Чтение онлайн

Ещё интересный вопрос: являются ли экономики сторон полностью изолированными, или же существует какая-то торговля между ними? Не удивлюсь, если так. В истории Земли войны мало когда мешали закулисным торговым операциям. И тут, если у сторон есть какие-то уникальные ресурсы — наверняка есть пространство для переговоров и последующего обмена. Но, конечно, обычным воякам об этом знать не полагается. Тем более — разведчикам.

Вокзал в столице был один. Зато огромный, под стать окружающей её промзоне. Тут сохранялась та же система, с ячейками под отдельные вагоны на платформах, но самих платформ было много. Не меньше двух десятков. А ещё они располагались в три яруса.

Мы с попутчиками тепло попрощались, пожелали друг другу боевой удачи. И разошлись каждый по своим делам.

Ориентируясь по указателям, я двинулся к остановке автобусов. И на пандусе, который спускался с платформы на тротуар, я увидел её.

Кажется, она заметила меня первой, и теперь стояла чуть в стороне, ожидая моей реакции. Я не придумал ничего лучшего, кроме как широко улыбнуться и помахать открытой ладонью. Алина улыбнулась мне в ответ.

— С повышением, — сказала она, когда я подошёл ближе.

— О. Да. Спасибо! — Ответил я.

— Теперь понятно, что ты делаешь на Чествовании, — кивнула Алина, — направление на статику, верно?

Соображать приходилось быстро. Я понятия не имел, что за Чествование такое. Тем более «статика». Если это была проверка — вроде похода на клотик [4] для новичков на флоте — то я бы ее провалил.

— Верно, — рискнул я.

— Даже не буду спрашивать, что за подвиг ты совершил, — снова улыбнулась Алина, — а то завидовать начну.

— Ты же тоже тут не просто так, верно? — предположил я.

Алина рассмеялась в ответ.

— Совершенно верно! Не просто так, — она хитро подмигнула и добавила: — я среди левых разводящих.

Я предположил, что это должно было меня впечатлить и удивлённо округлил глаза.

— Фига себе!

— Вот-вот. Короче, у меня праздник. Поэтому предложение такое: давай его праздновать! Желательно у меня.

— Я только за! — ответил я.

Она поискала глазами мой багаж.

— Э-э-э… ты что, налегке? — немного удивилась она.

— Так столица же, — я пожал плечами, — тут со снабжением всё в порядке. А таскать много лишнего с собой я не привык.

— Ну ладно. Премия за подвиг, да? Смотри, а то спустишь всё на пустяки.

— Не нужно недооценивать пустяки, — возразил я, — иногда они — это единственное, ради чего стоит жить.

Алина даже шаг замедлила. Посмотрела на меня серьёзно. Но потом опять улыбнулась.

— Приколист, — сказала она, — наверно, за это мне и нравишься. Есть в тебе нечто эдакое… — она щёлкнула пальцами правой руки, — не знаю, как объяснить. Но я вот почему-то знала, чувствовала, что ты один из тех, кто точно попадёт на Чествование.

Я вздохнул, изобразив скромную улыбку. Да что же это за Чествование такое? Как наша разведка могла проморгать? Ни намёка на инструктаже, ни единого упоминания в справочных материалах, которые я штудировал, сидя на аэродроме… да и в поезде, в купе, никто из попутчиков-собутыльников даже вскользь не упомянул! Не люблю я такие загадки.

— Постой… — я рискнул задать неожиданно пришедший в голову вопрос: — ты что, сюда приходила специально, чтобы встретить меня?

— Ну, я примерно прикинула направления, где ты мог служить, — она пожала плечами, — сопоставила расписание вагонов и даты. Не могу сказать, что это было просто. Да и особисты могли заинтересоваться. Но да. Я хотела вычислить твоё прибытие. И это мне удалось.

Это было настолько неправдоподобно, что я не нашёлся, как ответить.

— Не веришь? — чуть обиженно спросила Алина.

— Ну почему же? Всякое бывает, — дипломатично заметил я.

— Зря. Мне такие вещи удаются. Разведка мечтает меня перехватить. Но мне летать больше нравится!

Мы вышли из вокзала и направились в сторону автобусной станции. Я лихорадочно вспоминал автобусные маршруты в столице, чтобы понять, куда мы поедем — но, как выяснилось, зря. Мы прошли мимо автобусных перронов, на стоянку офицерского такси.

— Ты же не думаешь, что мне это всё досталось без денежного поощрения? — подмигнула Алина, — я плачу. И не вздумай возражать!

Я покорно всплеснул руками.

— Площадь Первого цикла, двенадцать, — она назвала адрес. Водитель, рядовой с бритым затылком, молча кивнул и тронул авто.

На нашей стороне, насколько я мог судить, таких автомобилей вообще не было. Комфортный, мягкий салон. Низкая посадка. Даже шумоизоляция. Впрочем, всю дорогу мы молчали. Алина сидела, просто глядя перед собой и положив руки на колени. Я понятия не имел, как положено вести себя в столичном офицерском такси. Поэтому просто копировал её поведение.

Только оказавшись в её комнате, я оценил, каких, должно быть, усилий стоило ей сдерживать плотину чувств. Мы пережили несколько часов форменного безумия. Благо звукоизоляция тут была хорошей — не то, что в наших жилых блоках.

— Надо поужинать, — сказала Алина, лёжа на моей руке и глядя, как за окном загораются первые фонари.

— Надо, — согласился я.

— И тебе бы пройти по предписанию. Официально закрыть командировку, — продолжила она, — все, конечно, понимают, для чего командированные тут на самом деле. Но формальностями пренебрегать не стоит. Ты для чего официально тут? Переподготовка?

— Ага, — кивнул я; так, кое-что начинает проясняться. Похоже, об этом Чествовании говорить не принято. Какое-то неофициальное мероприятие? — Да, ты права, надо будет сходить.

— Так. Постой, — Алина приподнялась на локте и вдруг с тревогой посмотрела на меня, — ты вообще про Чествование-то знаешь? Ты ведь молодой! Тебе кто-то рассказал?

— Ну, так, слышал малость… — ответил я.

— Ясно! — Ответила Алина, — а то я с тобой как со старым знакомым… это всё твоё офицерство! Мне в голову не могло прийти, что офицер до сих пор не участвовал в Чествовании. Такое редко, но бывает. Так, что именно ты слышал?