Чтение онлайн

– О Боже, Джуно! А я сидел тут и думал о тебе.
– Алекс вскочил и обнял ее.
– Невероятно!

– Я совершала ностальгическую прогулку, как всякий раз, когда бываю в Париже, и вспоминала тебя... Ты всегда сидел здесь и писал в школьной тетрадке. И вдруг я увидела тебя.

– Только я больше не пишу.
– Не выпуская рук Джуно, он отступил на шаг и внимательно оглядел ее.
– Мне нравится твой новый стиль... Ты великолепна! Впрочем, ты и всегда была великолепна. Садись. Что будешь пить?

– Пожалуй, бокал красного вина. Надо настроиться на соответствующий лад перед презентацией вин Лидии. А где Тори?

– В Пуэрто-Рико. Снимает коммерческую рекламу для одной авиакомпании. А как поживает Шеп?

– Старается выбить из пьяницы-писателя последнюю главу романа. Шеп передает привет.

– А как продвигается оформление нового шоу?

– Неплохо. Все как обычно, но жизнь подорожала.

Господи, подумать только, какие чудесные декорации из картона изготавливали мы в Йеле! А вот декорации для этого шоу обойдутся более чем в сто тысяч фунтов.

Алекс присвистнул:

– Чтобы стало еще смешнее, я добавлю, что израсходовал значительно больше этой суммы на телерекламу, которая длится всего тридцать секунд.

– Кстати, поздравляю тебя с новым званием. Это замечательно.
– Джуно сделала глоток вина.
– Скажи, а тебе не хочется вернуться к драматургии? Я давно мечтаю сделать декорации для твоей новой пьесы. Помни: бесплатно!

Алекс серьезно посмотрел на нее:

– Знаю, Джуно. Черт возьми, а вдруг я больше не смогу писать? Поздно вечером, когда я прихожу домой, у меня нет никакого желания садиться за машинку и вымучивать из себя свежие мысли. У меня их нет, мне нечего сказать... Может, я еще не соскучился по этому занятию?

– Ну что ж, - улыбнулась она, - не спеши выбрасывать пишущую машинку. Просто скажи себе, что твоя муза ненадолго уехала в отпуск. Ты еще соскучишься, уверена. А не пора ли нам двинуться к Лидии?

***

"Виваруа", один из самых роскошных трехзвездочных ресторанов Парижа, был полон гостей, когда Джуно и Алекс добрались до него. Лидия заметила их, едва они вошли, и, извинившись перед собеседниками, поспешила к друзьям. Увидев ее напряженное лицо и огонек в глазах, Алекс понял, что она ими недовольна.

– А вот и вы! И опоздали всего на сорок пять минут.

– Не сердись, Лидия, прости нас. Ты не поверишь, но мы случайно встретились в "Двух обезьянах".., совсем как в старые времена.

– Совсем как в старые времена, - передразнила Лидия.
– Ну ладно, входите уж. Сейчас сядем за стол.

Лидию осенила блестящая идея провести презентацию вин за ужином, не устраивая обычной церемонии дегустации. Она и супруги Буле пригласили парижских и международных ценителей вин и гастрономии, благоразумно добавив к обществу несколько знаменитостей, владельцев ресторанов, а также близких друзей, таких, как Джуно, Алекс, Мишель и Мэриэл Жюльен, для моральной поддержки.

– Я посажу вас за отдельные столы, чтобы вы шпионили. Джуно, за твоим столом - Майлз Сазерленд, главный эксперт; Алекс, а ты следи за Огюстом Дютером и Эми Шонклер. Потом доложите мне обо всем, что услышите.

– Джуно, Алекс, рад вас видеть!
– Стефан поцеловал Джуно и обменялся рукопожатием с Алексом.
– Как мило, что приехали ради великого события в жизни Лидии.

– Стефан не теряет надежды, что я потерплю фиаско, - горько усмехнулась Лидия.
– Разве не так, дорогой?

– Бог с тобой!
– обиженно и чуть смущенно воскликнул Стефан.
– Я очень горжусь тобой.

– Ладно уж, извини, я превратилась в комок нервов.
– Она взяла сигарету, и Стефан услужливо поднес спичку.
– Я жалею, что затеяла все это.

– Ошибаешься, дорогая, ничуть не жалеешь.

– Пожалуй, ты прав. Не жалею. Что ж, пора за стол.

Лидия и Натали Буле просидели несколько дней над составлением меню, и их старания не пропали даром. Представленные ими красные вина "Шенен" превосходно сочетались с такими чудесами кулинарного искусства, как трюфели в слоеном тесте, барашек с баклажанами, свежими томатами и шпинатом и мусс из черной смородины.

Алекс насторожился, увидев, что Огюст Дютер взял в руки бокал с вином, изготовленным Лидией. Тучный француз, выпятив губы и прищурившись, долго рассматривал на свет светло-красную жидкость.

– Цвет неплох, - словно нехотя проговорил он.
– Может, несколько бледноват, но.., неплох.

Эми Шонклер, похожая на птицу американка, - главный гастрономический эксперт и критик, чья чрезмерная худоба заставляла предполагать, что в ходе работы ей приходилось сталкиваться чаще с недостатками, чем с достоинствами пищи, согласилась с Дютером.

– Букет тоже неплох, Огюст, - заметила она.
– Вино молодое, однако уже обладает всеми основными качествами, присущими винам "Шенен".

"Пока все идет хорошо, - подумал Алекс и невольно сложил пальцы крестиком под столом.
– Ну а теперь попробуйте его".

Дютер поднес бокал к пухлым губам, легонько качнул его и чуть пригубил. Закрыв глаза, он подержал вино во рту, потом проглотил. Все окружающие, включая Эми Шонклер, затаили дыхание.

Дютер улыбнулся:

– Отлично! В нем есть шарм. Очень приятное на вкус.

Алекс с облегчением вздохнул.

– Знаете, Огюст, - сказала Эми Шонклер, - а ведь оно выше обычного уровня вин "Шенен". У него есть будущее.

Алекс встретился глазами с Лидией и незаметно поднял большие пальцы. Она просияла и подмигнула ему.

Джуно сидела к нему спиной, и он не мог ни переглянуться с ней, ни наблюдать за реакцией на вино Лидии за другим столом.

Алекс видел, что Лидия постепенно успокаивается, хотя она почти не притронулась ни к пище, ни к вину. А вина были действительно превосходны. Алекс решил, что они ничуть не уступают знаменитым винам Луарской долины, в том числе и винам Стефана. Не такие насыщенные, как бордо или бургундское, они обладали жизнеутверждающей свежестью, букетом и чрезвычайно приятным вкусом. Усилия Лидии и супругов Буле не пропали даром. Им было чем гордиться.

Алекс жалел, что сидит не за одним столом с Джуно и Лидией, но чего не выдержишь ради дружбы? Он жалел также, что им не удастся побыть втроем после ужина, хотя и понимал, что это, как и его занятия драматургией, и их парижские дни, стало частью прошлого. Ему вспомнилось, что однажды в его комнате в Бренфорде они читали вслух книгу "Будь здесь сейчас". Да, самое трудное - быть здесь сейчас и совершенно отрешиться от прошлого. Но он должен с этим справиться. Что толку мучиться воспоминаниями о двух прекрасных женщинах, которые больше ему не принадлежат?