Чтение онлайн

Когда Сковорода от критики переходил к положительному определению своих взглядов, своей программы, тогда он утрачивал ясность изложения, язык его становился туманным, схоластичным, письмо засорялось теологическими рассуждениями и многочисленными ссылками на библейские тексты, художественная образность языка блекла и теряла силу интеллектуального и эмоционального воздействия. Если его критика опиралась на разум, и в этом была сила мыслителя, то в позитивной программе сказались веками накопившиеся предрассудки, и в этом была его слабость.

Несмотря на то что его взгляды на грядущее устройство общественной жизни облекались в теологическую форму, за ней все же скрывались определенные требования и принципы: земля и все общественные блага должны равно принадлежать всем членам общества; только труд может быть источником богатства всего общества и народного благополучия; только республика может быть наиболее благоразумной формой политического устройства общества; наконец, только введение всеобщего образования может быть источником духовного развития всего народа.

В конце концов эти его мечты о грядущем устройстве общества носили утопически-социалистический характер, выразивший стихийные демократически- и утопически-социалистические устремления крестьянских масс во всей их первичной неопределенности. Украинский мыслитель воистину был великим предтечей утопического социализма России и Украины XIX в.

К учению Сковороды, к его критике официальной религии, Библии и духовенства, стяжательства, богатства и паразитизма — словом, к его критике всех пороков феодального общества, а также к его представлениям о будущем общественном устройстве в определенной мере может быть применена характеристика, данная Энгельсом крестьянскому движению в Германии. И действительно, философское и «теологическое» учение Сковороды нападало на основные пункты ортодоксального христианства, а под христианскими словесными формами он проповедовал пантеизм. Мыслитель выступил против слепого отношения к религии и Библии, он отказался видеть в ней «неприложное откровение». Истинное «откровение» он искал в разуме, вера для него была не что иное, как пробуждение разума в человеке. Сковорода выступил против всего «потустороннего», мистического. В противовес религиозным воззрениям в центре своей философской системы он поставил не бога, а человека и в противовес поискам «царства божия» — страстные поиски действительно свободной жизни на земле.

Ввиду того что Сковорода все же не вышел за пределы теологической формы, его представления о будущем общественном устройстве и путях освобождения народных масс были утопичны и иллюзорны. Средства достижения новых форм общежития он видел в «разуме», «просвещении», «самопознании», «добродетели», «истине», «сродном труде» и тому подобном, что никак не могло быть действительным оружием в борьбе против всех форм экономической, политической и духовной кабалы, в которой находились широкие крестьянские и рядовые казацкие массы.

Страстно и с огромной силой своего таланта Сковорода поставил основные социальные вопросы своего времени, подверг гневной и беспощадной критике феодальную эксплуатацию, феодальную знать и тиранию, в тисках которых изнывали закрепощенные крестьянские массы Украины и России; он выступил против алчности, стяжательства и всеобщей погони за богатством среди господствующих классов; он клеймил богатеев, роскошь и разврат, которым они предавались, их паразитизм и тунеядство; он подвергал беспощадному осмеянию лесть и пресмыкательство чиновничества и всей бюрократии перед власть имущими; он негодовал на украинскую феодально-казацкую, помещичье-дворянскую знать за ее погоню за землями, крепостными, за дворянским званием, военными и гражданскими рангами, роскошной жизнью; он выступал с бичующей критикой «морали» господствующих классов феодального общества, их лицемерной лжи и кровожадности, отсутствия духовных интересов, возвышенных идеалов и нравственных устоев.

С особой силой выдающийся украинский гуманист и просветитель обрушил свой гнев против официальной религии и ее суеверных сказаний. Он презирал белое и черное духовенство за фарисейство, безнравственную «нравственность», за ханжество и елейно-лицемерную «христианскую святость»; он клеймил позором официальную церковь и монастыри как «блудные дома» за то, что они освящали пороки феодального общества и сами были носителями этих пороков, пышно расцветавших в стенах «святых» домов по внешности, «блудных» по своей истинной сущности; он ненавидел обскурантизм и юродствующую «святость», распространявшую в народе суеверия и невежество.

Клеймя феодальную систему эксплуатации, князей земли и церкви, он выступал против господствовавшей системы так называемого воспитания, как религиозно-схоластического, так и модно-светского; он считал диким и противоестественным монопольное владение наукой и образованием «светскими обезьянами», ратуя за то, чтобы наука служила народу и не была оторвана от общественных нужд и интересов народных масс, а образование было бы достоянием всего народа, без различия пола.

Сковорода гневно клеймил господствовавшие классы за отсутствие у них любви к своему отечеству и народу, за барски-высокомерное отношение к крестьянским и рядовым казацким массам и унижение их человеческого достоинства, за пренебрежительное отношение к культуре, истории, традициям и мудрости своего народа.

Он выступал в защиту интересов «голяков» и «беднячья», «голоты» и «сиромах», мечтая о новом, лучшем устройстве общественной жизни, воспевая труд как основу основ жизни общества, отечества, как источник счастья человека и народа; он мечтал о новой морали с новыми действительно нравственными основами; он прославлял такое разумное общественное устройство, которое не знало бы невежества, темноты и забитости народных масс и зиждилось на просвещении народа и служении науки обществу.

Глубоко веря в неисчерпаемые творческие возможности народных масс, в их созидающую, «плодоприносящую» деятельность, мыслитель хотел, чтобы вся система общественного устройства раскрывала и развязывала внутренние задатки каждого человека. Веря в свой народ, его могучие силы, его гений, философ прославлял патриотизм и благородное служение своему отечеству.

Критика господствующих классов была у Сковороды яркой и реалистической. В постановке вопросов была его сила, его прогрессивность. Но ответы на поставленные им же вопросы, его положительная программа со всеми предлагаемыми «рецептами» спасения народных масс были иллюзорны, утопичны, нереальны и выражали незрелую мечтательность Сковороды, его веру в «самопознание» как главное средство спасения.

Сковорода в своем мировоззрении и в своем творчестве, как мы уже говорили, отразил накипевшую ненависть крестьян и рядовых казаков к угнетателям, их стремление к лучшему и вместе с тем их политическую неорганизованность, «незрелость мечтательности» крестьянских антикрепостнических восстаний и антикрепостнического протеста против феодального строя (см. 9, стр. 212). Вот почему у философа столь причудливо переплетались великолепная, трезвая и реалистическая критика всех порядков феодального общества и казенной церкви с проповедью «самопознания», поисков «правды» и «добродетели».

Индивидуальные противоречия взглядов Сковороды являются субъективным выражением и отражением объективных противоречий развития Украины и России того времени. Напомним еще раз слова Энгельса, что XVIII век был периодом объединения и собирания человечества из состояния раздробленности и разъединения, что это был предпоследний шаг на пути к самопознанию и самоосвобождению человечества и именно как предпоследний он был односторонним и не мог выйти из рамок противоречий (см. 3, стр. 598–599). Социальные противоречия XVIII столетия отразились в противоречиях идейного развития человечества того периода.

Вполне естественно, что эти противоречия как общая закономерность смены феодального общества капиталистическим проявились также в развитии Украины и России, невзирая на национальные и другие особенности их исторической эволюции. И так как эти противоречия не могли быть разрешены в рамках XVIII столетия в Западной Европе, так же они не могли быть разрешены и в развитии Украины и России того времени. Великая заслуга Сковороды заключается не в его попытках дать ответы на поставленные его эпохой вопросы, — он их не мог дать, как не дал их ни один из мыслителей XVIII столетия. Но постановка жгучих социальных вопросов того времени имела крупнейшее революционное значение. Ответ на эти вопросы мог быть дан только во второй половине XIX столетия, когда вышедший на историческую арену революционный пролетариат стал классом для себя и стал осознавать выпавшую на его долю великую историческую миссию собственного освобождения и освобождения всех трудящихся от различных форм социального, национального, экономического, политического и духовного гнета; это возможно было только тогда, когда на историческую арену вышли великие вожди революционного пролетариата, его идеологи — гениальные ученые Карл Маркс и Фридрих Энгельс, создавшие качественно новую философию — философию диалектического и исторического материализма, новую политическую экономию и теорию научного коммунизма, это стало возможным благодаря революционному перевороту, совершенному великими основоположниками марксизма в идейном развитии человечества.