Чтение онлайн

— Если он таковым останется, то рано или поздно канет в небытие. Я же такого не хочу. Тем более, это несправедливо по отношению ко всем нам. — она положила руку себе на грудь. — Мы не можем позволить такому миру существовать.

— Вот как?

— Сделать чуть более справедливым и… Избавиться от тех, кто мешается ему.

— И кто мешается ему по твоему мнению? — белые глаза слабо сияли в этой полутьме.

— А ты как думаешь? Боги.

Боги появились гораздо раньше, чем Катастрофы. Но, в отличие от них, они не бесчинствовали и не буйствовали. Они просто возникли, возвысились и теперь наблюдают за миром смертных. Обладая огромной силой, они ничего не делают. Разве такие Боги вообще ему необходимы?

— А причём тут Боги, если ты хочешь изменить мир?

— Нужно начинать с корней, Эллен. — она подпёрла подбородок рукой. — Что толку от этих старичков, которые даже носу не показывают? Уверена, если захотим провернуть что-то настолько грандиозное, эти консервативные создания быстро припрутся к нам.

— Ты ищешь моей помощи?

— Отчасти верно. Тебе ведь и самой хочется взглянуть на Эго других? Ты же вроде как помешана на этом. Разве мы не поможем так друг другу?

И правда. Хорошее предложение. Эллен никак не изменилась в лице, но её улыбка стала более зловещей, а лицо словно бы темнее, чем обычно.

— Я как раз хотела спросить. А чего ты добиваешься? — её голос резонировал с эфемерными стенами в этом пространстве.

Винтерс. Катастрофа манифестации. Она считается сильнейшей в физическом плане среди других ей подобных и… При этом почти самой странной и непонятной. Вечно шляется по всему миру, что-то делает и проворачивает… В общем, одни вопросы.

— А чего я могу добиваться, Эллен? Лишь справедливости для всего мира.

— Вот как. Ладно. Я подумаю над твоим предложением. — усмехнувшись, силуэт Катастрофы безумия растворился в небытие.

Валтейн остался наедине с этим чудищем. Вернее, ему не хотелось уже так думать, но вряд ли он сможет принять старую версию Винтерс. Она, вероятнее всего, была более безжалостной, бескомпромиссной и безумной, чем та, которую ему повезло проводить в последний путь.

И глядя на её суровое выражение лица, нет никаких сомнений. Прошлая Винтерс обладала поистине великим желанием покончить со всеми Катастрофами и Богами для создания нового мира. И стала бы она правительницей в нём… Большой вопрос.

Открытое пространство, откуда можно посмотреть на обширное ночное небо. Оно прекрасно. Звёздочки испускали свет на всю космическую темноту лишь бы добраться своим светом до других уголков. Их упорству можно позавидовать. Даже находясь почти в полном одиночестве, они стараются заявить о себе, показать, что они существуют.

Как люди. Они такие же. Подобны звёздам в космосе. Они далеки друг от друга, но каждый испускает свет, чтобы его заметили, приняли. Некоторые сближаются, находят общие интересы и строят отношения.

За этим порой любопытно наблюдать. Каждое из них строится уникальным образом, хотя и так же в них прослеживаются какие-то определённые общие черты. В конце концов, когда начинаешь видеть это слишком много раз, ты теряешь всякое удовольствие за этим наблюдать.

— Надеюсь, Винтерс, мне не стоит говорить о причинах моего прихода. — за спиной наблюдательницы раздался чужой голос.

— Ох, ну конечно! А я всё ждала этого момента. Когда же кто-то заявится ко мне, чтобы… — она развернулась к гостье. Личность, обладающая разноцветными глазами: красным и синим. Богиня лимитов. Одна из самых неприятных существ данного мира.

— У всего есть равновесие. Так и у нашего мира оно есть. Своими действиями ты лишь подталкиваешь его к разрушению.

— Уж слишком ты спокойно говоришь об этом… А мы ведь охватываем такие материи. — Катастрофа манифестации сделала шаг назад и встала полубоком. — Разве не слишком халатно ты относишься к своим «обязанностям»?

— Я бы не назвала это своими «обязанностями», а просто тем, за чем стоит следить, когда кто-то сумасшедший решается нарушить порядок.

— Я собираюсь восстановить справедливость. Только свою и ничью более. Уж если мы уравняем всех по моим замыслам, не останется места для чужой. Разве не логично?

— Мир не такой просто, как тебе кажется. Ты не сможешь контролировать абсолютно всё. Будь ты Катастрофой хоть трижды.

— Разве тебя это будет волновать, когда ты умрёшь?

— …дерзкие для тебя слова. — от Богини лимитов пошло мощное давление. Колоссальные количества энергии струились из её тела, повреждая здешнее пространство.

Валтейн ощущал её могущество как нельзя лучше. Возможно, по сравнению с другими Богами, она является сильнейшей. Только по какой причине она не участвовала в борьбе с Винтерс? Почему не пришла? Что случилось? Что в этом закулисье творится раз уж важные персоны не приходят тогда, когда нужно?!

В общем, эти вопросы слишком сильно укоренились в голове парня. А что же до нынешних событий…

— О-о, ты собираешься бросить мне вызов в одиночку? Самонадеянно. — та развела руки в стороны, а затем на губах оной расцвела широкая улыбка. — Ну попробуй.

— За попытку развязать войну между Богами и Катастрофами… Винтерс, ты понесёшь соответствующее наказание!

В тот же момент перед ней возникла Винтерс, которая призвала себе в ладонь свой меч и атаковала им цель. На пути лезвию возник красный щит, успешно парировавший выпад, из-за чего оружие пошло по касательной. В другой руке Богини возник синий меч.

Несколько мгновений и возник взрыв. Энергии закружились в сумасшедшем танце, разрывая обозримое пространство в эпицентре.

— Лимит сущего. — из этого хаоса показалась соперница Катастрофы.

С произнесёнными словами Винтерс ощутила слабость по всему телу. Её Эго задрожало от чего-то странного. А вот и самое неприятное, что можно было ожидать от оппонентки.

Богиня лимитов — та, кто способна управлять чужими силами в той или иной мере. Ей подвластно накладывать сильнейшие ограничения, руководствуясь собственными парадигмами и взглядами. Как-никак, но она убеждена, что всё в этом мире обладает своим лимитом. Будь то земля или же какое-то живое создание. За эти лимиты невозможно выйти, ты не сможешь прыгнуть выше головы как бы ни старался. И она в полной мере отражает этот принцип.

Впрочем, Катастрофу это не шибко волновало. Она просто призвала множество чёрных крестов на свою сторону, а затем метнула десятки тысяч таковых.

Они попадали по алому щиту в попытке его пробить, но просто скользили по нему, словно бы тот обладал самой гладкой и гибкой текстурой. В то же время другие кресты врезались в землю или же и вовсе куда-то улетали. Они не могли пробиться через мощную оборону.

Тогда им на замену пришли огромные кресты, которые разверзли собой само небо.