Чтение онлайн

– Лучше падай, - я полушутливо сграбастал девчушку. Эжона смущенно захихикала и сделала попытку высвободиться из моих объятий. Я галантно уступил, а то не получиться дослушать историю, а другой удачный момент вряд ли представится.

– Понимаешь, драконы взяли за основу созданий свою вторую ипостась, а гости внесли свою коррективу…

– Ага, значит, от драконов деткам досталось непомерное самомнение и самолюбие, а от гостей похоже получили любопытство и дивную способность сначала делать, потом думать, - хмыкнул я.

– Весьма самокритично, - дракониха пропустила колкость мимо ушей.
– Ну уж чего выросло, то выросло. И весьма скоренько заполонило земли, обосновав государства. А потом выяснилось, что драконы мешают эльфам жить, развиваться и делать с этим миром все, что вздумается, - горько добавила девушка, бросив на меня укоряющий взгляд. Я быстро убрал ладонь с голой коленки Эжоны.
– И началось истребление драконов, переросшее в травлю. Магия новых созданий была неуравновешенна, постоянно колебалась, меняла очертания. Мир стал опасен, и прежде всего для тех, кто вмешался в его устройство. Гости быстренько смекнули, что к чему и удрали обратно, в свой мир. Драконы же пытались исправить ситуацию, шли на большие уступки. Но когда выяснилось, что эльфы не щадят даже общих детей, которые интуитивно стремились к гармонии и принимали вид драконов, стало ясно, что все напрасно. В отчаянии, драконы начали создавать других существ. Все они были слабее эльфов и к тому же рано или поздно отворачивались от своих демиургов, считая, что теперь они сами по себе. Истинных драконов становилось все меньше, магия смешивалась и уже невозможно было определить - где высшая, где низшая… Вот только на драконов это действовало слабее. Они только разобщались, стремились к одиночеству, реже создавали семьи. А вот на нестабильных эльфов перекос магического поля мира повлиял сильнее - они разделились. В момент огромного хаоса, когда перемешалось абсолютно все, и магический фон напоминал яростные всплески разноцветного сияния, что украшает небо северных гор, наступил перелом. Мир, дабы выжить, сменил магическую полярность, что вызвало четкое разделение существ и конкретизацию магической искры в каждом теле… Именно тогда и произошло то событие, которое вы называете…

– Великим расколом, - пораженно прошептал я.
– Так вот вы какие - драконы…

– Правда, не всем повезло, - лицо девушки болезненно скривилось от этого слова.
– Например, люди почти лишились возможности влиять на мир, да и у других эта связь сильно ослабла и теперь нужно приложить немало усилий, чтобы вырастить в себе свою искру до состояния, которое позволяет проявить магические способности. Тогда в мире установилось подобие равновесия. Эльфы больше не преследовали драконов, им теперь было чем заняться, и нам даже удалось наладить какие-то отношения между расами…

– Угу, - сладко муркнул я, немного замечтавшись об этих "отношениях". Эжона посмотрела на мою уж очень довольную физиономию непонимающе и даже с подозрением. Я поспешил исправиться: - Отношения вооруженного нейтралитета.

– А другие были и невозможны в то время, - серьезно кивнула дракониха.
– Учитывая всю историю…

– И войну между самими эльфами, - мрачно подвел я.
– Девочка моя, это называется: разделяй и властвуй. Чего же драконы тогда всех под себя не подмяли?

– Во-первых, разделили эльфов уже не драконы, - вспыхнула Эжона.
– А во-вторых, это логика эльфа. Драконы никогда не стремились к власти, они и так жили в абсолюте.

– Раньше, - ехидно кивнул я, не сдаваясь.

Девушка обиженно засопела и отодвинулась, лишив меня сладкой муки противоречивых переживаний, порождаемых близостью непостижимой, но чрезвычайно соблазнительно, иллюзии нежного тела.

– Нет, стой!
– схватил я Эжону за руку. Девушка в испуге отшатнулась. Пришлось поработать над своей физиономией, стараясь придать дружелюбный оскал.
– Ты не закончила про гостей. Они же ушли в свой мир, почему же они сейчас здесь?

Эжона немного постояла, переминаясь с ноги на ногу, посмотрела на мирно спящего мужа. Пристально вгляделась в мое лицо: я постарался придать ему максимально честное и открытое выражение.

– Прости, больше не буду, - я решил подкрепить мину словами, видя, что она не вызывает доверия у драконихи.

– А больше и не надо, - в тон мне продолжила Эжона. И так же нежно добавила: - А то спалю.

Я сделал вид, что испугался.

– Или съем, - мечтательно продолжила девушка.

Вот тут я и правда содрогнулся. А довольная произведенным эффектом девушка плюхнулась на землю и даже ласково потрепала меня по шее.

– Да ладно, Гром, не трусь: не очень то ты питательный, - произнесено немного с сожалением, но я решил довольствоваться и этим. Тем более что девушка оставила руку, и даже оперлась на меня, приобнимая.

Я уже хотел было задать вопрос, приемлет ли дружба такие тесные объятия, как Эжона горько вздохнула. Взгляд её затуманился, в уголок пухлых губок закралась жесткая складочка.

– Они вернулись, - очень тихо продолжила девушка свой рассказ.
– В момент разделения. Видишь ли, Гром, миры тесно связаны между собой. И если ты достиг таких высот, что можешь проходить в другие, то должен позаботиться о чистоте своих помыслов и действий.

– В смысле, - растерялся я.

– Нельзя напортачить и тихо смыться, думая, что это не твой мир и тебе не придется отвечать за содеянное. Это живой организм, и если ты живешь в сердце и не видишь легких, это не значит, что их не существует. Как и не значит, что их состояние не повлияет на работу сердца. Эта мудрость была выстрадана драконами.

Я почувствовал, что мои мозги плавятся, словно лед под жарким весенним солнцем. Но покивал девушке с видом старого мудрого дроу, который все это видел своими глазами. Чувствовал себя при этом весьма мерзко, но Эжона удовлетворилась видимостью понимания.

– Вот так и получилось: когда существо вновь пришли в этот мир, они увидели последствия и стали искать драконов. Это было непросто сделать, ибо драконы уже были разобщены и жили каждый сам по себе и небольшими кланами. Предки удивились приходу иномирцев. Как оказалось, свой мир гостей просто выкинул их за пределы… или в тот мир, где произошло что-то неправильное с их помощью. Но гости не изъявили желания исправлять чего-либо. И, как предполагают, наш мир тоже стал избавляться от них. Существа стали таять. Они сохраняли форму, разум, знания, но стремительно уменьшались в размерах. Разделенное магическое поле подействовало и на них. Они разделились. Те, кто смирился с участью, переродились в существа, пригодные для обитания здесь. Это маленькие почти прозрачные существа с крыльями… люди прозвали их феями. Мир наделил их обязанностями, но подарил им жизнь. Но те, другие, кто не хотел подчиняться, умирали.

Эжона замолчала, дыхание её было прерывистым и тяжелым. По щеке поползла капля, оставляя мокрый след. Я с невероятным удивлением промокнул её пальцем, убеждаясь, что это настоящая слеза. Ночь разнообразна на сюрпризы: никогда не слышал, что драконы плачут! Девушка благодарно улыбнулась, приняв мой жест за утешение.

– Они стали убивать драконов, да?
– спросил я, чтобы заполнить звенящую паузу.

Эжона кивнула и, с трудом сглотнув, добавила:

– Так они получали отсрочку. Обладая удивительными способностями, они извлекали магию из дракона и создавали щиты от мира. Дракон при этом погибал, не в силах жить без искры. Когда предки поняли причину внезапной и чудной эпидемии, унесшей жизни нескольких десятков драконов, они покинули свой последний город. Нам нечего было противопоставить этим тварям, - с болью в голосе добавила Эжона. Помолчав и восстановив психологическое равновесие, она продолжила:

– Они охотились, пока могли. Но щиты дряхлели и старились вместо своих хозяев. Гости скапливались в городах, где раньше жили драконы. Воспользовавшись остаточной магией древних, они окутали щитом старые жилища. Подпитывали силы, охотясь на свободолюбивых драмисов, случайно пролетавших мимо. Какие-то еще живы… Городов было великое множество, но они скрыты от нас щитами, - Эжона со злостью стукнула кулачком по моей коленке: - До нападения!

Я постарался не взвыть от боли. Маленькая, а сильная как… дракон. Иллюзия, темный ош!

– Но ты уничтожил целый клан!
– девушка смотрела на меня с неподдельным восхищением и даже некоторым обожанием, так, что я забыл о пострадавшей коленке и мог только смотреть в эти удивительные глаза цвета аметиста. И когда это интересно они приняли свой естественный для дракона вид? Потрясающие, чуть светящиеся, отражающие многочисленные звезды, словно грани алмаза. Они поразили меня до глубины души еще во время нашей первой встречи. Я потерялся в них, словно нырнул в водопад с самого высокого пика… То ли плыву, то ли лечу и непомерная сладость волнами захлестывает мое тело.