Чтение онлайн

Теория хаоса просто констатировала наличие беспорядка в послушной системе. Это оправдывает врожденное чувство голода Ника, которое вызывает разрушение. Почему никто – его мать, учитель, друзья, школьный консультант – не почувствовал его жажду преступления, я никогда не узнаю. И этот аспект был просто частью хаоса.

Я тоже была частью хаоса. Передовой Центр будет делать все возможное, чтобы найти смысл моих преступных побуждений, а если не сможет, то закон будет делать то, что должен.

Это навсегда бы устранило беспорядок.

ГЛАВА 11

Утром, когда огонь потух, я так замерзла, что каждый мускул моего тела окаменел. От углей поднимался дым, выделяя немного тепла. Моя спина замерзла, а за ней должен быть Кейси.

Кейси.

Со стоном я переворачиваюсь. Он ушел. Таннер спит на другой стороне, напротив костра, капюшон натянут на голову.

Он, вероятно, пошел в туалет.

Так что я жду, сначала пытаясь заснуть, но боль от беспокойства слишком сильна, и попытки заснуть становятся тщетными. Проходят минуты.

Он заблудился. Вот и все.

Я проклинаю себе под нос. Вставая, отряхиваю свои штаны. Деревья неподвижны – ветер даже листья не трогает. Я внимательно изучаю лес в надежде увидеть какое– нибудь движение или услышать шаги.

Ничего.

Убрав волосы под свитер, я натягиваю капюшон и иду на поиски.

Я могу игнорировать мучительное чувство достаточно долго, чтобы оценить проблему, но в этот раз у меня голова кругом идет, струйка холодного пота скатывается по спине.

– Пожалуйста, – шепчу я с каждым шагом. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

Я рискую, уходя дальше от лагеря. Таннер может проснуться без нас, или Кейси вернуться, а я все еще буду его искать. Но мои ноги не перестают двигаться.

В моей памяти вспыхивает петля, которая утащила Валери. Что делать, если с ним произошло что– то подобное, а я была без сознания?

Я не могу думать о таком. Не могу.

Поднимается быстрый ветер, подгоняя меня. Он заставляет двигаться кроны деревьев, листья переворачиваются.

Я внимательно слушаю, как ветер успокаивается, и раздается слабый мужской голос, музыкальный и спокойный.

Этот голос принадлежит не Кейси.

Мои ладони ноют, когда ногти вонзаются в кожу, сердце бьется так яростно, что меня тошнит.

Медленно я делаю шаг к отверстию в скале. И еще шаг. Голос изменяется, пока не напоминает что– то знакомое, и я узнаю его. Я узнаю его, и не могу в это поверить.

Гордон.

Он произносит мое имя.

– Я вижу тебя.

Это очень плохо.

– Эвелин, – поет он. – Иди и посмотри, что я нашел.

Я могла бы убежать. Я могла бы убежать, но мое нутро говорит мне, что ставки слишком высоки. Как инстинкт – интуиция – более подавляющий, чем я чувствовала когда– либо.

Я должна идти в эту пещеру.

 Я вдыхаю, подавленная запахом смерти. Свет зажигается, ослабевая до мягкого желтого свечения. Свет от огня – лампы – обрамляет его силуэт.

– Эвелин. Иди и посмотри на мою добычу.

Я уже могу видеть его добычу, поэтому захожу в пещеру. У меня нет другого выбора.

Света недостаточно, чтобы бросить вызов темноте, брызги крови на стенах, видны искорёженные, расчленённые трупы. Теперь я вспоминаю его преступление в мельчайших подробностях. СМИ назвали это культом, несмотря на то, что это определение не совсем подходит. Просто кучка психопатов, которые нашли друг друга в Интернете, и дали друг другу основу для того, чтобы их желания воплотились в жизнь, их фетиши.

СМИ назвали их Восьмеркой Мучеников. Очень напыщенно, но внушает страх. Монстр с большим именем. Они похищали подростков и увозили их в заброшенные здания, где мучали, а те истекали кровью, пока души не покидали их тела, а их изувеченные трупы были выброшены в реку.

На теле парня была найдена ДНК, из– за чего был осужден Гордон. Парень, чьи преступления были не из– за азарта, а из– за болезни.

И я знаю, почему он заманил меня в свое логово, с иллюзиями трупов, которые свисали с потолка, здесь стояла невыносимая вонь, что должно было заставить их выглядеть реальными. Логово с пустыми крюками для мяса висят в воздухе, как люстры. Средневековое оружие украшает стены.

Его добыча – Кейси.

Связанный цепями, Кейси висит в углу пещеры без сознания. Я кусаю губу, чтобы заглушить крик. Я не предоставлю Гордону удовольствия увидеть мой ужас.

– Чего ты хочешь? – я пытаюсь одурачить его, но мой голос слабый и окаменелый.

– Хм… – он хлопает лезвием в своей руке по бедру. – Это отличный вопрос.

– Ты знаешь, что они следят за каждым нашим шагом? Стукнул парня и держишь его в плену – это не сохранит твою карточку безупречно чистой.

Он мрачно усмехается.

– Ох, я не бил его. Передовой Центр сделал это за меня. Разве не мило с его стороны?

Почему он еще не умер?

Он ребенок – чуть старше Таннера. Но его взгляд, как у старого человека, как будто тот видел многое, как будто нес изнурительное бремя. Тем не менее, игра света делает его похожим на возбужденного школьника, отчаянно хотевшего поиграть.

Он жестом указывает на висящие выше трупы.

– И затем он создал этот потрясающий дисплей для меня, чтобы я выполнил свою работу.

Работу. Мой желудок сводит.

– Ты знаешь, что это тест, правильно? – спрашиваю я беспечно. Как будто меня на самом деле не волнует, что он планирует. – Они пытаются увидеть, злой ли ты, а ты тупо попадаешь в их ловушку. Ты умрешь.

Он смеется.

– Ох, Эвелин. Должен сказать, что я не думаю, что это продлится долго. Я никогда не мог терпеливо ждать.