Чтение онлайн

– Она тут капризничала, – продолжала я, – и почти ничего не ела, а ни разу не пожаловалась. До сегодняшнего вечера она никого из нас не впускала, так что мы не могли доложить вам, в каком она состоянии, мы ведь и сами ничего не знали. Но это пустяк!

Я смутилась, путаясь в неловких своих объяснениях; господин мой нахмурился.

– Пустяк, Эллен Дин? – сказал он строго. – Вам придется еще объяснить мне, почему вы это скрыли от меня. – И он взял жену на руки и глядел на нее в тоске.

Она долго не узнавала его; он оставался невидим для ее взора, устремленного вдаль. Бред ее, однако, не был навязчивым. Оторвав глаза от ночной темноты за окном, она понемногу сосредоточила свое внимание на моем господине и поняла, кто держит ее на руках.

– Ага, ты пришел, Эдгар Линтон, пришел? – сказала она с гневным одушевлением. – Ты вроде тех вещей, которые вечно попадаются под руку, когда они меньше всего нужны, а когда нужны, их не найдешь. Теперь, конечно, пойдут у нас бесконечные жалобы – вижу, что так! – но они не помешают мне уйти в мой тесный дом за этими стенками: к месту моего успокоения, куда я сойду прежде, чем отцветет весна. Там оно – не среди Линтонов, запомни, не под сводом церкви, – оно под открытым небом, а в изголовье – камень. Ты же, как захочешь, – можешь уйти к ним или прийти ко мне!

– Кэтрин, что ты наделала! – начал мой господин. – Я больше ничего для тебя не значу? Ты любишь этого злосчастного Хит…

– Замолчи! – вскричала миссис Линтон. – Сейчас же замолчи! Если ты назовешь его имя, я тут же все покончу, я выпрыгну в окно! То, что ты держишь сейчас, остается твоим. Но душа моя будет там, на вершине холма, прежде чем ты еще раз притронешься ко мне. Ты мне не нужен, Эдгар; ты был мне нужен, но это прошло. Вернись к своим книгам. Я рада, что тебе есть чем утешиться, потому что все, что ты имел во мне, ушло от тебя.

– У нее путаются мысли, сэр, – вмешалась я. – Она весь вечер говорит бессмыслицу. Но дайте ей покой и правильный уход, и она придет в себя. А до тех пор мы должны остерегаться сердить ее.

– Я не нуждаюсь в ваших дальнейших советах, – ответил мистер Линтон. – Вы знали нрав вашей госпожи и все-таки позволяли мне расстраивать ее. Не сказать мне ни полслова о том, что творилось с ней эти три дня! Какое бессердечие! Несколько месяцев болезни не вызвали бы такой перемены!

Я стала защищаться, полагая несправедливым, что меня винят за чужое своенравие.

– Я знала, что натура у миссис Линтон упрямая и властная, – ответила я, – но я не знала, что вы хотите потакать ее бешеному нраву! Я не знала, что ей в угоду я должна закрывать глаза на происки мистера Хитклифа. Я исполнила долг верного слуги и доложила вам, вот мне и заплатили как верному слуге! Что ж, это мне урок, в другой раз буду поосторожней. В другой раз узнавайте, что надобно, сами!

– Если вы еще раз придете ко мне с вашими докладами, вы получите у меня расчет, Эллен Дин, – ответил он.

– Вы, верно, предпочли бы ничего об этом не слышать, – так, мистер Линтон? – сказала я. – Хитклиф с вашего разрешения приходит кружить голову барышне и захаживает сюда, пользуясь каждой вашей отлучкой, чтобы ядовитыми наговорами восстанавливать против вас госпожу?

У Кэтрин, хоть и была она помешана, достало соображения осмыслить на свой лад наш разговор.

– А! Нелли меня предала, – вскричала она страстно, – Нелли мой скрытый враг. Ведьма! Значит, ты в самом деле собираешь «громовые стрелы», чтобы их обратить против нас! Дайте мне только уйти, и она у меня пожалеет! Она у меня заречется колдовать!

Сумасшедшее бешенство зажглось в ее глазах; она отчаянно силилась вырваться из рук Линтона. У меня не было никакого желания ждать, что будет дальше, и, решив на свой страх и ответ призвать врача, я вышла из комнаты.

Выходя садом на дорогу, я увидела там, где вбит в ограду крюк для привязи коней, что-то белое, порывисто мотавшееся в воздухе, но явно не от ветра. Как я ни спешила, я все-таки подошла посмотреть, чтобы после мне не мучить себя фантазиями, будто явилось мне что-то потустороннее. Каково же было мое смущение и удивление, когда я разглядела – и не так разглядела, как узнала на ощупь, – что это Фанни, спаниель мисс Изабеллы: он висел в петле из носового платка и был при последнем издыхании. Я быстро высвободила его и отнесла в сад. Когда мисс Изабелла пошла спать, я видела, как собачка бежала за нею наверх; мне было невдомек, как могла она потом очутиться здесь и чья злая рука учинила над ней расправу. Когда я развязывала узел на крюке, мне несколько раз послышалось что-то похожее на стук подков в отдалении; но мысли мои так были заняты другим, что я не призадумалась над этим обстоятельством, – хоть и странно было услышать такие звуки в этом месте в два часа ночи.

Мистер Кеннет, к счастью, как раз выходил из ворот; он собрался к одному больному в деревню, когда я подошла к его дому. Выслушав мой рассказ о болезни Кэтрин Линтон, он согласился немедленно отправиться вместе со мною на Мызу. Это был простой, грубоватый человек; он не постеснялся высказать прямо свои опасения, что больная не перенесет вторичного приступа, разве что она окажется на этот раз более покорной пациенткой и будет лучше слушаться врача.

– Нелли Дин, – сказал он, – мне все думается, что приступ вызван какой-то особой причиной. Что у них там приключилось, на Мызе? До нас доходили странные слухи. Здоровая, крепкая девушка, как ваша Кэтрин, не свалится из-за пустяка; с людьми ее склада этого не бывает. И нелегкое дело вылечить их, когда уже дошло до горячки и всего такого. С чего началось?

– Ее муж вам расскажет, – ответила я. – Но вы знаете этих Эрншо с их бешеным нравом, а миссис Линтон всех их заткнет за пояс. Могу сказать одно: началось это во время ссоры. Кэтрин пришла в ярость, и у нее сделался припадок. Так по крайней мере уверяет она сама – в разгаре спора она убежала и заперлась. Потом она отказывалась от пищи, а сейчас то бредит, то впадает в дремоту. Окружающих узнает, но мозг ее полон всяких странных и обманчивых видений.

– Мистер Линтон будет очень горевать? – спросил Кеннет.

– Горевать? У него разорвется сердце, если что случится! – ответила я. – Вы его не запугивайте больше, чем надобно.

– Я же говорил ему, что нужна осторожность, – сказал мой спутник, – он пренебрег моим предостережением, и вот вам последствия! Он, говорят, сблизился в последнее время с мистером Хитклифом?

– Хитклиф на Мызе – частый гость, – ответила я, – но не потому, что господину приятно его общество, а по старому знакомству с госпожой: она с ним дружила в детстве. Но теперь ему не придется утруждать себя визитами, потому что он позволил себе дерзость показать, что имеет виды на мисс Линтон. Теперь, я думаю, ему откажут от дома.

– А мисс Линтон осталась к нему холодна? – продолжал доктор свой допрос.

– Я не состою у нее в поверенных, – ответила я, не желая продолжать этот разговор.

– Разумеется! Она сама себе на уме, – заметил доктор и покачал головой, – ни с кем не посоветуется. А между тем она маленькая дурочка. Я знаю от верных людей, что прошлой ночью (а ночь-то какая была!) она больше двух часов гуляла с Хитклифом в рассаднике за вашим домом; и Хитклиф ее понуждал, не возвращаясь в дом, сесть с ним на коня и бежать! По моим сведениям, ей удалось от него отделаться только под честное слово, что к следующей встрече она подготовится. Когда у них намечена встреча, мой осведомитель не расслышал, но вы предупредите мистера Линтона, чтоб он смотрел в оба!