Чтение онлайн

Все это подтверждалось показаниями Якубовского, Терновского и Перепелкиной, другими материалами дела. Следователь прокуратуры Наталья Литвинова предъявила Холодову обвинение.

А. Завиновский

В зал суда, где проходило слушание по уголовному делу в отношении Холодова журналистов не допустили. После заседания я несколько раз обращался к Холодову, уходящему из здания суда и на улице с просьбой дать комментарий. Федор Иванович наотрез отказался.

Комментарий начальника Управления по расследованию организованной преступной деятельности при ГУВД А. Олейникова:

– Уже несколько лет действует закон, согласно которому, суду предоставлено право решать вопросы о мере пресечения арестованным по уголовным делам. Последние могут обжаловать в судебных инстанциях свой арест и каждое продление срока содержания под стражей соответствующим прокурором. Возьмем конкретную ситуацию. Честного коммерсанта берет в заложники преступная группировка. Пытками принуждают его передоверить свою фирму бандитам. Затем коммерсанта в буквальном смысле слова вышвыривают на улицу. Лишенный имущества и состояния , он в конечном итоге обращается в правоохранительные органы. Вымогателей задерживают и арестовывают. Но спустя некоторое время лидер преступной группировки обжалует в суде меру пресечения. Его аргументы - на иждивении двое несовершеннолетних детей, имеет положительную характеристику. Суд освобождает этого человека из-под стражи. Он тут же исчезает, "ложится на дно" и производство по делу вынужденно приостанавливается. Еще пример. При обыске у одного питерского известного бандита изъята в качестве вещественного доказательства записная книжка. В ней - скрупулезный учет расходов его сожительницы за время, пока подозреваемый пребывал в изоляции. В частности, фигурировала запись: тысячу долларов такому-то за освобождение из-под стражи... Мы знали кому конкретно, но изобличить этого служителя Фемиды можно было только посредством проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий. Закон о статусе судей не позволяет нам это делать в отношении них. В результате вся работа по изобличению судей сводится к нулю. Что ж, закон есть закон, несмотря на то, что он создает массу парадоксов. Вот и в случае с Якубовским. Нам удалось не допустить, чтобы судьба этого уголовного дела могла быть предрешена ещё до суда. И лишь потому, что сотрудниками РУОП была организована необходимая операция. Был ещё такой случай. Судья в городской газете дала объявление, что за определенную сумму готова без проблем разводить супругов. Было вскрыто около десяти фактов получения взяток за судебные услуги. Но поскольку по закону в отношении судьи уголовное дело может возбудить только Генеральный прокурор с согласия квалификационной коллегии судей, процедура решения вопроса затянулась на многие месяцы. По той причине, что в то время должность Генерального прокурора была вакантной! Его обязанности исполнял Ильюшенко и согласно своему статусу подобные решения принимать не мог.

Закон создал такие сложности, что требуются не только временные затраты и длительная переписка. Генпрокурор предоставляет по какому-то конкретному случаю собранные материалы квалификационной коллегии. За семь дней до вынесения своего заключения эта коллегия обязана предоставить эти материалы для ознакомления судье. А как же тайна следствия? Даже если все условности выполнены, а судебная коллегия в возбуждении уголовного дела почему-то отказывает, приходится обращаться в квалификационную коллегию Верховного суда. Это опять потеря времени, в течение которого обвиняемый досконально узнает о наработках следствия.

Еще парадокс. Когда возбуждается уголовное дело в отношении судьи, он не отстраняется от должности, а продолжает вершить правосудие. Тому же Холодову до решения Квалификационной коллегии судей Санкт-Петербурга по-прежнему поручалось рассмотрение очень серьезных уголовных дел.

ТИХОЕ МЕСТО

Зимой 1997 года М.Козлова с оператором задали вопросы проживающим на улице Варварьинской в Озерках. Просто спрашивали прохожих или идущих к колонкам за водой жителей.

– Вы тоже ухаживали за Верой Ивановной?

– Да, она здесь побиралась, просила милостыню, хлеба просила, имея такое имущество...

– А родственники что же?

– А родственники не ухаживали.

– А что с вами произошло?

– Со мной ничего, а мужа моего около дома в десять часов вечера избили. Милиция никак не отреагировала на это. Вера Ивановна уговаривала меня, чтобы я ухаживала за ней и потом получила бы этот её дом. Но я не решилась связываться с этой мафией.

Есть на севере Петербурга настоящий заповедник тишины и покоя. Едва завернув туда, можно сразу забыть шумный город, его суету, близлежащее шоссе, забитое транспортом. Вмиг оказываешься в деревне. Там озера, сосны, относительно свежий воздух. Узкие улочки и деревянные дома, сады, огороды. Летом там открываются пляжи, а зимой - раздолье для катания на лыжах и санях. Уютное и тихое место. Было. До нашего времени. Вдоль Суздальских озер на Варварьинской, Софийской и Елизаветинской стали сновать мерседесы и БМВ. Тихое место стало местом притяжения "хозяев жизни". И вот почему.

Вера Ивановна Дроздецкая владела домиком с участком на Варварьинской, 16. Она и предположить не могла, что владеет состоянием примерно в 700 миллионов рублей. Такую сумму она вряд ли представила бы в своих руках. Пожилая женщина умерла в мае 1995 года. Как и многие одинокие старики и старушки, обитатели Озерков, обладатели несметного богатства недвижимости, скончалась в нищете. Возможно, она удивлялась, с чего это городские богачи повадились на её "малую родину", стали скупать участки, возводить хоромы. То тут, то там сейчас можно видеть на местах бывших деревянных строений каменные особняки, а чаще "недострой" из-за нежелания платить большие налоги за постройку и стремления вложить деньги в недвижимость. Но это другая тема..

Из разговоров с местными жителями.

– Кто строит эти замки?

– Богатые люди, наверное. Я как-то нашла газету 1968-го года, в которой писали, что здесь будет парк, место отдыха. А что вышло? Вот на том участке стоял деревянный дом. Купили землю, дом сожгли, поставили забор и на этом закончили. Дальше по этой же улице находился шикарный дом с изумительной резьбой по дереву, прямо памятник деревянного зодчества. Новому хозяину не разрешили его сносить, сказали, чтобы отреставрировал и жил бы в нем. Внутри что угодно делай, а внешний облик не меняй. И что же? Дом сожгли, забор поставили.

– У кого денег много, те строят эти каменные дома.

– А слухи какие, кто строит их?

– Богатые люди и никаких других слухов. Бедные живут вот в таких деревяшках.

С начала 1995-го года Веру Ивановну Дроздецкую соседи видели то ищущей объедки на помойках, то с протянутой рукой, то в голодном обмороке. За помощью она обращалась ко многим. Многих просила переехать к ней, ухаживать. Взамен предлагала свой дом с участком после смерти. Но люди боялись пойти на это. Боялись кого-то сильного, безжалостного, кто положил глаз на недвижимое многомиллионное состояние несчастной старушки. Боялись обоснованно. Кто-то жесточайшим образом избивал всех, кто пытался ухаживать за Верой Ивановной. Пострадавшие, конечно, заявляли в милицию , в местное 58-е отделение. Но безрезультатно. В конце концов соседи Дроздецкой рассказали об умирающей бабушке участковому терапевту Римме Ивановне Розовой.

Муж Р.И. Розовой Григорий Иванович рассказал М.Козловой :

– Мы пошли к ней. Немощная, 88 лет и никто ей не помогал. Она была голодная, в доме - шаром покати. Сама - почти в обмороке. Из живности только тощая собака. Я побежал в магазин, купил продукты. Покормили. Она завшивела вся, мы её помыли, обработали дом, все перестелили. Вера Ивановна взмолилась - только не оставляйте.

В.И.Дроздецкая уговорила участкового врача и её мужа ухаживать за ней постоянно, переехать к ней и подписала с семьей Розовых договор о купле-продаже на дом с участком при условии, что чета будет ухаживать за ней до смерти. Таким образом планы кого-то коварного и сильного были нарушены. И этот кто-то начал действовать.

Г.И. Розов

– Звонок. Объявилась какая-то десятиюродная племянница Дроздецкой. Кто вы, мол, такие, почему ходите к бабушке. Заявила, что ей завещается дом и участок. Тогда я спросил почему же бабушка бедствует, почему псевдоплемянница за ней не ухаживает. Дней через десять эта мадам появилась у Дроздецкой с каким-то молодым мужчиной. "Ах, бабушка, бабушка!". Я вышел на крыльцо. Вдруг слышу - шум какой-то в доме. Вбегаю в спальню и вижу, что Вера Ивановна лежит на полу, эта красавица стоит над ней и заявляет - она меня ударила. Я крикнул чтобы они убирались, иначе головы отверну. Они выбежали, а я позвонил в 58 отделение милиции. Дежурный принял телефонограмму. И что вы думаете? Никаких мер принято не было, никто не приехал.

С этого случая начались злоключения семьи участкового терапевта. После смерти Веры Ивановны Дроздецкой угрозы, шантаж, ночные телефонные звонки стали постоянными. Семья Розовых не сдавалась. И тогда в доме появился старый приятель Григория Ивановича Розова некто Каратаев Вячеслав. Встретились, посидели, поговорили, потом ещё раз и еще. Однажды Каратаев пригласил Розова съездить с ним в Москву на машине. Григорий Иванович согласился. Однако до Москвы старый знакомый его не довез.

Г.И Розов.