Чтение онлайн

– Вот сами бы и ехали, – пробурчал Петя про себя.

Но взял ложку и стал быстро жевать кашу.

Однажды он изобретёт настоящего живого робота с настоящим интеллектом, станет настоящим миллиардёром – и больше никогда уже не поедет на огород на ненавистную картошку.

Но не сегодня.

За едой Петя быстро проглядывал новости и чатики. Вот в чате на английском астрономы-любители обсуждают занятную тему – Альфа Центавра необычно мерцает последнее время. Крупные обсерватории высказываются невнятно, либо осторожно, а то и просто молчат по этому поводу. То ли информация реально важная, а потому секретная. То ли опасаются делать сенсационные заявление, которые позже окажутся пшиком, но оставят на репутации уважаемых ученых пятно.

А вот любители не стесняются и выдвигают разнообразнейшие занятные гипотезы. Взрыв сверхновой (тройной!). Блуждающее облако космической пыли. Новая комета. Атакующая инопланетная эскадра.

На этом Петя не выдержал и засмеялся. Он уже положил пальцы на клавиатуру, чтобы остроумно пошутить, но отец хлопнул ладонью по двери снаружи. Петя вздрогнул.

– Пётр, если у тебя и правда домашка несделанная – езжай уже!

Петя вздохнул, и пошёл собираться.

До огорода и обратно нужно было ехать через лесопарк. Дорожки там были неплохие, удобные, и Петя держал хорошую скорость. Накручивая педали старенького велосипеда, он вспоминал, как соприкоснулся с темой астрономии.

***

Это было… Примерно год назад, да. Все они тогда собрались у Лизы. Она уже некоторое время увлекалась астрономией (и немножко астрологией, но тссс!) и считала это увлечение очень романтичным.

Была ранняя ночь. Лиза показывала им всем свой телескоп. Рафик сел листать звёздный атлас, чем и занимался в кресле под неярким светом торшера. Лёшик и Петя двинулись за Лизой на балкон, но Алиса, как самая энергичная, первая застолбила телескоп. Вероятно, Рафик это предвидел – вот и не торопился. А Алиса поглядела секунд десять, неопределенно хмыкнула:

– Прикольно, – и убежала играть с Лизиной кошкой.

– Петя, иди сюда, – позвала Лиза.

Её глаза мерцали в полусумраке балкона, а улыбка была тёплой и какой-то особенно доброй. Петя подошёл к телескопу. Лиза указала на окуляр и рубчатые кольца:

– Смотри сюда, а тут крути.

Петя положил руки на управление и прижал глаз к окуляру. Зрелище, действительно, было не то чтобы фантастичным, но в меру интересным. В наш век компьютерной графики и спецэффектов трудно удивить картиной звездного неба. Но в нашей северной средней полосе, всё же, невооруженным глазом из города видно мало звезд. И телескоп позволил приглушить городские огни, одновременно усилив свет мириадов мелких, далёких звезд. В ночной тишине это зрелище было каким-то особенно романтичным. На миг Петя ощутил древнюю сказочную атмосферу.

– Давай увеличу, – сказала Лиза.

И Петя ощутил, как Лиза положила руку поверх его руки… А потом прижалась грудью к его плечу. Петя ощутил, как место касания становится тёплым, а потом горячим. Он ощутил запах её шампуня. Его пульс ускорился, он ощутил, как кровь приливает к лицу, и не только. Общее ощущение было волнительным и сладостным…

– Дайте тоже посмотреть, интересно же! – нетерпеливо сказал сзади Лёшик.

Петя ощутил смущение, оторвался от телескопа и сделал пару шагов назад, пропуская пухлого Лёшика вперед. Лиза смотрела на Петю с блуждающей, туманной улыбкой. Опустив глаза, она поправила прядь волос и повернулась к Лёшику:

– Давай сюда, Лёшик, раз так хочется. – и вроде бы подмигнула Пете.

Лёшик прилип к телескопу. Петя посмотрел на Алису – та всё играла с кошкой, дергая бантик на нитке, и им обоим остальной мир был неинтересен. Он вздохнул и снова посмотрел на Лёшика с Лизой. А та быстро глянула назад, и сделала движение, словно прижимаясь к Лёшику, как до этого к Пете. И бросила на Петю лукавый взгляд.

А Петя уже смотрел на Алису, потому что эта сцена родила у него отличную идею:

– Алиска, пошли вместе на звёзды посмотрим!

Лиза фыркнула, выпрямилась, сложила руки на груди и задрала нос. Выражение её лица стало прохладным, и теперь она просто смотрела вдаль с балкона.

Алиса же отмахнулась рукой, не глядя на Петю:

– Да ладно мне не очень… – и вежливо перефразировала. – Нам тут с кошкой весело!

Петя вздохнул. Лиза снова фыркнула. Лёшик почесался. Рафик невозмутимо перелистнул очередную страницу.

Кошка же не следила за скучными играми двуногих – её интересовал лишь прыгающий перед ней бантик.

Кстати, Лёшик после этого купил простенький телескоп и некоторое время увлекался астрономией. Но потом подзабросил и снова вернулся к стрельбе из лука. А Петя, не имевший лишних денег, лишь добавил астрономию в список предметов для общего ознакомления. Поэтому и почитывал с тех пор некоторые обсуждения…

***

Поливая бесконечные грядки, Петя не страдал, как обычно, от бессмысленности овощного бытия, а слабо улыбался, вспоминая тот вечер. Потом, выкатывая велосипед с огорода, он поднял голову и посмотрел в темнеющее небо. Над бирюзовой послезакатной полосой хорошо была видна Венера – богиня любви. Остальные звёзды лишь начали просыпаться. Где-то там загадочно мерцали сёстры Центавры – предвещая необычные, невиданные события. Но Петя не знал, в какой части неба они находятся. У него возникло желание спросить об этом Лизу. Или Лёшика. Или, на худой конец, Рафика, который тихо-мирно изучил всю нужную теорию.

Интересно, что сейчас делает Лиза? Наверное, показывает Кириллу свой телескоп… И Петя ощутил лёгкую зависть.

Интересно, чего так радостно ждал Лёшик? Наверное, какой-то семейный праздник. Небось, отмечают сейчас в семейном кругу, смеются, подарки дарят… Петя вздохнул и загрустил.

Ну хоть у кого-то сегодня хороший день.

– Я Элессар, – прошептал Лёшик, глядя в землю.

Страх и унижение коснулись его сути – и вызвали стыд и гнев. Не стоит загонять в угол маленькое травоядное животное – может оказаться, что ему больше нечего терять.

Лёшик ощутил обиду и ненависть. Он ощутил жгучее желание отомстить, нанести ответный удар.

Выстрелить.

Но невозможно выстрелить в темноту. Лишь стрелы света пробивают её, да и то – уничтожают лишь на время. Ты не можешь разрушить темноту своими детскими стрелами.

Нет, нельзя стрелять в тьму. Нанеся ей удар, ты впустишь тьму в себя. Лёшик не хотел переходить на тёмную сторону, делать больно людям. Много лет он учился соблюдать технику безопасности. И сейчас его руки сами поворачивали стрелу в сторону от людей.

Да и нету смысла стрелять во мрак. Мрак – это не цель, а броня для тех, кто в нём прячется. Тьма слишком велика, а стрел у Лёшика слишком мало.

И потому Лёшик выстрелил в ту цель, что была перед ним с самого начала.

Лёгким плавным слитным движением он выхватил стрелу, поднял лук, положил стрелу на лук и натянул тетиву к уголку губы. На всё – секунда.

Позволил себе чуть выдохнуть, позволил телу замереть в правильном, жёстко заданном положении. Расслабил пальцы и отвёл их за ухо. Тренькнула тетива, лук дёрнулся в руке. Стрела белой молнией метнулась в световом конусе, заставив пылинки заплясать вокруг.