Чтение онлайн

В голове билось, как птица в стекло, настойчиво и обреченно только одно воспоминание. Маленькая кухня, открытая форточка, завитки табачного дыма в темном воздухе, и тихий голос над ухом «Аллиса», растягивающий вторую букву ее имени. Его дыхание на щеке, запах дорогого табака и мяты. Почему она не обернулась тогда? Растерялась? Всегда перебирая, словно четки, эти минуты, Алиса вспоминала, что испугалась, потому что где-то в соседней комнате мама, потому что праздник, потому что в любой момент кто-то из гостей мог захотеть курить, потому что она окаменела от его близости. Сколько она так стояла, чувствуя, как сигарета обжигает пальцы? Сколько секунд верила? Обернуться она смогла только, когда Дениса позвали из комнаты.

Со временем, Алиса убедила саму себя в бессмысленности этой сцены. Во-первых, Денис, наверное, хотел попросить зажигалку. Во-вторых, он всегда чуть заметно растягивал звуки «л» и «м», поэтому то, как он произнес ее имя, не важно. В-третьих, она была не совсем трезва, поэтому превратно расценила его поведение. В-четвертых,…

Но на этом чертовом мосту, Алиса теряла один за другим объяснения, и, ломая все баррикады разума, в ее душу рвались воспоминания того вечера. Потемневшие глаза Дениса, когда он, прощаясь, поцеловал ее в щеку, и полный ненависти и боли взгляд его жены. А еще, почему-то испуганный голос матери, ни с того ни с сего, произносящий: «Алиса, не забудь позвонить Саше, ты собиралась с ним встретиться завтра. Такой хороший мальчик у нашей Лизы». Мама терпеть не могла этого самого Сашу, никогда больше ни до, ни после, она не говорила о нем ничего более менее нормального.

Еще один судорожный вздох. Алиса тряхнула короткими черными волосами.

– Мост заканчивается. Соберись! – приказала она себя.

***

Впечатление от разговора с Денисом Алиса охарактеризовала одним словом «туманно». Нет, все ясно и понятно, только в голове девушки туман. И самое паршивое, туман этот розового цвета.

Казалось, Денис совсем не изменился, он будто застрял в районе 25 лет, мужчина-мальчик. Из пресловутого тумана всплывали здравые мысли, пока Алиса шла к метро. Она опять начала говорить сама с собой, причем вслух:

– Так, за неделю мне надо вспомнить все, что я знаю о Городе, хм, маловато…

– Нормально, а ты видела, какие глаза?

– Алиса, не отвлекайся, надо в библиотеку.. Глаза…

– Вот и я о них

– На меня уже косо смотрят, я не понимаю, какого они цвета?

– Он женат давно и счастливо, серые!

– Нет! Голубые.

– Заткнись!

– Не хами! И не показывай мне язык.

– А ты рожи не строй, экскурсовод, блин, новоиспеченный! Все поехали в Маяковку! А если прикоснуться к его ресницам, что будет?…

И так тихо разговаривая, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих, одинокая фигурка в расстегнутой куртке, медленно шла к метро, не замечая холодного ветра с привкусом моря.

***

Алиса и не подозревала, что настолько органично впишется в абсолютно чуждую ей раньше работу. Ей нравилось все, бейджик с именем, синий шарфик с названием фирмы Дениса, слегка ошалевшие туристы, микрофоны, автобусы, тихое гудение кондиционера, даже очереди в музеи ей нравились. Но больше всего ее радовало то, что она не успевала думать, ни о Денисе, ни о себе.

Наверное, лето пронеслось бы очень быстро, а потом она бы нашла нормальную постоянную работу и закрыла бы навсегда книгу с бесконечной историей несуществующей любви, если бы… Слишком много бы.

День не обещал ничего нового, несмотря на то, что это был день ее рождения. Алиса работала уже почти три месяца и чувствовала себя вполне уверенно. Девушка как всегда проспала на 20 минут, как всегда бегом бежала до метро и красилась в вагоне, как всегда проклинала высокие каблуки, стоя на вокзале с табличкой, как всегда попала в пробку и очень долго рассказывала про речку Мойку. Но весь день, у нее было странное ощущение волшебства, приправленное изрядной долей плохих предчувствий.

Интуиция ее не обманула. В два часа планировались лодки, это было любимое Алисино занятие, она всегда обожала воду. И потом белые катера, мосты, симпатичные капитаны, не упускающие возможности пофлиртовать с девушкой. Город с воды казался другим, более близким, родным. Ей всегда нравилось под мостами, будто видишь что-то недоступное другим, что-то интимное и прекрасное.

Наплевав на предчувствия и другие гадости, Алиса старалась думать только о предстоящей речной прогулке, когда ее мысли прервал телефонный звонок.

–Аллиса, привет! – голос Дениса выбил почву из-под ног, девушка превращалась в таящее на жаре мороженное, когда слышала растянутое «л» в своем имени. А она так радовалась, что почти не пересекается со своим любимым начальником, так вот он сам звонит.

–Ммилая, я пришлю тебе сейчас жену с детьми покататься, посадишь, хорошо? – зачем во вполне деловом разговоре растягивать чертовые согласные?!

– Конечно, – пропищала Алиса, – мы будем на причале минут через пятнадцать.

Повесив трубку, Алиса машинально достала из сумки пудру, и, пожелав своему отражению счастливого дня нерождения, отметила неестественный румянец на щеках.

– Возьми себя в руки немедленно! – вслух приказала она себе и глубоко вздохнула.

Ей было не важно, что Алла с детьми придет именно в ее праздник, она и не собиралась афишировать это сомнительнее торжество, но лучше бы она не приходила. Никогда.

Жена Дениса уже стояла на причале с двумя симпатичными мальчиками подростками. Как она постарела! Никогда не отличавшаяся особой красотой женщина с возрастом стала почти уродливой. Ее некогда густые светлые волосы потемнели, а глаза были отравлены извечной ненавистью к Алисе, о происхождении которой девушка старалась не думать.

– Как ты думаешь, – про себя спросила Алиса, – почему он такой замечательный на ней женился? Любовь?

– Потому что, – философски заметило ее второе более рассудительное я, – хорошим людям всегда не везет с женами и матерями.

– Я бы с тобой поспорила, дорогая, но некогда!

Разговаривая с собой, Алиса подошла к женщине.

– Здравствуйте, Алла.

– Алиса, совсем взрослая уже, – девушка удивилась злобе в ее голосе.

– Здравствуйте, Алиса, – весело произнес старший мальчик с голубыми как у отца глазами, – Меня зовут Артем, а это Тима.

Девушка улыбнулась, она помнила Артема еще с маминого дня рождения, ребенок был тогда похож на маленькое солнце, он не изменился, только вырос. А вот Тима был тихим мальчиком, пробурчав «здравствуйте», он даже не поднял глаз.

– Привет, – искренне улыбнулась Алиса, хотя неприятное ощущение от слишком пристального изучающего взгляда Аллы обволакивало ее, мешая дышать.

Это была самая тяжелая экскурсия в недолгой карьере героини. Казалось, Алла пришла смотреть на гида, а не на город. Если бы можно было убить взглядом, Алиса давно была бы мертва от этого беспардонного злобного изучения. Девушка молилась всем богам, чтобы ее голос не дрожал, чтобы слова не вылетали из памяти и, чтобы быстрее как можно быстрее все закончилось. Алиса не понимала, почему ее так ненавидит женщина, с которой она никогда и не говорила больше десяти минут. Откуда ей было знать, что уже десять лет муж глубоко несчастной Аллы произносит «Алиса» во сне.