Чтение онлайн

– Да, они враги, - не стал отрицать Кобер, - но они честные враги! Они выходят на поле и честно бьются, а не плетут интриги. И они стоят с мечами возле трона своего Хана и Хан слушает их. А не сидят по своим наделам занимаясь проблемами пропитания крестьян и их магонов.

– Идеалист!
– Воскликнул Махая и рассмеялся.
– Клинический! Ты, дружочек, забываешь о том, что продукты у красных стоят вдвое дороже наших и все равно половина населения голодает. А у нас последний нищий два раза в день бесплатно набивает брюхо в Скорбном доме. Чем занимаются дворовые Красного Хана? Грызутся меж собой за место у его трона. Постоянно. А наше, как ты считаешь, обиженное дворянство, занимается своими крестьянами. А если и сцепятся, то Император быстро наводит порядок. Войска ведь подчиняются ему, а не оголтелой дворне. И к трону вас не подпускают, чтобы не давать лишнего повода меж собой цапаться. Или ты считаешь, что все места вокруг трона захватила Академия?

– Да.
– Четко ответил не посчитав вопрос риторическим Кобер.

– Клинический идиот!
– Снова рассмеялся Махая и обратился к Хотрану.
– Друг мой, когда ты последний раз был во дворце?

– Я там никогда не был.
– Понимая игру начальника усмехнулся тот.

– А с Голосом Императора как часто общаешься?

– За все время службы вашим личным секретарем я четыре раза видел, как к вам приходил Голос Императора. Сам не разговаривал ни разу.

– Может он с тобой общается, Орто?
– Обратился прим-сион в затихшему в углу нур-Напиту. Тот только испуганно замотал головой.
– Вот видишь, и к нему не ходит. Скажу тебе честно, Кобер, я удостаиваюсь общения с Голосом Его Императорского Величества ровно два раза в год. И то не лично, лично я с ним встречался не более двух десятков раз. Не считал.

– Многие из старых родов, идущих от правящих фамилий доимперских королевств не удостаивались и такой чести! А вы всего лишь портовый мальчишка, который и в Академию бы никогда если бы в нее как прежде принимали только дворянских детей.
– Вспылил, но быстро снова принял невозмутимый вид нур-Валат.

– Вот он что!
– Протянул Махая.
– Обида-то еще с того указа, лет триста уже прошло, а все никак не успокоитесь. Лучше бы делом занялись. Полезным делом. Тогда и Императору было о чем с вами говорить. И встречались бы, раз уж так страдаете без его внимания. Вот ты правильно сказал: сидите по своим наделам, магонов считаете и ждете, когда за вас все придумают и как пользоваться объяснят. Ты же вроде из Бендиго? Так?

– Да.
– Подтвердил Кобер.
– Из земель графа Бендиго.

– Хорошо. А ты знаешь, что лет двести назад в тех землях, в домене барона Клива дар-Шеппа, экспедиция Академии нашла богатую жилу плюмбума. Думаю не надо тебе объяснять, насколько этот металл важен для обороноспособности Империи?
– Кобер коротко кивнул.
– Вот и славно.
– Продолжил Махая.
– Жилу нашли и как положено доложили барону Кливу. А тот подумал: плюмбум не золото и даже не серебро. И не стал связываться. Через три года у графа Рато дар-Бендиго спросили: как там его барон дар-Шепп поживает? Когда плюмбум ждать? В столице крепостную стену чинить пора, его много потребуется. А он и знать не знает, что в его землях твориться. Императору доложили, он земли отобрал и рудник заработал. А доложил кто? Академия. Обижены и считают Академию виноватой кто? Барон и граф. И таких случаев очень много. Только вот кто на самом деле виноват, что так получилось? Молчишь? То-то.
– Махая встал и вплотную подошел к Коберу, тот смущенно опустил голову.
– Зачем вам гремлин понадобился, мы с тобой потом поговорим. Куда Антора дел, лишенец?

– Антора?
– Кобер удивленно посмотрел на прим-сиона.
– Это не я.

– Не ты?
– Неверяще переспросил Махая делая шаг назад.

– Не я. Сам удивился, когда он исчез.

– Не врет.
– Удивленно констатировал внимательно следивший за ним Хотран.
– Неужели гремлин его стащил?

– Нужен он ему, как кенгуру подсвечник.
– Задумчиво произнес Махая, плюхнулся на стул и от него отлетела одинокая Искра приказа.

– Без посторонней помощи так долго прятаться в Академии гремлин с Антоном на плечах не сможет. Факт.
– Рассудил всех Хотран.
– Кобер, кто еще в Академии работает на Дворянское Собрание?

– Я не отвечу на этот вопрос.
– Тихо, но твердо произнес тот.

– Хватит уж, Кобер! Неужели ты еще не понял, что твои убеждения ложны и однобоки!
– Повысил голос Хотран.
– Кто?

– Я могу быть идиотом, клиническим идеалистом, но даже признав себя не правым я не стану предателем.
– Упрямо ответил тот.

– Ты уже предатель!
– Возразил Хотран.
– Ты предал Академию и своего прим-сиона!

– Я никогда не служил Академии!
– Выкрикнул Кобер.
– Я работал в Академии, но не служил ей!

– Отстань от него.
– Вмешался Махая.
– Потом разберемся. Отведи его пока в какую-нибудь камеру, вызови охрану и позови старину Фина, пусть лично за ним присматривает.

– Не стоит.
– Сказал Кобер по дороге к издевательски предупредительно распахнутой перед ним Хотраном двери.
– Пусть люди отдыхают. Я не сбегу.

– А с чего ты решил, что я опасаюсь твоего побега?
– Остановил его вопросом Махая.
– Я боюсь, что ты до завтра не доживешь и не успеешь мне поведать столько всего интересного.

– Я не собираюсь трусливо… - Гордо вздернув голову начал было нур-Валат, но прим-сион перебил его:

– Не сам, так тебя. Знаю я эту вашу блаахародную камарилью. Сталкивался. Все. Пошел прочь.

Кобер нур-Валат резко отвернулся и подчеркнуто невозмутимо вышел. Хотран, усмехнувшись следом за ним.

– Вот как можно быть таким слепым идиотом?
– Спросил у притаившегося в углу лекаря Махая.
– Целый старший сион-аналитик, начальник аналитического отдела.
– Махая тяжело вздохнул.

– У его отца, барона дар-Валата, по приказу Императора отобрали земли, а самого барона лишив титула отправили простым солдатом в Трус. Мать не выдержав позора повесилась, а его отдали в юниры. Если бы не открывшийся дар сиона был бы сейчас…

– Мне плевать на Кобера, Орто, - перебил его Махая и снова вздохнул, - я про себя.

– Вызывали!
– Разгоняя воцарившееся в допросной комнате уныние ворвался и вытянулся по стойке «Смирно» безусый юноша.

Махая удивленно на него посмотрел. Форма стражи сион Академии на месте. Лычки сотника на месте. Положенный по уставу клинок на месте; висит в идеально вычищенных уставных ножнах с клеймом Академии. Да и вообще к внешнему виду не придраться. Прибежал от ворот, через всю территорию Академии, а хоть сейчас перед строем ставь и в пример приводи. Прим-сион прищурился и чуть склонил голову набок рассматривая сигнатуры слишком молодого для сотника вояки. Метка оказалась на месте. Да и возраст, восемнадцать-двадцать лет, настоящий а не из-за потраченных на сионов-лекарей огромных денег.

– Как твое фамильное имя, мальчик?
– Вкрадчиво поинтересовался Махая.

– Лазар дар-Клабет!
– Гаркнул мальчишка и вытянулся еще сильнее.

– Понятно.
– Устало вздохнул прим-сион.
– Папаша поспособствовал.

– Я с отличием… - Начала возмущаться тот, но прим-сион замахал на него руками:

– Ой не шуми, не шуми! Хорошо, что с отличием. Только не шуми. Ты посмотри, какой грозный воин у нас служит!
– Продолжил в том же шутливом тоне Махая обращаясь к вернувшемуся Хотрану.

– Сотник?
– Хотран рассмотрел лычки у него на рукаве и удивленно посмотрел на прим-сиона.

– Сотник, сотник.
– Кивнул тот.
– На мышей охотник. Докладывай давай, грозный воин, кто за последние три дня проходил через ворота Академии. Только не кричи.

Густо покрасневший юноша раскрыл принесенную с собой толстую книгу, откинул несколько страниц, сверился с датой в оглавлении и начал зачитывать:

– Седьмой день месяца ивона, первый час утра, вышел студ второго года Агип Хаваеп, разрешение на выход подписано…