Чтение онлайн

Хорошо, сэр. Не следует ли попросить ребят пока держать язык за зубами?

— Нет, Арчи, не надо останавливать ход истории.

Вульф вошел в лифт, а я вернулся к мальчишкам.

Е. Д. Кэмбелл владел маклерской конторой по продаже зерна на Пирл-стрит. Позвонив туда по телефону, я узнал, что хозяина ожидают на следующее утро. Поскольку он был уже в дороге, мне ничего не оставалось делать, как терпеливо сидеть до его возвращения.

Вульф попросил меня прочитать ему записи бесед с Сарой, Ларри и Мануэлем. В результате последующего обмена мнениями он заявил мне, что поскольку никаких улик против семьи Берстоу и Мануэля нет, то нет и оснований подозревать их в чем-либо.

После минутного раздумья Вульф добавил:

— Мальчики из клуба рано или поздно разболтают о подмене клюшек, и эта новость так или иначе дойдет до Андерсона. Значит, нам необходимо захватить Кэмбелла сразу по его приезде. Кроме того, я убежден, что главный прокурор не меньше нашего интересуется мистером Кэмбеллом, поэтому у него ты вполне можешь застать сыщика от Андерсона. Торопись, Арчи!

— Я готов к любым неожиданностям, сэр.

Контора мистера Кэмбелла занимала весь десятый этаж многоэтажного здания. Секретарша в вестибюле, переговорив с кем-то по телефону, впустила меня в приемную. Здесь уже сидело несколько человек в ожидании вызова. За отдельным столом некий молодой человек с квадратной челюстью читал газету. Обернувшись ко мне, он тихо произнес:

— Что вам угодно?

— Я частный детектив из бюро Ниро Вульфа. Мне известно, что мистер Кэмбелл должен с минуты на минуту приехать. Я, конечно, понимаю, что после недельного отсутствия у него накопилось множество дел, но мне он нужен по его личному вопросу. Можете вы устроить нам самую короткую встречу?

— Я здешний управляющий, изложите мне ваш вопрос.

— Понимаете, дело у меня сугубо интимное и страшно спешное. Я уверен, что мистер Кэмбелл будет мне рад.

— Я, право, не знаю, — ответил юноша. — У мистера Кэмбелла назначена масса деловых свиданий, причем первое в десять тридцать. Давайте вы все же со мной поделитесь.

— Увы, не могу.

— Ну хорошо. Постараюсь помочь вам. Подождите здесь.

Он сгреб в кучу письма и бумаги, лежавшие на столе, и вместе с ними вышел из комнаты.

Завтракал я сегодня так торопливо, что даже не успел просмотреть утреннюю газету, поэтому взялся за нее сейчас. Дело Берстоу теперь перекочевало с первой страницы на седьмую, да и там ему было посвящено всего несколько строк. Андерсон сообщал, что расследование продвигается успешно.

Ох уж это старое, доброе «успешное продвижение»! Оно неизменно господствует в прессе с тех пор, как появились первые печатные издания, хотя от старости покрылось морщинами и растеряло все зубы до единого.

Далее сообщалось, что химики еще не выяснили, каким именно ядом был отравлен мистер Берстоу. Словом, я не прочитал решительно ничего интересного, за исключением острого замечания в адрес доктора Брэдфорда о его ошибочном диагнозе.

Я уже собирался перевернуть страничку, когда отворилась внутренняя дверь и на пороге возник управляющий конторой.

— Мистер Гудвин, сюда, пожалуйста!

Я вошел в просторную светлую комнату с двумя большими окнами и дорогой обстановкой. За столом сидел гладко выбритый мужчина с седыми волосами. Хотя размеры он имел внушительные, но тучным не выглядел. У него было оригинальное выражение лица. Одновременно и веселое, и испуганное. Будто ему рассказали нечто смешное и в то же время страшное.

— Вот этот человек, сэр.

Кэмбелл быстро обратился ко мне с вопросом:

— Что вам нужно от меня?

— Ниро Вульф в одиннадцать часов приглашает вас к себе.

— Господи помилуй! — Его лицо засияло улыбкой. — Кто он такой, этот Ниро Вульф? Английский герцог или что-нибудь подобное?

— Не торопитесь. Сейчас я все объясню, мистер Кэмбелл. В воскресенье, четвертого июня, на поле для гольфа скоропостижно скончался Питер Оливер Берстоу. Это вам известно. В четверг, восьмого июня, вы уехали в Чикаго, а одиннадцатого были опубликованы результаты вскрытия тела усопшего. Вы о них знаете?

— Ну вот! Так я и думал! Не успел вернуться, как сразу же начались неприятности. Да, знал. Мне писал мой управляющий Блейн.

— Так вот, в половине двенадцатого к вам придет представитель властей, дабы побеседовать по этому поводу.

— Ну и что? Какое отношение имеют ко мне басни про яд, стальную иглу, клюшку и прочую чепуху?

— Это вовсе не чепуха, сэр, — возразил я. — Берстоу действительно отравили ядом, попавшим в его тело через стальную иглу, вмонтированную в клюшку для гольфа.

Кэмбелл слушал меня, нахмурив брови.

— Если вы помните, у первой лунки мистер Берстоу играл вашей клюшкой?

— Возможно… возможно… Что-то припоминаю…

— Мистер Кэмбелл, —вмешался управляющий, — не надо торопиться, сперва все обдумайте…

— Нет, Блейн. Мистер Берстоу действительно воспользовался моей клюшкой. Но ведь меня и его ничего не связывало. Мы едва были знакомы, разве только на площадке для гольфа встречались. Наверное, у меня будут теперь неприятности?

— Пожалуй, кое-что похуже неприятностей, мистер Кэмбелл, — сказал я. — Полиции пока не известно, что Берстоу играл вашей клюшкой. И главное, об этом не известно прокурору. Но зато он точно знает, что отравленная игла вылетела из ручки клюшки при ударе у первой лунки.

— А что они, по-вашему, сделают, когда пронюхают обо мне?

— Конечно, обвинить вас в убийстве только на основании этих данных они не смогут. Но, боюсь, сумеют устроить вам нечто, характеризующееся более точным словом, чем «неприятности». Советую повидаться с Ниро Вульфом. Возьмите своего адвоката, если желаете, но встретиться с ним вы должны срочно.

— Господи помилуй! Да, теперь я понял. Это и вправду хуже, чем простая неприятность.

Он вопросительно поглядел на управляющего.

— Если хотите отправиться к этому Вульфу, — вздохнул управляющий, — я могу вас сопроводить. Но лучше все-таки взять адвоката.

— Как обстоят наши дела?

— Все в порядке, сэр.

— А на бирже?

— Утром, при открытии, было устойчиво.

Кэмбелл повернулся ко мне.

— Подождите немного, я сейчас вернусь.

Только сейчас я осознал, что мы попали в положение людей, сумевших при помощи какого-то колдовства оживить убитого и спросить его: «Кто тебя прикончил?» Ибо Е. Д. Кэмбелл должен был умереть еще четвертого июня, а между тем его, живехонького, я сейчас собирался отвезти на машине к Вульфу. Ну и дела!