Гроза над океаном
Шрифт:
— Ciao, ciao, — пропел веселый голос.
Пат, вздрогнув от неожиданности, подняла глаза, заслонив их рукой от солнца. Незнакомая женщина приблизительно ее возраста бесшумно подошла по дорожке, держа тяжелый секатор в перепачканных землей руках.
— Гм… Ciao! — ответила Патрисия неуверенно.
— Черт! Конец беседе, — сказала женщина сама себе, засовывая грязные руки в карманы старых, коротко обрезанных шорт. — Это все, что я знаю по-итальянски.
— И я почти столько же. — Пат слегка улыбнулась.
— Так ты не итальянка! Вот здорово! — присвистнула женщина в изумлении. — Я Сью из Ламбета.
— О, это недалеко от меня, я живу в Соусворке. Меня зовут Патрисия.
Сама не зная почему, Пат обрадовалась этой встрече. Глаза женщины приветливо лучились.
— А ты видно не белоручка. — Сью кивнула головой в сторону кучки выдернутых сорняков. — У тебя здорово получается. Здесь все растет, хоть палку воткни. Сорняки вымахивают с меня ростом, честное слово. На самом деле на этом участке нужны три-четыре садовника. Хорошо, что господин Бенционни это понимает. У нового хозяина хватка что надо! Сразу видно — этот времени зря терять не любит.
Пат бросила на Сью любопытствующий взгляд.
— Да? — переспросила она. — И что же, господин Бенционни действительно отличный хозяин?
— Знаешь, например, как он заполучил банк? — Сью вытерла запачканную землей щеку. — Вошел в правление, уволил всех неугодных и заставил остальных трепетать. Когда умер его брат, он сразу же взял дело в свои руки. Кухню переделывают, потому что его ужаснули условия, в которых работают повара, мы получили новое служебное жилье и большую зарплату. — Сью очаровательно склонила голову набок. — По-моему, хозяина есть за что хвалить, не так ли?
— Да. Звучит… очень впечатляюще, — осторожно сказала Пат.
— Раньше я собиралась подать заявление об уходе, но теперь все изменилось. Ты счастливая, что приехала работать на него, а не на этого выродка Эдди.
Руки Пат задрожали. Не зная, что сказать, она спрятала запылавшее лицо в ирисы. Их остроконечные листья холодили ее щеки.
— Эдди был настоящим распутником, должна я тебе сказать, — доверительно сообщила Сью. — Расспроси любую из девушек, работающих тут. Знаешь, однажды я нагнулась, а эта мерзкая крыса ущипнула меня за задницу. И когда я повернулась, чтобы влепить ему затрещину, он попытался схватить меня, сама знаешь где.
— О! — Это было все, что Пат оказалась в состоянии произнести.
— Конечно, — продолжала Сью, весело дуя на одуванчик, — семейство Бенционни души в нем не чаяло. Этот парень умел пудрить мозги. Грязная скотина! — воскликнула она зло и осеклась, перехватив взгляд Пат. — Извини. Но я считаю, что надо называть вещи своими именами. И если бы я получше училась в школе и знала побольше слов, я бы их тут всех послала… Я тебе передать не могу, что он творил тут с девчонками.
— Они могли уйти, — выговорила тихо Патрисия.
— Да? Попробуй уйди. Когда ты в стесненном положении, то рада любой работе, какая есть, так ведь?
Пат кивнула, снова и снова возвращаясь к словам Сью. Она была уверена, что это чистая правда. Сью не была похожа на сплетницу, ее негодование выглядело искренним. Пат лишь смутно догадывалась, что за человек был ее бывший муж, и ей стало неприятно, что ее подозрения подтвердились.
— А как насчет Марио Бенционни? — как можно непринужденнее спросила она. — Он что, тоже в этом плане вроде братца?
— Ты не простудилась? — спросила Сью, отметив легкую хрипотцу в ее голосе. — Попроси у кухарки чеснок, лимон и мед. Эффект потрясающий. Марио Бенционни прислал мне эту смесь в первый день, когда появился здесь и увидел, что я простужена. Подействовало классно. О нем можно сказать только хорошее, он словно фокусник, который, одновременно жонглируя разными предметами, может решать сразу кучу проблем. Он потрясающий, просто потрясающий. Ты понимаешь, что я имею в виду? Если ему что-то не нравится, он говорит прямо об этом. Такой хозяин по мне. Мы здесь все решили, что он в миллион раз лучше своего «благородного» братца.
— Ну и что? — Голос Пат дрогнул. — За все время ни одного романа?
— Да ты что, — усмехнулась Сью, — ни намека на это. Не обольщайся! У него есть секретарша, которая с ним уже десять лет, и та говорит, что хозяин твердо придерживается принципа — никаких шашней с персоналом. Некоторые, конечно, не прочь пофлиртовать с ним, — вздохнула она. — Мужчина видный, что тут скажешь…
Основательно сбитая с толку, Патрисия хранила молчание, пока ее новая знакомая трещала без умолку, превознося достоинства Марио. Слушая ее, Пат поймала себя на мысли, что они знакомы с двумя разными мужчинами.
Но она вспомнила внимательные глаза Марио, его заботливые звонки после смерти Эдди, незамедлительный, без всяких просьб, денежный вклад в ее дело. Неудивительно, что здешние работники боготворили Марио. В таком случае почему он так нечестен с ней? Что бы там Сью ни говорила, а он пытался соблазнить ее и использовать в своих целях. Он беспринципный, с горечью подумала Пат, и уголки ее губ в унынии опустились.
В глубине души она знала, что в нем есть многое, незаметное глазу. Марио, несомненно, умен. У него были причины так обращаться с ней, и если бы ей удалось докопаться до сути, то она смогла бы контролировать ситуацию.
Легкая болтовня Сью отошла на задний план, Пат начала погружаться в свои невеселые мысли. Она не расслышала посторонних шагов по гравию и очнулась, когда Сью воскликнула: — «Эй, смотри — Марио!» — и толкнула ее локтем. Сью вскочила на ноги и уставилась на хозяина с откровенным обожанием, в то время как Патрисия делала все возможное, чтобы спрятать от того свое пунцовое лицо.
— Спасибо, что прислали Пат, — счастливо щебетала Сью. — Мы уже подружились. Это замечательно — иметь такую помощницу, да еще из родных мест!
— Да, я тоже так думаю, — сказал Марио, забавляясь ситуацией.
— Вы не находите, что у вас лицо покраснело? — обратился он к Патрисии.
— Солнце. Ничего не поделаешь. Эй, Пат, почему бы тебе не остановиться? Давай устроим перерыв, пойдем попьем и посидим в тенечке, — вмешалась в разговор Сью.
— Нет, я… я…
— Идите, Сью, — приказал Марио вежливо. — Патрисии нужно подписать пару документов. Пойдемте в мой кабинет, — сказал он тоном, не терпящим возражений.
Ее глаза метнулись в тот угол сада, где спал Слай.