, мускулистой груди и живота. О Боже.

– Но я… собиралась выйти, – запинаясь, проговорила Элинор, заставив свой взгляд вернуться к его лицу.

– Тогда делай это. Тебе нужна помощь?

– Валентин, я…

Он повернулся к ней лицом.

– Ты хочешь, чтобы я ушел? – тихо спросил он.

Она затаила дыхание.

– Нет.

Деверилл полностью погрузился в воду. Несколькими секундами позже из пруда на берег полетел высокий сапог. За ним последовал второй, а затем Валентин, фыркая, появился из воды.

– Проклятие. Мокрые сапоги. Я почти утонул.

– Тогда ты должен был отправиться на берег, чтобы снять их, – заметила девушка, потихоньку отступая туда, где вода была глубже, чтобы она смогла распрямиться во весь рост. Она сошла с ума, если позволит этому продолжаться – но в то же время непослушный голос в отдаленной части ее сознания твердил, что она будет безумной, если упустит этот момент.

– Да, я тоже так полагаю, – ответил маркиз, и комок его влажных брюк приземлился на камень рядом с его рубашкой, – но тогда я бы запачкал грязью свой зад.

Вдохнув, он снова ушел под воду, только взмах голой ступни позволял строить предположения о том, в каком направлении он поплыл. Резкий стрекот кузнечиков и тихий плеск воды о ее кожу показались абсурдно громкими в его отсутствие. Девушка дышала часто и глубоко, ее сердце громко стучало. Когда маркиз появился на поверхности в нескольких футах от нее, выжимая воду из своих темных волос, Элинор долго изучала его лицо, его легкую, веселую усмешку и его глаза, которые могли рассказать намного больше, чем он позволил бы себе произнести вслух.

– Валентин?

– Мне кажется, черепаха укусила меня за палец на ноге. Ты что-то хотела, моя дорогая?

– Ты поцелуешь меня снова? – спросила она, ее голос дрожал.

– Я предупреждал тебя о третьем поцелуе, и о том, что не надо дразнить меня, – тихо ответил он.

– Я знаю.

– Я обдумаю это, – произнес маркиз и снова нырнул.

Элинор ощущала себя балансирующей на краю чего-то, ожидая, прислушиваясь, желая, и потенциально раздосадованной, если он решил только поддразнить ее. Эта ночь принадлежала ей, ее единственная ночь. И она сделает это; она скажет ему о том, чего на самом деле хочет. Его.

Теплые губы коснулись ее плеча, и рука погладила ее влажные волосы, струящиеся по груди. Господи Боже, она даже не слышала, как он поднялся из воды. Элинор стояла неподвижно, пока его рот двигался по ее затылку, а теплое дыхание ласкало ее щеку.

– Валентин, – выдохнула девушка.

– Я обдумал это, – прошептал он позади нее, скользнув руками вниз по ее рукам, чтобы переплести свои пальцы с ее пальцами. – Но я дам тебе еще один шанс. Ты уверена, что это то приключение, которого ты хочешь?

Ей даже не нужно было думать над своим ответом.

– Да, это то приключение, которого я хочу. Только на эту ночь. – Девериллу нужно понять, что у нее нет намерения вступать с ним в связь. Это убьет ее брата и погубит ее будущее.

Очевидно также, что Элинор не могла ему сказать о том, что это условие предназначено больше для ее спокойствия, чем для него. Что она сделала эту оговорку для того, что если увидит маркиза завтра в компании другой женщины, то сможет сказать себе, что произошедшее было только частью их соглашения.