Чтение онлайн

Теодосия побледнела и начала подниматься.

— Сядь, — скомандовал предсказатель.

— Что за мужчина? Опишите его, — попросила я.

— Мужчина… или женщина… там много мужчин и женщин, они под землей… нарушают покой умерших… а над ними тень. Она перемещается, но не уходит. Она постоянно над ними. О, я ясно вижу ангела смерти. Леди, он рядом с вами… ждет приказа, кого взять.

Теодосия дрожала.

— Сейчас посветлело. Над головой ярко сияет солнце. Над вами свет, ангел смерти исчез… Вы на большом корабле. Ангел смерти не может жить на солнечном свете. Да, я вижу две картины. Выбор должны сделать вы. Аллах добр, можете выбирать.

— Спасибо, — поблагодарила я его и опустила в миску несколько монет.

— Леди, приходите еще. Расскажу вам больше.

— Возможно, — сказала я. — Пойдем, Теодосия…

Он протянул руку, чтобы достать из миски деньги, рука обнажилась и я увидела на ней татуировку: голова шакала. Это знак одного из богов, про которых я читала, только не помнила его имени.

— Да благословит вас Аллах, — пробормотал он, снова уселся на коврик и закрыл глаза.

— Может показаться, что многие местные жители не одобряют нашу работу, — говорила я Теодосии по дороге домой.

— Ему известно, кто мы такие, — ответила она.

— Естественно, не надо обладать проницательным зрением, чтобы определить, что мы из Англии. Или что мы приехали сюда с археологической партией. Многие видели нас в магазине, наконец, нас просто могли ему показать.

— Но весь этот разговор об ангеле смерти…

— Так вещают все гадалки.

— Меня это беспокоит, Джудит.

— Не надо было тебе гадать. Ты ожидала услышать то, что обычно говорят цыганки: о темноволосом кавалере, о путешествии за моря, о наследстве, троих детишках, которые успокоят тебя в старости.

— Я надеялась услышать что-нибудь интересное, ведь он египтянин. А вместо этого…

— Входи, я заварю мятный чай. Мне очень нравится этот напиток.

Мне было немного не по себе. Слова об ангеле смерти мне тоже совсем не понравились.

Тибальт находился на раскопках, я не знала, когда он вернется, поэтому рано легла и почти сразу заснула. Примерно через час я проснулась от ужаса: надо мной склонилась тень.

— Все в порядке, Джудит.

— Табита!

Свеча, с которой она вошла, стояла на столе и слабо горела.

— Что случилось? — воскликнула я, не переставая думать о словах прорицателя об ангеле смерти.

— Теодосии приснился страшный сон, она кричала. Я прошу тебя пойти к ней и успокоить ее. Она совершенно расстроилась.

Я вскочила с кровати, надела новые тапочки, купленные у Ясмин, и накинула халат.

Мы пошли в комнату Теодосии и Эвана. Она лежала в кровати и смотрела в потолок. Я подошла и села у одной стороны кровати, Табита устроилась с другой.

— Что случилось, Теодосия?

— Мне приснился кошмарный сон. Предсказатель, а над ним огромная черная птица с человеческим лицом. Это был ангел смерти и пришел он за кем-то из нас.

— Этот старик-прорицатель виноват, — объяснила я Табите. — Нам не следовало у него гадать. Он нас просто пытался запугать.

— Что он нагадал? — спросила Табита.

— Он много болтал об ангеле смерти, который кружит над нами.

— Над кем именно?

— Над всей экспедицией, надо полагать. Теодосия отнеслась к его словам слишком серьезно.

— Не думай об этом, Теодосия. Они всегда так говорят. И могу спорить, он добавил, что Аллах предоставляет вам выбор.

— Именно так он и сказал.

— Видимо, он ревниво относится к кому-то из состава нашей экспедиции, это часто случается. Во время предыдущего приезда сюда один предсказатель постоянно предсказывал нам неприятности. Мы узнали, что его враг работает у нас и получает гораздо больше, чем он. Он говорил это из-за обычной зависти.

Ее слова успокоили Теодосию.

— Я буду рада, когда они найдут, что хотят, и мы сможем уехать домой.

— На тебя так действует окружающая обстановка, — предположила Табита. — Люди часто чувствуют себя также как ты. Те, кто не участвует в непосредственной работе на раскопках.

Она начала рассказывать интересные вещи, точно так же, как когда я приходила к ней в Гизу за книгами. Теодосия понемногу успокоилась. Табита рассказала нам, что видела празднование дня рождения Мохаммеда.

— В магазинах и лавках украсили все витрины. Главным украшением служили белые куклы из сахара в платьях из цветной бумаги. По улицам шли толпы народа, люди несли лозунги со словами из Корана. Ночью освещались все минареты, это было восхитительное зрелище: они выглядели светящимися кольцами в небе. На улицах певцы распевали хвалу Аллаху, рассказчики в окружении толпы слушателей рассказывали истории, пришедшие к ним через века.

Она продолжала рассказывать, что обычно происходит во время торжеств. Я заметила, как Теодосия закрыла глаза. Бедная, ее так измучил ночной кошмар!

— Она заснула, — прошептала я Табите.

— Тогда пойдем.

За дверью она спросила меня:

— Хочешь спать?

— Нет.

— Пойдем ко мне в комнату, поболтаем.

Я пошла за ней. У нее красивая комната, на окне жалюзи, она открыла их, чтобы впустить ночной воздух.

— Я смотрю из окна во двор, как красиво. Там кактусы растут и дикие яблони. Это самые полезные растения в Египте, их семена для аромата добавляют во все кушанья, а если плоды сварить и полученным отваром обработать кожу козы, она станет водонепроницаемой.

— Ты так много знаешь, Табита.

— Не забывай, я ведь раньше здесь бывала. А если интересуешься, то можно многое узнать.

Она отвернулась от окна и зажгла несколько свечей.

— Наверное, налетят насекомые, но со светом лучше. Скажи мне, Джудит, оправдались твои ожидания?

— Во многом.

— Но не во всем?

— Я ожидала, что буду работать… помогать…

— Для этого требуются опытные люди, а пока они используют только рабочих.

— А если найдут неразграбленную гробницу, то меня, наверное, и близко к ней не подпустят.

— Это будет важнейшая находка. Туда допустят только экспертов. Но Тибальт мне говорил, ты отлично справляешься с бумажной работой, от тебя большая помощь.

Мне не понравилось, что Тибальт обсуждает с ней меня. Потом мне стало стыдно.

Она почувствовала мою реакцию и добавила:

— Да, Тибальт часто со мной советуется, ведь я друг их семьи. Ты теперь член семьи, и я сказала Тибальту, что тебе надо сообщить правду.

— Правду? — воскликнула я.

— Обо мне.

— Что такое я должна знать о тебе?