Чтение онлайн

Я быстро поняла, что меня не собираются помещать в общий блок. И даже в одиночную камеру. Торрес хотел все время следить за мной. Это означало, что я застряла в камере предварительного заключения столько, сколько он захочет. Столы, за которыми сидели офицеры, находились всего в десяти футах от меня, и я не могла не заметить, как один парень каждые несколько минут поглядывал на меня.

Я была уверена, что они также не хотели, чтобы я разговаривала с другими заключенными, которые могли бы мне каким-либо образом помочь. В камерах предварительного заключения не было членов банд “Гримроуз” или “Алмазные Апостолы”. Даже в мужской, которая находилась рядом с женской, где сидела я.

Я снова окинула взглядом просторную камеру. Я была здесь еще с четырьмя женщинами. Двое были переведены сюда из тюрьмы на судебные слушания, третью арестовали за вождение в нетрезвом виде. Четвертая девушка спала с тех пор, как меня сюда затолкали. Она выглядела ровесницей, и судя по тому, как удобно она развалилась на скамейке напротив меня, я полагала, что это было не первое ее пребывание здесь. Она все еще была в гражданской одежде, как и женщина с обвинением в вождении в нетрезвом состоянии. Но меня заставили надеть тюремный комбинезон, когда я сюда попала.

Вскочив на ноги, я подняла руки над головой и потянулась, издавая небольшой стон. Офицер, который меня сюда привел, поднял голову и сердито взглянул на меня со своего стола. Я проигнорировала его и начала ходить кругами. Я уже начинала сходить с ума здесь.

Первоначальный шок прошел, и теперь я просто была вне себя от ярости. Торрес даже не представлял, что он натворил. У меня было все готово, чтобы вытащить его из этой ситуации без единой царапины. Но теперь об этом не могло быть и речи. Элли продолжит осуществлять свой план, и если я застряну здесь, она будет играть нечестно, чтобы мне помочь. Я помогала Торресу ради Алисии. У Элли нет такой же привязанности к ней.

Мой взгляд метнулся к мужской камере, и паника сдавила мне грудь. Я не знала, где Джейс. Торрес просто отпустил его? Я думала, что его привезут сюда вместе со мной, но он так и не появился. Каждый раз, когда в камеру входил новый человек, я боялась увидеть Гейджа или Кайена. Если они попытаются вытащить меня, то сами окажутся за решеткой. Эта тюрьма была одним из самых охраняемых зданий в Литтл-Хэйвен. А теперь, когда Торрес больше не соблюдает закон, шансы на то, что я скоро выберусь отсюда, ничтожно малы.

Мне просто нужно было ждать. Я не сомневалась, что выберусь отсюда. Вопрос только в том, когда. Прошло всего несколько часов, но время тянулось мучительно.

— Эй, сладкая, — раздался низкий голос. — Почему бы тебе не развлечься и не расстегнуть этот комбинезон?

Я перевела взгляд налево, где у соседней камеры стоял мужчина. Он обхватил прутья решетки пальцами и пристально смотрел на меня голодным взглядом, на его губах играла похотливая ухмылка. Его черные волосы были длинными и свободно свисали вокруг ушей, и он все еще был одет в ту же одежду, в которой его арестовали.

Я одарила его приторно-сладкой улыбкой.

— У нас с тобой разные представления о том, что такое веселье.

— О, да? — хихикнул он. — А что для тебя веселье?

Я неторопливо подошла к решетке.

— За что тебя сюда посадили?

— За нарушение испытательного срока, — ответил он, окидывая меня пристальным взглядом.

— Роудс, — рявкнул офицер. — Никаких разговоров.

Я бросила на него взгляд, презрительно скривив губы.

— Или что?

Он посмотрел на меня в упор, сжав губы в тонкую линию. Интересно. Будет ли Торрес держать меня в этой камере, несмотря ни на что?

Парень передо мной рассмеялся.

— О, черт. Думаешь, ты крутая, не так ли?

— Томас. Никакого общения с женщинами-заключенными, — отрезал офицер. Зазвонил его рабочий телефон, и он бросил на нас еще один предупреждающий взгляд, прежде чем подойти к нему, чтобы ответить.

Я снова сосредоточилась на нем, заметив, что двое других парней в камере наблюдают за происходящим с любопытством. Я не могла их винить, уверена, это было единственное развлечение, которое они получали с момента своего прибытия сюда. Моя настороженность усилилась, когда парень, которого полицейский назвал Томасом, протянул руку сквозь решетку и провел костяшками пальцев по моей руке.

— Не трогай меня, — пробормотала я, в моем голосе слышалась угроза.

— Почему? — огрызнулся он, его глаза сверкнули темным озорством. — Ты чья-то девушка?

— Неверный вопрос. Почему все придурки считают, что имеют право прикасаться к женщине, пока другой мужчина не заявил свои права на нее? — я посмотрела на него твердым взглядом. — Я не хочу, чтобы ты меня касался. Так что убери гребаную руку.

В его глазах зажегся вызов. Вместо того, чтобы сделать то, что я приказала, он обхватил пальцами мое запястье.

— Успокойся, черт возьми, — прошипел он, притягивая меня ближе к решетке. — Я просто хотел немного развлечься, прежде чем застрять в камере со всеми этими гребаными парнями.

Свободной рукой я крепко схватила его за запястье и вывернулась, чтобы освободить руку. Двигаясь, я дернула его вперед, услышав стон, когда тело парня ударилось о решетку. Офицеры начали кричать, но я не обратила на них внимания, повернувшись лицом к Томасу, продолжая держать его за руку.

— Сумасшедшая сука, — выдохнул он, пытаясь вырваться из моей хватки.

Ухмыльнувшись, я протянула руку сквозь решетку и другим кулаком врезала ему в нос. Он издал страдальческий вопль, когда кровь потекла по его лицу. Отпустив руку парня, я обеими руками схватил его за рубашку и снова прижала к прутьям.

— Держу пари, этой сумасшедшей суке это сойдет с рук, — прошептала я, адреналин бурлил в моих венах. — Не прикасайся ко мне больше.

К этому времени в мужскую камеру ворвались два офицера и вывели Томаса, пока он прикрывал нос. Я сдержала крик, когда чья-то рука схватила меня выше локтя и развернула. Я приземлилась на скамейку, боль пронзила спину, когда я ударилась о решетку. Подняв голову, я посмотрела на полицейского, который схватил меня.

— Сиди смирно, — резко приказал он. — Иначе будут проблемы.

Я издала тихий смешок и откинулась назад, подняв руки.

— Я что-то нарушила? Собираетесь отправить меня в одиночную камеру?

Его лицо покраснело, и он открыл рот, только чтобы снова закрыть его. Плечи мужчины были напряжены, когда он вышел из камеры, убедившись, что запер ее за собой. Я не сводила глаз с его спины, мысли лихорадочно носились в голове. Если бы кто-то другой сделал то, что я, то их бы немедленно вывели отсюда. Но я осталась. Чтобы Торрес ни сказал своим офицерам, они слушали его приказы, а не здешние правила.