Грета и потерянная армия
Шрифт:
Грета застонала и закатила глаза.
— Что ещё за гвардия королевы, когда никакой королевы нет?
— У тебя будет охрана, — резко заявил Айзек. — Или так, или ты вообще больше не выйдешь на поверхность.
— Серьёзно? Разве это не мне решать? — возмутилась она, упирая ладони в бёдра.
— Нет, — одновременно ответили Айзек и Итан.
Итан с широко распахнутыми глазами взял оружие из рук Айзека, словно то было сделано из золота и драгоценных камней, а не из простой стали с железной рукоятью. Он поднялся и убрал кинжал в ножны, после чего сразу же занял пост рядом с Гретой.
Айзек засмеялся.
— Твоё рвение похвально, но давай договоримся: ты будешь охранять королеву, только когда рядом нет меня.
Итан кивнул.
— Тогда иди сейчас к остальным. Ты сможешь и поесть, и отдохнуть на нижних уровнях.
Итан поклонился Айзеку, затем повернулся к Грете.
— Даже не думай, — предупредила она.
К счастью, он уже достаточно хорошо её знал, чтобы не устраивать представление с поклонами, а просто кивнул.
— Я вас не подведу, — пообещал он.
«Главное, останься жив», — хотела ответить она, но прикусила язык. После того, как Итан ушёл, она повернулась к Айзеку.
— Я займусь его обучением. Иначе он будет просто путаться под ногами, — сказала она. — Если уж на то пошло, большей части наших добровольцев нужна хоть какая-то подготовка.
Он помрачнел. Казалось, он хочет что-то сказать, но в этот момент перед ними спрыгнул Драйден.
Грета вскинула голову.
— Ты не пробовал пользоваться лестницей?
Драйден молча стоял, глядя на Айзека без каких-либо эмоций. Ждал.
Грета тоже ждала. После долгой, неловкой паузы она уже была готова вступиться за воина-фейри, но Айзек кивнул. И хотя Король Гоблинов ничего не сказал, Драйден воспринял это как команду опуститься на колено. Фейри склонил голову и поклялся Айзеку в верности точно так же, как до это Грете.
— Я принимаю твою присягу.
Айзек велел ему подняться на ноги и идти к остальным.
— Зачем это было нужно? Преклонять колени, давать клятву… От Лейлы и Байрона ты этого не требовал, — недоумевала Грета. — Или, по-твоему, они бы не согласились?
Айзек покачал головой.
— Они бы без вопросов опустились на колени и произнесли нужные слова, вот только это всё ничего бы не значило. Драйден же будет верен своему слову, поэтому я хотел, чтобы он поклялся. Я хотел, чтобы он держал это в уме каждый раз, когда будет принимать решение.
— Если он задастся целью, то может стать опаснее, чем Лейла и Байрон вместе взятые, — согласилась Грета. Он так сильно напомнил ей Лазаря, что у неё побежали мурашки по коже. — Но при всём этом мне кажется, что честь для него — не пустой звук. Он будет сражаться вместе с нами до конца.
Когда все спустились внутрь, Айзек взял Грету за руку и повёл по тесному коридору. От духоты ей стало тяжело дышать, на лбу скапливались капельки пота. Стало легче, когда они вошли в жилое помещение с высоким потолком. Айзек закрыл за ними дверь, и они остались вдвоём.
— Завтра мы пойдём на Аграмона, — сказал он.
— Завтра? Так скоро? Как можно их всех подготовить за несколько часов?
— Я больше не могу прятаться здесь и ждать, пока в мире не останется ничего, за что стоит бороться. Каждый день всё больше наших земель разрушается, всё больше моих подданных погибает. Если мы хотим вернуть Милену, нужно перестать бояться и начать действовать.
Грета поёжилась.
— Знаю, но… Хотя бы скажи мне, что у тебя есть план.
Он скрестил руки на груди.
— У меня есть план.
Она хмыкнула.
— Это прекрасно, но мне нужно немножечко больше.
— Ты знаешь, о чём попросила Сиона, позвав меня по имени? Нет, не дать ей силы на исцеление. Вернее, не совсем это.
— Не это? Но ей же становится лучше. О чём же она попросила?
— Она попросила дать ей силы спасти тех фейри, что всё ещё скованы коллективным разумом и подчинены Аграмону.
Грета застонала.
— Это так похоже на неё.
— Но, благодаря той связи, что теперь есть у меня с ней, я знаю, как нам победить демона.
— И как же? — удивлённо спросила Грета.
— Если мы восстановим связь Сионы с коллективным разумом, она сможет использовать свои силы, чтобы ослабить контроль Аграмона над остальными фейри в достаточной мере, чтобы они могли освободиться.
Она нахмурилась.
— Она едва не умерла, пытаясь освободить всех фейри в Стеклянном королевстве. И это Аграмон ещё не был в курсе. Он больше не повторит этой ошибки. Он будет следить за ней.
— И поэтому она не станет освобождать фейри, просто откроет им путь, чтобы они могли сделать это самостоятельно. Как только начнётся массовый отток фейри, это будет подобно цунами. Аграмон не сможет остановить их, если они все разом начнут вырываться из оков.
Грета замялась.
— Ты забываешь о том, что связь работает в обе стороны. Если Сиона станет частью коллективного разума, Аграмон сможет использовать её силы против нас так же, как мы используем их против него.
— Только если он почувствует связь с ней.
— Как он может этого не заметить?
Айзек стиснул зубы.
— Он будет отвлечён нападением нашей армии на его. Сложно заметить присоединение одного фейри, когда ощущаешь массовую потерю остальных.
Грета поморщилась. Скольких фейри придётся убить, чтобы спасти остальных?
— Но с этим планом есть проблема. — Он скривился. — Я связан желанием Сионы.
— В смысле?
— В смысле я не могу приказать атаковать воинов-фейри, после того как она попросила меня спасти их.
Чёрт.
— У меня такого ограничения нет, — заметила Грета. — Но кто станет слушаться моих приказов?
— Ты недооцениваешь своё влияние на них. Даже до встречи с тобой, они уже были готовы присягнуть тебе, когда узнали обо всех Потерянных, которым ты помогла вернуться к их семьям. Причём не одни только гоблины надеются, что ты вернёшь им их близких.
— А вдруг это невозможно? — выпалила она. — У нас это получалось только с гоблинами, обращавшимися к тебе, благодаря связи.
— Ты доказала мне — и всей Милене, — что всё возможно, если верить… И сейчас они верят в тебя.