Чтение онлайн

– Вертолет, – поправляю его я, а этот гад сидит и ухмыляется.

– Давайте присядем, и я вам все расскажу.

Мы сели на диван и я заметил стоящего в дверях Тейлора. Я кивнул ему в знак приветствия и он ответил мне.

– Как дочка?

– Уже все нормально. Ложная тревога, сэр.

– Хорошо, – с улыбкой сказал я. Значит он уже давно в «Эскале». Все-таки зря я переживал.

– Рад вашему возвращению, сэр. На сегодня все?

– Нам надо будет забрать вертолет.

– Сейчас? Или можно утром?

– Я думаю, что утром.

– Очень хорошо, мистер Грей. Что-нибудь еще, сэр?

В ответ я отрицательно покачал головой. Тейлор кивнул и тепло улыбнулся мне одной из своих редких улыбок, потом повернулся и ушел в свой кабинет.

– Кристиан, так что же произошло? – Папе не терпится узнать подробности аварии.

Я в подробностях рассказываю о нашем полете. О том, что мы полетели с Рос посмотреть на вулкан и потом у нас начался пожар в хвосте. О том, что у меня не оставалось выхода, как посадить вертолет. Я окинул всех взглядом и понял, что они и так много переживали из-за меня, что не могу себе позволить рассказать о всем том ужасе, что мы с Рос пережили, поэтому я немного смягчил свою историю.

– Пожар? Оба двигателя? – Ужасается папа.

– Угу.

– Черт! Но я думал…

– Я знаю, – перебиваю я. – Просто удача, что мы летели так низко, – бормочу я.

Ана вздрагивает. Я отпускаю ее руку и обнимаю за плечи.

– Замерзла? – Спрашиваю я и она отрицательно качает головой.

– Как же ты погасил пожар? – Спрашивает Кейт, включаясь в разговор.

– Огнетушителем. Он обязан быть на борту, по закону, – спокойно отвечаю я.

– Почему же ты не позвонил или не связался со спасателями по рации? – Спрашивает мама.

Я бы так и сделал, если это было бы возможно.

– С выключенной электроникой у нас не было радиосвязи. Из-за пожара я не рискнул ее включать. На «Блэкберри» работала GPS, и я смог выйти на ближайшую дорогу. Мы шли туда четыре часа. Рос была на каблуках. – Чертовы туфли, из-за которых она передвигалась, как улитка. – У нас не было сотовой связи. В Гиффорде нет покрытия. Наши батарейки сдохли, сначала у Рос, а по дороге – и у меня.

Ана ерзает на диване и я сажаю ее себе на колени. Я так по ней скучал.

– Как же вы вернулись в Сиэтл? – Спрашивает мама, растерянно моргая при виде такой картины, но мне все равно. Я хочу, чтобы они видели, что мы любим друг друга.

– Мы вышли на дорогу и проверили сколько наличных денег у нас собой. У нас на двоих оказалось шестьсот долларов. Мы пытались поймать машину. Из всех остановился только один водитель старого грузовика, который согласился отвезти нас домой. Он отказался от денег и поделился с нами едой. – Несмотря на всю его жизненную ситуацию, он помог нам, и не попросил ничего взамен. Я должен ему помочь, чем смогу. Таких как он мало. – Ехали мы целую вечность. У него вообще нет мобильника – странно, но факт… Я посмотрел на всех людей, которые меня окружили и внимательно слушали. – Вообще-то я и не знал…

– Что мы волнуемся? – Возмутилась мама. – Ну, Кристиан! Мы тут чуть с ума не сошли!

– О тебе сообщили в новостях, брат.

Я закатываю глаза. Конечно репортеры не могли упустить такой новости. Как им только удается обо всем так быстро узнавать? Быстрее, чем мои родные?

– Угу. Я это понял, когда подъехал сюда и увидел у входа кучку фотографов. Извини, мама, мне надо было попросить шофера остановиться, чтобы я мог позвонить. Но я торопился поскорее вернуться. – Я быстро бросил взгляд на Хосе. Я больше всего волновался из-за этого фотографа.

Мама неодобрительно качает головой.

– Мой мальчик, я рада, что ты вернулся целым и невредимым.

Ана постепенно успокаивается, и, свернувшись калачиком, кладет голову на мою грудь, продолжая слушать наш разговор. Ее похоже не смущает то, что я грязный и потный. Мне очень нужно в душ. Она крепко держит меня за руку, как будто не может поверить, что я действительно здесь. По правде говоря, я сам не могу в это поверить.

– Неужели оба двигателя? – Снова повторяет папа и недоверчиво морщится.

– Кто его знает. – Сказал я и провел ладонью по спине Аны. Она по какой-то причине начинает снова плакать и крепче меня обнимать.

– Эй, – шепчу я. Потом беру пальцами за подбородок и запрокидываю ее голову. – Перестань плакать.

– А ты перестань пропадать, – сказала она, вытирая слезы, шмыгая носом. Это зрелище заставило меня улыбнуться.

– Неполадки в электрической части… странно, правда? – Папа опять возвращается к теме пожара. Я понимаю, что даже он в этом видит что-то подозрительное, но у меня нет сил продолжать сегодня этот разговор.

– Да, мне тоже пришло это в голову, пап. Но прямо сейчас я хочу спать. Подумаю обо всем этом завтра. – Я просто мечтаю отправиться в душ, чтобы смыть с себя весь кошмар сегодняшнего дня, и потом лечь в постель со своей любимой девочкой.

– Значит, СМИ знают, что Кристиан Грей найден живым и невредимым? – Спрашивает Кейт. Твою ж мать, Кавана! Видимо эта особа с первого раза не понимает!

– Да. Андреа и мои пиарщики разберутся с ними. Рос позвонила ей сразу, как только мы довезли ее до дома.

– Да, Андреа позвонила мне и сообщила, что ты жив. – Усмехнулся папа.

– Да, надо повысить этой женщине жалованье. Но сегодня уже поздно, – тактично повторяю я. Я действительно очень устал и у меня нет сил еще полночи сидеть и отвечать на их вопросы.

– Леди и джентльмены, по-моему, это намек, что мой дорогой брат срочно нуждается во сне, – насмешливо заявляет Элиот. Вот только не надо меня сейчас троллить, Элиот. Боже, я так устал, что даже не могу его послать куда подальше.

– Кари, наш сын вернулся целым и невредимым. Теперь мы можем ехать домой.

– Да. Думаю, сон нам не помешает, – с улыбкой отвечает папа.

– Останьтесь, – предлагаю я, у меня тут найдется место для всех.

– Нет, милый, я хочу домой. Теперь я знаю, что все в порядке.

Как здорово, что вся моя семья сейчас здесь, но я все таки чувствую облегчение, что они начали собираться по домам, зная, что я вернулся домой в целости и сохранности.

Я неохотно пересаживаю Ану на диван и встаю. Мама опять обнимает меня, прижимаясь головой к моей груди. Я даже не вздрогнул. Я так не привык к тому, что меня обнимают, поэтому мне не по себе от того, что я не знаю, что в этот момент должен делать. Я нежно взял ее за плечи. Знаю только одно, что мне очень приятно, что за меня переживают так много людей.