Грязная игра
Шрифт:
Адрианна испепеляет взглядом Еву через стол, и почти уверен, что она пинает её под столом.
Гэв смеется.
— Спасибо за предложение, но мне нужно наколоть много дров сегодня.
— Да, у меня тоже есть кое-какие дела, - говорю, поскольку Адрианна зайдет вечером, и я намерен приготовить для нее свой соус маринара и пасту.
Адрианна немного расслабляется в тот момент, когда я отказываюсь, и мы ведем обычную беседу, доедая остатки нашей еды. Я изо всех сил стараюсь не пялиться на Адрианну, а она избегает смотреть на меня. Не могу дождаться, когда она останется со мной наедине у меня дома сегодня вечером.
?
Я напеваю себе под нос, стоя над кастрюлей с соусом.
Адрианна должна прийти с минуты на минуту, и я уже приготовил ей ужин. Однажды я пошутил, что она может влюбиться в меня, если попробует это. Не могу отрицать, что надеюсь на это. Ее ответ тогда меня расстроил.
Обед был неловким, но я благодарен, что она сидела с нами. Это не отвлекло меня от мыслей о ней, но хотя бы утолило желание провести с ней время до вечера.
Раздается звонок в дверь. Мое сердце бьется немного сильнее, когда я выключаю плиту и спускаюсь по лестнице, чтобы открыть дверь. Адрианна стоит там, одетая в маленькое черное платье, которое выставляет напоказ все ее достоинства и подчеркивает загорелую кожу.
— Привет, детка.
Ее щеки заливает румянец.
— Привет.
– Она держит бутылку вина. — Я купила это.
Я забираю у нее бутылку.
— Отлично, мы выпьем его за ужином. Пойдем.
– Я веду ее на кухню.
— Чем так вкусно пахнет?
— Моим соусом маринара.
Она облизывает губы.
— С нетерпением жду.
Я смеюсь.
— Как у тебя вообще осталось место после такого обеда?
— У меня чудовищный аппетит, если ты еще не заметил.
— Да, я вроде как понял это за то время, что мы трахались.
– Я наклоняю голову. — Хотя заказ за обедом был впечатляющим. И ни крошки не оставила.
— Я не оставляю еду. Это расточительно.
— Не могу не согласиться.
– Я постукиваю себя по подбородку. — Тебе лучше съесть побольше макарон с соусом, потому что я приготовил их тонну.
— Если это будет вкусно, я съем всё.
— Поверь мне, это вкусно.
– Я достаю из шкафа два бокала для вина и ставлю их на кухонный островок. — Как фильм?
Она стонет.
— Насколько неловко это было? Было так странно сидеть и есть с вами двумя.
Я вынимаю пробку из бутылки и наливаю каждому из нас по бокалу.
— Ничего такого, чего бы мы не делали раньше.
— Это было до того, как мы начали спать вместе.
Я передаю ей бокал.
— Верно, но не из-за отсутствия попыток с моей стороны.
Ее глаза сужаются, когда она подносит бокал к губам и делает глоток. Она одобрительно хмыкает.
— Неплохо. Я не знала, что купить.
— Как ты купила вино? Тебе же нет двадцати одного.
— А что? Ты собираешься арестовать меня?
Я приподнимаю бровь и перехожу на другую сторону островка, сокращая расстояние между нами.
— Не искушай меня. Я бы с удовольствием пристегнул тебя наручниками к своей кровати.
Она облизывает губы таким образом, что я понимаю: если она не будет осторожна, то вообще не попробует вкус моего соуса.
— Не смотри на меня так.
— Как?
– спрашивает Адрианна, невинно отпивая из бокала.
— Как будто хочешь, чтобы я пристегнул тебя наручниками к своей кровати.
Она улыбается.
— Может, и хочу.
Из моего горла вырывается рык.
— Я весь день трудился над этим соусом. Так что веди себя хорошо. Я хочу, чтобы ты успела попробовать его, прежде чем я прикую тебя к своей кровати на всю оставшуюся ночь.
Она встает, неторопливо подходит к кастрюле на плите и опускает в нее палец, оглядываясь на меня, когда засовывает палец в рот и сосет. Ее глаза слегка расширяются.
— Восхитительно.
Я встаю следом и подхожу к ней, хватаю за запястья и заламываю их за спину.
— Осторожно, детка. Ты соблазняешь не того гребаного мужчину. Если будешь давить на меня, то никакого ужина для тебя сегодня не будет.
Она вздрагивает.
— Можно я не буду ужинать прямо сейчас, чтобы мы могли приступить к надеванию наручников?
— Мы не протянем до ужина, если ты будешь продолжать в том же духе.
Я вдавливаю свою эрекцию в ее поясницу, и она стонет.
— Сначала пристегнешь меня, а потом поужинаем?
Я кусаю ее за плечо, потребность трахнуть ее доводит меня почти до безумия.
— Ты сама напросилась.
– Я выдвигаю ящик стола и, схватив какую-то веревку, связываю ей запястья за спиной. — Наручники слишком далеко.
– Задираю подол платья и перегибаю ее через табурет. — Как раз так, как мне нравится, без трусиков.
Ее киска влажно блестит между бедер. Я расцениваю это как приглашение. Сначала шлепаю ее по упругой, загорелой попке, и стону от того, как краснеет ее кожа.
— Такая чертовски красивая и вся моя.
Ее спина выгибается, пока я удерживаю ее за связанные запястья над табуретом.
— Чего ты хочешь, детка? Скажи мне.
— Я хочу твой член, - выдыхает она, явно находясь в таком же отчаянии, как и я.
— Хорошая девочка, - мурлычу я, расстегивая молнию на брюках и высвобождая свою напряженную эрекцию.
И, не говоря ни слова, я проскальзываю в нее медленным, но сильным толчком, наслаждаясь тем, как она обхватывает меня, словно перчатка. Ее тугая киска сжимается вокруг меня так, как будто хочет, чтобы я никогда не выходил из неё, и, черт возьми, я хочу того же. Моё место внутри этой женщины, в этом я уверен.
Адрианна громко стонет. Мне нравится, что когда мы в моей квартире, она такая свободная и громкая. Как будто здесь нас никто не слышит, но это не совсем так. Моя квартира находится над библиотекой, которая всегда открыта, так что, скорее всего, люди слышали нас бесчисленное количество раз.
— В тебе так хорошо.
– Я снова шлепаю ее по заднице. — Так туго.
– Я хватаю ее за волосы и дергаю еще выше. — Тебе нравится, когда мой член глубоко внутри тебя?
Я провожу губами по раковине ее уха, и в ответ получаю самый возбуждающий мяукающий звук, который я когда-либо, блядь, слышал.