Чтение онлайн

Подумав, взял он навоз, вылепил из него миски, наполнил их жемчужинами, а сверху покрыл снова навозом. Когда навоз подсох, бедняк сложил эти кизячные кирпичи в ящики и приготовил четыре вьюка. Вместе с этим чистый навоз он тоже упаковал отдельно.

К этому времени появились остальные купцы. Кто накупил сукна, кто парчи, а кто самых разных товаров. Когда купцы увидели бедняка с его навозом, стали подсмеиваться над ним:

– Ах, ты, растяпа, если ты не пожалел своей дурацкой головы, то пожалел бы хоть деньги своего господина, зачем тебе нужно было везти навоз издалека, разве его мало в нашем городе?

– Вы наторговали, что вам было нужно, а мне нужен был навоз, я его и купил, – отвечал им бедняк.

Оседлали они верблюдов, мулов и лошадей, взвалили на них вьюки и двинулись в путь. В горах их застал снег. Бедняк раскрыл два вьюка с кизяком, развел огонь, поставил вокруг огня верблюдов и сам присел у огня. Купцы замерзли и стали просить бедняка одолжить им два вьюка кизяка. Бедняк наотрез им отказал:

– Жгите свои товары и грейтесь!

Купцы стали его умолять:

– Ну как же нам сжечь такие дорогие товары, одолжи нам кизяк, а в городе мы тебе его вернем в пятикратном размере.

– Ладно, только дайте мне расписку, что вы у меня одолжили два вьюка того навоза, которым навьючены мои верблюды, и мне больше от вас ничего не надо.

Купцы с радостью дали ему расписку, а в душе посмеялись над ним.

Когда они подходили к родному городу, купцы послали вперед слуг для найма караван-сараев, а доброму купцу сообщили, что твой умник-де на твои двести туманов везет тебе навоз.

А бедняк заранее предупредил своего господина, что, пока тот своими глазами не увидит и своими ушами не услышит, пусть не верит ничему сказанному о нем, ибо это будет поклеп.

Бедняк послал к своему господину человека с просьбой снять в городе самый лучший караван-сарай.

Купец выполнил просьбу бедняка, нанял в городе один из лучших караван-сараев и стал его поджидать.

Вскоре прибыл к караван-сараю и бедняк со своим навозом и велел слугам разгружать.

Купец увидел, что его «умник» на самом деле привез навоз, сердце у него так и оборвалось, но он ничего не сказал.

Когда стемнело, купец повел бедняка домой.

– Пойдем поужинаем, отдохни и расскажи мне, как ты торговал.

Бедняк взял два кизячных кирпича, завернул их в платок, и они пошли. Когда они сели за ужин и купец отправился за лампой, бедняк разломил кизяк, и из него высыпался жемчуг. Комната озарилась солнечным светом.

Вошел купец и остолбенел от удивления. Бедняк сказал ему:

– Вот что я привез, а купцы мне еще должны два вьюка такого «кизяка», пойдем, пожалуемся царю и получим обещанное.

Пошли они к царю и преподнесли ему содержимое одного кирпича. Бедняк пожаловался царю, что купцы заняли у него два вьюка такого кизяка и дали на это ему расписку, а теперь ничего не возвращают.

Царь тут же вызвал купцов и сказал им:

– У этого человека вы заняли два вьюка кизяка и выдали ему на это расписку, а теперь не хотите ему его возвращать.

Купцы засмеялись и доложили царю:

– Для чего этому несчастному понадобилось жаловаться, сколько угодно навоза мы ему дадим, в пять раз больше того, что мы у него занимали!

– Этот человек требует от вас не навоза, а вот этого! – царь указал на кизяк, полный жемчуга.

Купцы стали отказываться:

– Мы не брали у него жемчуга, у него всего лишь один такой кирпичик, а он хочет, чтобы мы ему вернули два вьюка.

Тогда бедняк доложил царю:

– Великий государь, пошли со мной людей, разломаем каждый кизяк в отдельности в присутствии купцов, и если в каждом кизяке не будет жемчуга, снесите мне голову.

Царь послал с ним человека, разломали каждый кизяк, и каждый был полон жемчуга.

Что оставалось делать купцам? Все их богатство не составило и половины стоимости одного вьюка.

Тогда бедняк этих зазнавшихся купцов забрал себе в слуги.

Был один великий государь. У него было два сына. Одного из них считали дурачком. Все думали, что он слабоумен, и его словам не предавали никакого значения. Другой же прослыл умным и должен был унаследовать царский престол.

Царевича-дурачка утром наряжали в прекрасные одежды, шитые серебром и золотом, затем он куда-то скрывался и не появлялся до вечера. Вечером он возвращался в отвратительных лохмотьях, словно нищий. И так повторялось каждый день.

Хоть царю и не нравилось поведение царевича, но что было делать, не выпускать же сына голым?!

У царя был один мудрый и ученый визирь, не имеющий равных себе в преданности царю. Всю свою жизнь он провел на царской службе, царь его очень уважал и ценил его верность.

Визирь тоже видел, что утром царевич уходил в атласной одежде, а возвращался даже не в холщовой. Однажды он подумал: давай-ка последую за царевичем-дурачком, но так, чтобы он меня не заметил, и прослежу, где он оставляет свою одежду, где проводит целые дни и чем занимается.

В один прекрасный день, когда богато разодетый царевич вышел из дворца, визирь последовал за ним.

Прошел царевич поле, вышел на дорогу и остановился на перекрестке. Стоит он, наблюдает за прохожими и молчит.

Проходит мимо нищий оборванец, богом обиженный человек, весь в лохмотьях, почти голый. Перегородил ему дорогу царевич и приказал:

– Снимай сейчас же свои лохмотья и отдай мне!

Нищий удивился:

– Чем прельстило тебя мое тряпье?

Царевич не без труда заставил нищего раздеться, сам снял свой роскошный наряд и облачил в него бродягу, а его одежду надел на себя и только после этого отпустил нищего:

– А теперь ступай своей дорогой.

Нищий удалился, а царевич направился дальше. Шел он, шел и вышел на одну отмель, уселся на песок, взял в руки ушат, наполнил его песком и сказал:

– Это тому, кто рассорится с братом и сдружится с побратимом!

Наполнил он вторично ушат и опять сказал:

– Это тому, кто раскроет жене свою сокровенную тайну!

Наполнив третий раз ушат, он сказал:

– Это тому, кто проявит преданность царю!