Грейвенвуд
Шрифт:
Дядя отвернулся от котла, добавляя туда мою кровь, и посмотрел на меня.
— Если становишься чародеем, ее уже не использовать.
— Если становишься чародеем, она уже и не нужна, — сказал он.
— Может, нет. Но из-за этого ограничения стоит убедиться, что используешь ее на правильном человеке. Другого шанса не будет.
Дядя Мейс зачерпнул зелье из котла в чашку.
— Мне и не нужен другой шанс. У меня есть ты.
— Моя магия слаба и неразвита. Кроме создания призрака и потухших свечей один раз, я ничего впечатляющего не достигала.
Он подул на зелье, пытаясь остудить его.
— Магия или есть, или ее нет, — сказал он.
— Разве способности не различаются? Например, у моего тела есть мышцы, как у всех людей, но у меня нет силы великана.
Он все дул на жидкость, но выглядел так, словно задумался от моих слов.
— Придется рискнуть с тобой.
— Ты не слышал, что произошло в Блэкгрове? Леди Сейдж одолела брата, лорда Квешира, и взяла его в плен. Там умелый чародей, — я должна была стыдиться, что выдавала товарища-чародея, но он был виноват сам, арестовав Кальдера и отправив меня и Эша в опасное путешествие.
Глаза дяди стали хитрыми.
— Я знаю об этом. Леди Сейдж хочет брата себе.
— Ты говорил с ней?
Снова хитрый взгляд.
— Я хорошо ее знаю. Она надеется разделить Грейвенвуд со мной.
Меня поразило его признание. Но он мог очаровывать, когда хотел. Может, она влюбилась в него. Что об этом подумал бы ее верный заместитель, Гренджер? Может, потому он пытался помочь Эшу сбежать. Гренджер хотел, чтобы Мейсу помешали.
— Тогда леди Сейдж тоже станет чародейкой? — сказала я.
Он рассмеялся.
— Конечно, нет. Она милая, но я не дам ей бороться за власть в этом регионе.
— Тогда забери у нее лорда Квешира, получи силы от него. Ане от меня.
Он поднял чашку и осушил содержимое одним глотком. Он закашлялся, а потом сказал:
— Нет, племянница. Я верю, что твоих сил мне хватит. И когда я получу их, я смогу убить лорда Квешира. Его сестра может быть моим регентом в Блэкгрове, если поклянется мне. Она неплоха.
Он опустил деревянную подставку над моим телом, уложил сверху Грейвенвуд.
— Я не уверен, что ты выживешь. Это не уточняется. Надеюсь, ты понимаешь.
Я сморгнула слезы.
— Не делай этого, дядя. Прошу. Ты пожалеешь, я знаю. В тебе есть доброта, даже если другие ее не видят. Я — твоя племянница. Мы — семья.
— Твой разговор надоел, — он взял платок, скомкал его и запихал мне в рот.
Я пыталась вытолкнуть его языком, но без толку. И что еще я могла сказать? Он не стал бы меня слушать. Никто не поможет. Мне нужно было смириться. Только я могла себя спасти. И я пыталась понять, как сделать это.
Дядя Мейс опустил ладони на Грейвенвуд. Его взгляд стал стеклянным, он читал слова с таблички:
— Сущность магии, приди ко мне, чтобы я стал чародеем.
Я думала о магии, которую успела применить. Обычно я просто представляла действие. Я сосредоточилась на дяде Мейсе, пыталась мысленно оттолкнуть его. Я зажмурилась, представляя, как он отлетает в стену, теряет сознание. Но ничего не произошло. Он повторял слова, пока пот не полился с его лица на Грейвенвуд.
Я уже ослабевала. Я устала, словно бежала весь день. Хотелось закрыть глаза и уснуть.
И тогда я увидела это. Зеленоватое сияние над моим телом. Оно впитывалось в дядю Мейса.
Все было кончено. Он победил, а меня ждала смерть.
45
Кальдер
Кальдеру и Эшу пришлось замедлиться, чтобы не привлекать внимание в замке. Они были странной парой — женщина-служанка и страж ходили по коридорам верхних этажей.
На втором этаже они миновали комнату рисования с открытой дверью и звуками разговора. Кальдер затаил дыхание, и их не заметили, как ему показалось, но женщина вдруг окликнула его. Это была леди Элдред, и он надеялся, что никогда в жизни ее больше не услышит.
— Это Джемма? — сказала она.
Он и Эш переглянулись. Кальдер хотел побежать, но тогда леди послала бы стражу за ними. Им нужно было избежать этого.
— Да, миледи, — прохрипел Кальдер.
— Иди сюда, — ее тон был резким, как всегда.
Кальдер посмотрел на Эша и кивнул. Они вошли в комнату, где сидела леди Элдред с мужем. Она выглядела как всегда, только старше, а мужчина стал хрупким, напоминал скелет. Строгие черты его лица с возрастом стали мягче.
— Что вы тут делаете? — сказала леди Элдред. — Кто с тобой?
— Прошу прощения, миледи, — сказал Кальдер.
— Что с твоим голосом? — спросила она.
— Горло простудила, — прошипел Кальдер. — Это мой сын, он работает в замке. Он предложил показать мне место. Я всегда слышала, какой замок большой. Мы не хотели навредить.
— Кто дал разрешение? — сказала она.
— Это была моя дочь, Фэлин? — сказал сэр Элдред. — Она недавно вернулась.
Кальдер не успел ответить, ощутил зуд на ладони. Эш ткнул его локтем, Кальдер опустил взгляд и понял, что его ладонь менялась. Становилась больше и волосатее, чем у тети. Он быстро спрятал ее за спину.
— Мама хотела увидеть вашу дочь, — Эш использовал старость сэра Элдреда. — Она много раз рассказывала, как добра к ней была леди Фэлин, когда она служила вашей семье. Мы надеялись поблагодарить ее.
— Хмф, — леди Элдред хмуро смотрела на «тетю», может, злясь, что никто не приходил в замок поблагодарить ее за доброту. — Не знаю, как вы узнали, что она была тут, но она не в состоянии принимать гостей. Мой муж порой путается.
— Мейс забрал ее в свою игровую комнату наверху, — сказал сэр Элдред.
— Он путает ее со своей дочерью. Вам придется уйти. Тут не на что смотреть. Юноша, уведи ее из замка и вернись на пост. Джемма, не стоило приходить сюда простывшей. Я не знаю, чем ты думала.
У Кальдера уже чесалась щека, и он прижал к ней ладонь.
— Да, миледи. Хорошего дня, миледи.
Эш тихо отозвался согласием, и они поспешили из комнаты. Они отошли подальше и вернулись к лестнице.
— Он имел в виду Тессу, — сказал Эш.
Кальдер кивнул.
— Нам нельзя ни с кем сталкиваться, — сказал Эш. — Ты меняешься.