Грешная воля Катастроф: Финальная фаза
Шрифт:
Бог — недостижимый идеал…
Возможно, это то, чего я заслуживаю…
Мои страдания — только мои…
Никто и ничего не касается…
Они становились лишь навязчивее, пока он пребывал здесь. Чужое Эго вполне может на тебя повлиять, если попытаешься влезть в него. Отчасти так было с теми, чью часть жизни ему пришлось пережить.
Осколки кристалла чуть ли не изжили его с этого света. И лишь чудо помогло ему остаться в собственном рассудке, а не потеряться в самом себе и противоречиях. Ему очень и очень повезло.
Однако сейчас не стоит об этом мыслить! У него есть дела поважнее. Поднимаясь наверх с невероятной скоростью и прорубая себе этот путь, внезапно сверху на него полетели камни. Их вырывали корни терновников, бросая в цель с невероятным импульсом.
Эти булыжники подобно метеоритам врезались в подножие, не найдя первоначальную жертву изначально. Человек вовремя уклонялся от всех снарядов. Ему не хотелось прикладывать больше сил, чем нужно. Нужно экономить выносливость. Тут ему будет тяжело восстановиться, если слишком разрядится. Надо контролировать себя.
Что ж, терновники придумали новый способ докопаться до него. Они просто вырвали крайне гигантский валун, коим и воспользовались. Эта булдыга полетела в него на большой скорости, закрывая всё пространство сверху. Ничего не оставалось. Мужчина покрепче сжал рукоять меча и приготовился.
Лезвие вспыхнуло алым, а затем прорубило булыжник с невероятной лёгкостью. Подобно ножу через масло. Сразу же за этим на него опустились тысячи корней. Они поразили всё его тело, отправляя в самый низ, к подножию. Они не желали его пускать наверх. Оно и понятно. Сердце Фрактэшлы и самого проклятия именно там. Если он туда заберётся, то явно… То явно сможет разобраться со всем этим.
Он верил в это. Верил в себя и свои возможности. Пройдя такой длинный путь, ему нужно покончить с этими незначительными препятствиями.
— Уйдите. — прорычал Валтейн.
Пространство исказилось, после чего корни оказались на некотором расстоянии от него. Мужчина стиснул зубы. Их слишком много. Использование реальности истощит его ещё сильнее, оставалось лишь воспользоваться одним…
— Абсолюта мондо ордо. — вслед за этими словами последовал один взмах клинка.
Алая энергия сверкнула на всю обозримую местность и растворила в своём свете не только корни, но и множество терновников вокруг. Они не могли сопротивляться столь подавляющей силе.
Что же до самого Валтейна, он вцепился в породу и заставил себя подниматься снова. Пока есть время, ему нельзя терять ни секунды! Неизвестно, как долго это всё будет восстанавливаться! До вершины осталось примерно половина пути…
С каждым новым уровнем высоты он всё более ощущал головную боль. Чужие мысли врезались в его, они пытались в каком-то роде выбить его из чужого Эго. Оно и понятно. Никто не захочет у себя иметь того, кто способен узнать все секреты и чувства другого.
Конечно, есть отдельные случаи, когда два Эго сплетаются, но до такого ведь нужно многое пережить, иметь крепкие отношения и доверять партнёру… Что же до них… Едва ли он обладает доверием Фрактэшлы. Скорее, она позволила ему сделать это из-за слабой искорки надежды. Раз уж ему удалось исцелить её тело, то и душу поможет…
Впрочем, его не волновали такие материи. Ему просто нужно сделать то, зачем он сюда пришёл.
Меньше половины пути.
Серебряный свет всё явнее и явнее.
Валтейн ускорился. Нельзя было упускать такой момент. Никак нельзя. Создавая под собой твёрдые энергетические платформы, он заставлял себя подлетать на десятки метров. И так раз за разом.
Когда осталось совсем ничего, то прямо с вершины… Прямо оттуда вырвалось неисчислимое количество корней. В сотни раз больше того, что ему довелось преодолеть. Это поражало воображение в какой-то мере. Однако способна ли такая атака навредить Катастрофе? Или Богу? Она лишь добавляет зрелищности, однако никак не силы.
Именно поэтому человек без всяких мыслей или страха столкнулся с этим ударом. На секунду алый свет погас.
В конце концов, так и должно быть.
Одиночество.
Агония.
Боль.
Судьба.
Всё должно быть так, как и должно быть. Божественные проклятия не для обычных смертных. Они губят таковых, а те, кто пытаются спасти проклятых, неизменно становятся сами по себе проклятыми.
И как бы ты ни хотел это изменить, но человеческая сила слишком слаба по сравнению с таковой.
Лишь Боги и Катастрофы способны вершить собственную судьбу, не глядя на других. Так и весь род Фрактэшлы был обречён на вечные страдания из-за одного предка, посмевшего позариться на жизнь Бога. Это плата за наглость и высокомерие.
По крайней мере, так подумают те, кто не способен что-либо изменить и те, кто кланяется таковым, кому плевать на них изначально.
Алый свет начал прорываться через чёрные корни. Пускай Валтейн и сам по себе неидеален, до сих пор боится и пребывает в сомнениях… Он не знает, как победить Эллен, не знает, что делать с Концом Мира… Но точно знает, что не стоит сидеть без дела. У него осталось мало попыток.
У него есть часть своих воспоминаний. Да, они непонятны и сложны в освоении, однако они есть. Если в них разобраться, удастся добраться до истины происходящего.
Наконец меч прорубил себе путь, а за ним показался человек, чьи синие глаза ярко сияли. Он выбрался из заточения и сделал ещё один рывок. Его рука ухватилась за выступ вершины. Лозы и корни хотели его остановить, но реальность не позволила этому случиться. Они промахнулись в нескольких сантиметрах от его ног, хватаясь лишь за горную породу.
Сам же воин подтянулся и наконец… Оказался там, где и должен быть. Вершина горы. Место, откуда исходит столь причудливый серебряный свет, запятнанный проклятием. Вот и оно.
Перед ним находилась сфера из серебра, внутри которого ютились лозы. Они проникли очень глубоко, буквально вжались в естество девушки.
Тут-то эмоций и чувств стало больше. Он находился слишком близко к её ядру.
— Кгх… Сильный напор… Не могу представить, что будет дальше!
Есть ли у меня надежда?
Победа над Богом дарует мне спасение?
Чего я хочу на самом деле?
Жизнь других… Для меня не жизнь…
Желание узнать…
Хочу просто умереть.
Прекрати истязать меня…
Мой клинок слишком долго был обагрён кровью…
Её чувства становились более сложными и комплексными. Каждое из них было пропитано невероятным отчаянием и отрицанием. В ней бурлили противоречия, но… Удивительно.