Чтение онлайн

— Ты ведешь себя отстраненно уже несколько недель. Что происходит?

Я свирепо смотрю на него, потому что он всегда сует свой нос в чужие дела.

— Не твое собачье дело. С каких это пор я должен делиться и заботиться, ты, гребаный педик?

Он усмехается и качает головой.

— Ладно, с тобой определенно что-то не так.
– Он поднимает руки, сдаваясь. — Держи это при себе. Мне насрать.

Входит Оак и прищуривает глаза, когда видит нас обоих.

— О чем вы двое препираетесь? Каждый раз, когда я прихожу сюда, вы ссоритесь, как пожилая супружеская пара.

Я бросаю на него раздраженный взгляд, поскольку он знает, что это не я провоцирую споры.

— Арчер, как обычно, ведет себя как гребаный мудак.

Оак посмеивается.

— После почти шести лет совместного преподавания в этой школе, я бы подумал, что вы двое привыкли к дерьму друг друга.

Я тяжело вздыхаю и провожу рукой по шее.

— Есть какие-нибудь новости о замене по математике?

Оак знает, что я ненавижу гребаную математику, и он не оставил мне выбора, поставив на замену, но мое терпение на исходе.

— Есть несколько зацепок, но, возможно, тебе придется дать мне время до окончания весенних каникул.

— Это через четыре недели, мать твою.

Он кивает.

— Знаю. У меня были проблемы с поиском тех, кто обладает соответствующей квалификацией.

Я качаю головой.

— К черту квалификацию. Мы - секретная нелегальная академия для наследников мафии. Найди кого-нибудь, кто разбирается в их математике.

Оак задумчиво смотрит на меня.

— В твоих словах есть смысл. Думаю, ты подал мне идею.

— Отлично, надеюсь, эта идея означает, что я смогу как можно скорее перестать вести лишние уроки.

Он пожимает плечами.

— Надеюсь.

Арчер хлопает меня по плечу.

— Не может быть, чтобы все было так плохо.

— Это отнимает время для наказаний. У меня меньше свободных периодов, и поэтому ко мне присылают меньше студентов.

Арчер смеется.

— Ты гребаный псих. Ты знал это?

— Да, и я горжусь этим.

— Вечером на городском стадионе состоится хоккейный матч. Кто-нибудь из вас готов провести время мужской компанией?

Оак качает головой.

— Извини, у меня планы.

Арчер закатывает глаза.

— Чертова семейная жизнь притесняет тебя, Оак.
– Он с надеждой смотрит на меня.

Я киваю.

— Конечно, мне бы не помешало отдохнуть от этого места.

Отдых с Арчем говорит о том, в каком я в отчаянии.

А всё потому, что с тех пор, как трахнул Камиллу в задницу против ее воли, я едва держу себя в руках.

Тьма внутри меня хочет вырваться на свободу и разорвать все в клочья на своем пути. Чем глубже я погружаюсь в свою хорошенькую маленькую мазохистку, тем ближе подступает тьма.

Перерыв от академии - именно то, что мне нужно.

— Отлично, я за рулем?
– Спрашивает Арчер. Видно, что он хочет, чтобы я сказал, что поведу машину, чтобы он мог выпить.

Я качаю головой.

— Я закажу нам такси. Я хочу выпить, и ты тоже, верно?

Он ухмыляется.

— Конечно, да.

— Я вызову машину ко входу на семь часов.

Арчер подмигивает.

— Тогда до встречи.

И затем он выходит из учительской, оставляя меня наедине с Оаком.

Когда я поворачиваюсь к нему, он смотрит на меня странным взглядом.

— Что?
– Спрашиваю я.

Он качает головой.

— Ничего, ты просто кажешься...

— Другим?

— Да.
– Он выглядит обеспокоенным.

— Не волнуйся, я не собираюсь слетать с катушек.
– Я не совсем уверен в этом заявлении, но все, что могу сделать, – это надеяться, что каким-то образом мне удастся держать себя в руках. — Меня просто бесит то, что приходится вести математику.

Он хмурится.

— Обещаю, что разберусь с этим. Может быть, я смогу попросить Арча подменить тебя на некоторых уроках.

Я фыркаю.

— Ты же знаешь, что он не может брать на себя занятия, не связанные с движением.

У Арчера СДВГ4, и он едва может удерживать свое внимание на чем-либо. Именно поэтому боевая подготовка и физкультура подходят ему в качестве предметов для преподавания.

Он всегда в движении.

— Я спрошу других профессоров, посмотрим, сможет ли кто-нибудь из них выделить время и помочь.

Я киваю.

— Буду благодарен.

— Ты уверен, что это все, что тебя беспокоит?

Оак знает меня слишком долго, и я понимаю, что он чувствует, что что-то еще не так, но не могу доверить ему мысли, которые крутятся в моей голове.

Если бы он знал, какие развратные и поганые вещи я делал с Камиллой, он бы запер меня в моем подземелье, пока я не обращусь к психиатру и не разберусь в себе. Дрожь пробегает у меня по спине при воспоминании о том, как он заставлял меня ходить к гребаному психиатру в течение нескольких месяцев после того, как нашел меня и приютил здесь.

— Уверен. Просто рабочая нагрузка выбила меня из колеи.
– Я направляюсь к двери. — У меня через пять минут начинается урок анатомии для младшекурсников.

— Конечно, увидимся позже, - говорит Оак.

Я выхожу в коридор и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться. Если я в ближайшее время не возьму себя в руки, Оак вызовет меня на разговор. Каким-то образом, мне нужно выкинуть Камиллу из головы и перестать раздвигать границы, пока тьма не разорвала нас обоих на части и не оставила академию в руинах.

Это был бы не первый раз, когда я оставляю за собой кровавую бойню. Я боюсь, что если в ближайшее время не справлюсь с темнотой внутри себя, то нас ждёт крушение поезда, как в ту ночь в мотеле, когда Оак нашел меня. Только теперь я понимаю всё лучше, и если позволю тьме вернуться на поверхность, я знаю, что на этот раз не выйду из неё невредимым.

?

Стадион сегодня набит битком.

Ненавижу подобные места, – кажется, что нечем дышать, но мне так отчаянно хотелось оказаться подальше от академии, что я согласился.