Чтение онлайн

— Компанию Слютникова, значит, — хмыкнул Доигралес. — Я, конечно, не вижу повода сомневаться в ваших словах, но всё же хотел бы увидеть документы, которые могут это подтвердить. Они у вас есть?

— Естественно, — кивнул я. — Право на атаку я регистрировать не стал, так как они устроили облаву на моего вассала. Это я тоже могу подтвердить. Если нужно, я задним числом могу всё оформить.

— Не нужно, — хмыкнул Доигралес. — Мне будет достаточно того, что фабрику пытались у вас изъять.

— Я могу сделать всё куда быстрее, — усмехнулся я. — Секунду.

Я подошёл к фургону, где был спрятан голем, открыл пассажирскую дверь и достал ноутбук. С помощью телефона Черепа получил доступ к его кошелькам и банку, ну а там просто показал выписку со счетов.

А там было подтверждение того, что деньги приходили ему с корреспондентского счета моей фабрики. Так что полиция быстро отвязалась и молча заполняла протоколы. В этот раз им потребовалось восемь мусоровозов, чтобы увезти трупы.

Следующий день я решил провести более мирно. Да и врагов, вроде как, не осталось толком. Мы съездили с Распутиной в ресторан венецианской кухни, где плотно позавтракали, а затем занялись подсчетом количества книг в моей родовой библиотеке. Множество экземпляров было настолько редкими, что Катя даже осмелилась предложить мне продать их.

Конечно, я отказался. Это достояние моей семьи, и продавать что-либо, даже в самый голодный вечер, я точно не буду.

Ну а после обеденной рутины с лечением я удостоверился в том, что Кате ничего не угрожает, и отправился к директору обувной фабрики. Его я в первый свой день на предприятии так и не встретил.

Когда я заявился на фабрику, меня первым делом встретил местный начальник, который с горящими глазами постарался сразу всё прояснить. И на вопросы: «Ну что, господин Раскатный, мы снова в строю?», и всё в том же духе, я отвечал односложно: «Да».

На втором этаже этого «заведения» мне пришлось немного покозырять своим перстнем. Административно-хозяйственная часть находилась под охраной местной организации, которая по инструкциям в целом никого не пропускала.

Мужиков, которые сначала упёрлись рогами, мол, не пропустим, я не стал наказывать. Ну, откуда им знать, что я глава рода, верно? Перстень сделал своё дело, и вскоре, без стука, я отворил тяжёлую, дубовую дверь и вошел в немного ошарашенный кабинет. Пол был лакированным, огромная хрустальная люстра на потолке говорила о том, что оно куплено далеко не за свои деньги, ну и костюм на толстом Льве Николаевиче явно стоил не одну тысячу рублей.

Директор, когда увидел меня, тут же напрягся. Я не стал особо церемониться и тут же перешёл к делу.

— Так, я Георгий Игоревич Раскатный, глава рода Раскатных, — я прошёлся по кабинету, смахивая невидимую пыль со шкафов. — Череп больше не руководит этим предприятием. Так что теперь я здесь главный, — я бросил взгляд на люстру и c недовольным видом уставился на Льва Николаевича. — Больше никаких серых схем. Понятно?

— Да…

— Я знаю, что часть продукции здесь производилась без сертификации. Также знаю, что вы проводили мимо кассы закупку сырья для производства, закупали дешёвую хрень, а выдавали за дорогую. Так что… — я задумался на миг и указал на люстру. — Хрусталь продать и купить новый кожевенный станок. Ясно?

Ответом был короткий и пугливый кивок.

— Насчёт того, чтобы продукцию производили без должной документации. Больше никаких контрабанд в обход пошлин и утаивания дохода. Больше такого здесь, на моей фабрике, — не будет. У нас теперь всё кристально чисто. Вы меня поняли?

— Да, понял, — он быстро закивал.

Я придирчиво посмотрел на статуэтки в стеклянном шкафу, покачал головой, отчего толстяк директор явно испугался, и продолжил.

— Не знаю пока, как поступать с вами дальше, но всё же я дам шанс. У вас теперь испытательный срок. Всё понятно?

— Да…

— Я буду наблюдать за вами. Также для контроля за порядком я выделил на фабрику небольшую группу гвардейцев, которые будут курировать это место. Если возникнут какие-то проблемы, вы обязаны сообщать им напрямую.

— Но у нас есть куратор, — замялся директор. — Станислав Воробьёв. Как по мне…

— Ты не понял меня насчёт испытательного срока? — искренне удивился я, переходя на «ты». — Знаешь, Лев, я уже всерьёз задумываюсь, чтобы не выкинуть тебя отсюда.

— Понял…

— Череп, как и Воробьёв, и остальная шайка маргиналов — все мертвы. Больше их нет и не будет в Перми. Надеюсь, я понятно изъясняюсь?!

— Более чем, — протяжно выговорил Лев Николаевич. — Я понял вас, Георгий Игоревич, понял.

— Раз понял, то поднимайся, — усмехнулся я. — И показывай мне фабрику.

Директор сначала нехотя вышел из кабинета. Но затем он словно почувствовал, как мой «острый» взгляд пробивается через его сальные залежи спины и вот-вот проткнёт насквозь. В общем, он повёл меня по производственным цехам.

Работяги, которые трудились на благо компании и моего рода, не особо были рады его видеть. Но когда видели меня, приветливо улыбались.

В одном из помещений я обратил внимание на оборудование, прикрытое строительной пленкой, и пройти мимо не смог.

— Что это? — я остановился, разглядывая пленку. — Станки какие-то?!

— Да, — замялся директор. — Импортные, но не рабочие… с сожалением.

Я убрал пленку, посмотрел на практически идеальную технику, покрытую слоем пыли, провёл пальцем по корпусу и сделал небольшую диагностику. Этот пухлый утырок меня обманывал.

— Нерабочее говоришь? — я обернулся и прищурился, глядя на этого толстяка. — Оно просто выключено, вообще-то, — директор опустил голову и ничего на это не сказал. — Ну так, что со станком? А? Может, насадки изношены? Или, может, где ремень порван. Это ведь всё несложно заменить, верно?

В ответ была лишь тишина.

— Ты так и будешь молчать, Лев Николаевич, или что? Я чего-то не понимаю?

Директор поднял голову и побледнел.

— Давайте я… давайте я позову эксперта? Главного механика, он вам сейчас всё и объяснит.

Ну, что я мог тут сказать? Пускай тащит, заодно и посмотрим на этого специалиста. Лев Николаевич достал телефон из кармана и тут же набрал какого-то Борисыча. Я же в это время рассматривал второй станок, который стоял совсем рядом и тоже был прикрыт.

Поломок я не обнаружил.

— Сейчас Борисыч придёт, — доложил мне директор, убирая трубку от лица. — Он вот всё и объяснит!

— О, у тебя новое яблоко, — улыбнулся я, глядя на его телефон. — Дай-ка в руках подержу. А то такой же себе хочу.