Чтение онлайн

Одного этого видения достаточно, чтобы мой член заныл от желания освободиться. Ее тихий стон, когда она берет мой член в рот, станет моей погибелью.

Пока я раскачиваю бедрами, загоняя свой член глубже в ее горло, она двигает пальцами быстрее. Ее стоны становятся громче, когда она кончает, покрывая пальцы своей влагой.

— Оближи пальцы дочиста, — говорю я, вынимая член у нее изо рта.

Она делает, как я говорю, пока я глажу свой член. Все, что требуется, — это ее тихий стон, когда ее язык скользит между пальцами, чтобы довести меня до предела. Я покрываю ее груди спермой, постанывая, когда она улыбается.

— Похоже, тебе придется начинать все сначала, — говорит она дразнящим тоном, когда встает и ополаскивает грудь. Она дразнит свои соски, в ее глазах вспыхивает озорство.

— Я не знаю, как я собираюсь что-то делать, когда ты так на меня смотришь, — говорю я, снова хватая мыло. — Что ты скажешь, если мы приведем себя в порядок, а потом пойдем смотреть фильм.

Билли приподнимается на цыпочки, чтобы поцеловать меня, прежде чем кивнуть. — Звучит как идеальный способ завершить ужасный день.

Хотя мы оба знаем, что грядут худшие дни, я не хочу сейчас зацикливаться на этом. Все, чего я хочу, — это свернуться калачиком в постели с женщиной, которую я люблю, и смотреть фильм, пока мы оба не заснем.

Билли

Я трясу задницей под музыку, ревущую из динамиков, ожидая, пока наполнится ведро с мыльной водой. Швабра прислонена к стойке рядом со мной, пока я танцую и вытираю столешницы.

Это первый раз за пару дней, когда дом в моем полном распоряжении. Папа весь день в своих апартаментах, занимается тем, чем он там занимается, пока я убираюсь на кухне. Кристиан улетел домой на пару дней, пока Алессио работает сверхурочно, проверяя все свои предприятия, чтобы убедиться, что Паоло держится от них подальше.

Я продолжаю танцевать, отбрасывая тряпку в сторону и вытаскивая ведро из раковины. Вода выплескивается на пол, и кто-то насмехается у меня за спиной.

Поворачиваясь, я выхватываю нож из ножевого блока и держу его перед собой. Мать Алессио скрещивает руки на груди и цокает языком.

— Ты должна была уже давно уйти, — говорит его мать, глядя на воду на полу. — Ты даже не знаешь, как правильно мыть пол. Я не знаю, почему мой сын держит тебя при себе и бросает вызов собственной матери.

— У него есть свои причины, — говорю я, хватая полотенце и бросая его в лужу. Я кладу нож обратно в ножны, хотя и хочу оставить его себе. Я не доверяю его матери настолько, чтобы быть беззащитной.

Она не стала женой мафиози, сидя дома и ничего не делая, пока ее муж работал.

Было бы глупо думать, что она не смогла бы убить меня, если бы захотела.

— О, я уверена, что так и есть. — Она смотрит на меня так, словно я не более чем грязь на земле. — И я уверена, что это определенно связано с тем, насколько далеко ты готова раздвинуть ноги.

Я хмуро смотрю на нее, пытаясь держать себя в руках. Она мать Алессио, и она действительно обладает определенной властью в мафии. Однако я бы солгала, если бы сказала, что какая-то часть меня не хочет выгнать ее прямо сейчас.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — Я наклоняюсь, чтобы намочить воду, прежде чем выбросить полотенце в раковину. — Мне нужно кое-что убрать, и я не могу этого делать, пока меня называют шлюхой.

— Забавно, я думала, что ты способна работать в режиме многозадачности. — Она ухмыляется и делает шаг ближе ко мне. — Что касается того, с чем ты можешь мне помочь, я хочу, чтобы ты убралась из жизни Алессио. Он потерял интерес к семье, когда ты появилась. Я не хочу видеть это для своего сына.

— Он потерял концентрацию или начал менять семью в нужном ему направлении? — Я становлюсь выше, не отступая от ее тактики запугивания. Она может вторгаться в мое пространство сколько угодно. Я никуда не уйду.

— Он потерял концентрацию. Он сжигает наследие своего отца дотла, и это началось только тогда, когда появилась ты. А теперь ты можешь уйти сама, или я позабочусь о тебе.

Я выгибаю бровь, хотя мое сердце начинает бешено колотиться. — Убирайся.

— Прости? Кем ты себя возомнила? Ты думаешь, что можешь просто выгнать меня из дома моего сына? Этого не случится.

— Ты можешь сейчас уйти, или я позову Давиде, чтобы он пришел разобраться с тобой.

Она сердито смотрит на меня. Мы обе знаем, что если я позвоню Давиде, Алессио узнает об этом. Если и есть что-то, что, я точно знаю, она не хочет делать, так это злить Алессио. Он вернется домой и вычеркнет ее из своей жизни. Мы обе это знаем.

— Ты пожалеешь об этом, — говорит она, направляясь к двери. — Я позвоню своему сыну и вразумлю его.

— Удачи.

Я провожаю ее до двери и запираю ее за ней, удивляясь, как она вообще попала внутрь. После последней ссоры с матерью, Алессио сменил замки.

Хотя, если бы она пошла повидаться с Алессио перед тем, как прийти сюда, она бы легко украла ключи. Мне нужно спросить его об этом, когда он вернется домой.

Я вздыхаю и возвращаюсь на кухню. Папа сидит за столом, скрестив руки на груди и нахмурив брови.

— Что это было? — спрашивает он, кивая подбородком в сторону входной двери.

— Мать Алессио хочет, чтобы я как можно скорее исчезла из его жизни. Она думает, что я — причина, по которой разрушается ужасное наследие его отца.

Он кивает. — Она всегда была такой. Просто не позволяй ничему из того, что она говорит, задевать тебя. Но тебе действительно нужно подумать о том, с чем ты готова мириться. Я сомневаюсь, что он полностью вычеркнет ее из своей жизни. Это то, с чем ты можешь смириться в долгосрочной перспективе?

— Я не знаю, — говорю я, хотя знаю. Я бы терпела ее каждый божий день своей жизни, если бы это означало, что я могу быть с ним. Впрочем, это последнее, что папе нужно слышать. Он все еще пытается осознать наши отношения.