Грезы судьбы
Шрифт:
– Ваши апартаменты, принцесса, - со смехом проговорил мужик и швырнул меня в комнату, будто я была для него всего лишь маленькой пушинкой.
Пролетела через холодное помещение и ударилась спиной о стену. Выровняв дыхание, слегка пошевелилась, и спину пронзила адская боль, гораздо более резкая, чем при ударе. Уже пожалела, что решила пошевелиться. Тяжело дыша, перевернулась на бок и свернулась калачиком, поджав под себя ноги. Тонкое атласное платье наполовину было порвано, и зверский холод кусал кожу.
– Жаль, что мне нельзя к тебе прикасаться. Но когда хозяин наиграется, отдаст тебя нам, - раздался ужасный хохот амбала, и послышался скрип двери, затем щелок.
Меня заперли.
Горячие слезы градом хлынули по лицу, падая на ледяной пол камеры. Было так холодно, что стук зубов мешал сосредоточиться.
– Дарек!
– что было мочи попыталась я крикнуть, но получилось лишь жалкое мычание.
Я взглянула на руку. Сквозь рукав платья слабым светом светилась моя руна. Словно маячок, она пульсировала, будто посылала сигналы о помощи. Но это была лишь моя фантазия.
Поднесла к ладоням руки, чтобы согреть их собственным дыханием. Зубы стучали предательски, и от холода трясло все тело. Озираясь по сторонам в поисках чего-нибудь теплого, но не нашла ничего, камера была пуста.
Сильная боль вновь сковала тело, лишая сознания. Опять я провалилась в забытье.
Но, как оказалась, меня оставили ненадолго.
Холодный ветерок, теребивший волосы на щеке, разбудил меня, или это был сильный грохот, дошедший до сознания. Я мгновенно открыла глаза.
Темно, как у дьявола в желудке.
Шаги приближались и становились все отчетливей. Нервно сглотнула, ожидая самого худшего. Шаги прекратились, кто-то остановился у дверей камеры. Послышался звон ключей, щелчок, и кто-то, надавив сильной рукой на ручку, открыл камеру.
– Скучала по мне, принцесса, - я лишь фыркнула, а амбал захохотал.
– Нечего тут валяться, тебя заждался хозяин, - меня подхватили, словно я не человек, а мешок с зерном, закинули на плечо и звонко шлёпнули по заду.
– Еще раз так сделаешь - и ты покойник, - что было сил, я ударила кулаком амбала по спине.
Второй шлепок - и мою ягодицу пронзила жгучая боль.
– Ой, все еще живой, - захохотал амбал.
Я вонзила острые зубы в потную спину и со всей силы их сжала. Он взвыл от боли и во второй раз швырнул меня на каменный пол. Вскрикнула и выставила руки вперед, но все равно больно ударилась.
– Что тут у вас происходит?
– на помощь к амбалу подоспел другой, такой же мужлан.
– Хозяин уже заждался.
А как я заждалась этой встречи! Не терпится взглянуть в глаза ублюдку, который поселил меня в такие королевские апартаменты.
Слабый свет проникал через широкую щель открытой двери, освещая пыльную стену и каменные ступеньки.
– Дьявол, она меня укусила, - развернувшись, мерзкий здоровяк залепил мне пощечину.
– Я тебе еще припомню.
Кожа загорелась, словно от ожога. Задыхаясь, беззвучно хватала воздух ртом. Опухшая от пощечины скула неприятно пульсировала.
Амбал замахнулся второй раз, но другой его остановил:
– Хватит, она хозяину нужна живая, - в этой кромешной тьме, мне ничего невозможно было разглядеть, но эти двое были в своей тарелке. Я попятилась в сторону двери, но меня опередили.
– Прочеши местность. Дай знать, если что не так. Её я сам отдам хозяину, - меня снова загрузили на плечо.
После сумрака подвала тусклый дневной свет ослепил, а тяжёлые запахи, витающие в помещении, заставили невольно поморщиться.
Перед глазами замелькала череда длинных коридоров, грязные каменные полы, убогая обстановка.
Наконец-то мы остановились. Амбал нажал на ручку, и тяжёлая дверь, будто подхваченная сквозняком, с оглушительным хлопком ударилась о стену.
Ну вот, конец!
На этот раз жестокости не последовало. Меня аккуратно поставили на пол, и я разглядывала второго похитителя огромными испуганными глазами из-за завесы спутанных волос.
Этот амбал был двухметровый, зверь с горящими чёрными глазами, на обезображенном шрамом лице красовалась мерзкая ухмылка, от которой кровь стыла в жилах, а сердце замирало.
Амбал кивнул куда-то в сторону, развернулся и зашагал к двери. Она с грохотом закрылась за ним, а я от неожиданности подпрыгнула на месте.
Я дрожала от холода, щека все пульсировала, спина ныла, и малейшее движение причиняло страшную боль.
За окном слышался жуткий вой. Повернула голову к окну и пришла в ужас.
Снег.
В комнате, несмотря на зажжённый камин, где с треском горели дрова, было холодно, а за окном разыгралась настоящая метель.
Будто издеваясь, в этот миг что-то звонко упало, привлекая моё внимание.
Я круто развернулась.
Чёрт, боль отозвалась молниеносно, так что пришлось до боли закусить губу, чтобы не издать стона.
– Патрик… - я округлила глаза.
– Но… как ты… - раскрыла рот и замерла.
Патрик восседал возле обычного письменного стола в комнате, заполненной старым хламом. Видела перед собой загорелого мужчину с русыми волосами, от чего он казался несколько бесцветным, и только в карих его глазах горел недобрый огонёк.
– Сара, - он поднял с пола нож и с грохотом закинул обратно на стол.
– Все в порядке?
Я покачала головой, приходя в себя. В этом магическом мире точно не ожидала увидеть Патрика.
Вся испачканная, в разорванном бальном платье, с грязными ногами, я сделала шаг в сторону. Ночь в холодной камере давала о себе знать. Я чувствовала, что серьезно простудилась. Спина и ребра болели так, что каждый вздох давался с трудом.
Но я держалась, держалась ради отца и Дарека.
«Буду сражаться за себя и не сдохну в этой помойке».
– Дай угадаю. Удивлена, правда!
– улыбка тронула его губы.
– У тебя куча вопросов. Давай, чтобы твой маленький мозг не взорвался, кое в чем тебя просвещу.