Грязные дела
Шрифт:
Я возненавидела надвигающуюся грозу еще больше.
Мы поспешно перенесли все внутрь и переместились в гостиную, где Джефф зажег полдюжины больших свечей и камин, прежде чем сел рядом со мной на полу.
– Это на случай, если погаснет свет, – пояснил он, улыбаясь.
Я все еще не распознала его игру, но ответила тоже с улыбкой:
– Конечно.
– Что? Ты мне не веришь? – спросил он, наслаждаясь ризотто с грибами.
– Конечно, верю. Отчего ж не поверить?
Начав было смеяться, я резко вдохнула, когда снова раздался гром. Я ковыряла вилкой еду, которая была потрясающей, но меня слишком отвлекала приближающаяся буря.
Я опустошила свой бокал, когда первые капли дождя приземлились за французскими дверями.
– Ты в курсе, что я привезла свою камеру?
– Зачем? – Джефф нахмурился, явно удивившись.
– Привычка, – я пожала плечами и пополнила свой бокал. Мне не нужна была смелость, чтобы соблазнить парня, но таким образом я отвлекалась от того, что происходило снаружи. И черт. Снаружи было бы гораздо проще его соблазнить. – Мы могли бы попробовать, если хочешь.
Я смотрела на него, пытаясь оценить реакцию.
– Не люблю сниматься, – покачал он головой.
– Серьезно?
Я поставила тарелку и повернулась к нему лицом, согнув ноги, юбка прикрывала девичьи прелести. Идея кончить вместе была просто идеей. Чем-то, чтобы повернуть разговор в сторону секса, но мысль о том, что Джефф трахает меня для аудитории, сделала меня мокрой и пульсирующей.
– Сними свои трусики, – приказал он и отодвинул тарелку в сторону.
– Я их не ношу.
Подняв юбку, я сделала еще глоток вина.
– Черт, – прошипел Джефф, глядя на приз.
За окном пошел сильный дождь.
– Ты знаешь, что можешь трахнуть меня, если захочешь.
Он покачал головой, ненадолго посмотрел в сторону, затем снова на меня, его взгляд был все еще приклеен к моей киске, которая теперь болезненно пульсировала. Я глубоко вздохнула и провела руками по обнаженным бедрам.
– Что? – я встала на колени и потянулась туда, где он сидел. Передвинула его тарелку и присела над его коленями, подавшись бедрами вперед, чтобы моя голая киска парила прямо над его твердым членом. Джефф не останавливал меня, но и не поощрял. – Что случилось?
– Я предупреждал тебя не трогать меня, – это прозвучало не как выговор, а как признание вины.
– Знаю. И я тебя не слушаюсь.
Я облизнула губы и наклонилась ближе, достаточно близко, чтобы сосчитать его ресницы, затем коснулась его губ своими.
– Пожалуйста, не делай этого.
– Почему нет, – мягко возразила я, стянув с себя эластичную ткань платья, зная, как Джеффу нравятся мои сиськи. – Разве ты не хочешь меня?
– Я охренеть как хочу тебя.
– Ну, так трахни меня, Джефф.
– Не могу.
– Прекрасно. Раздвинь ноги.
На этот раз он сделал, как я приказала. Я легла на спину между его ногами, расположив свои по обе стороны от его бедер, и моему обожателю открылся вид с высоты птичьего полета на все, чего ему не хватало. На все, что он так желал. Я сжимала свою грудь и тянула соски, пока мне не захотелось закричать. Черт. Не рассчитывала на то, что Джефф будет таким сдержанным.
– Пососи свои сиськи, – прорычал он тихим и грубым голосом.
Я сделала, как он велел, посасывала их и кусала до тех пор, пока у меня не возникло непреодолимое желание потереться об него и кончить на симпатичные чиносы.
– Подай мне подушку, – попросила я в какой-то момент.
Он схватил одну с дивана, и я подложила ее себе под голову. Глядя на него, я втянула сосок обратно в рот, медленно его посасывая, одновременно скользя рукой между бедер. Бедный Джефф не мог определиться, куда смотреть – на мой рот или пальцы, которыми я теперь входила в свою мокрую киску. Его дыхание стало тяжелее, и мужчина продолжал бормотать что-то себе под нос. А выражение его лица было полно боли, неважно, был ли тому причиной жесткий стояк или что-то еще, я не знала.
– Помоги мне. Пожалуйста, – умоляла я. Если Джефф прикоснется ко мне, все закончится, мы оба это понимали.
Он сжал губы и откинулся на диван, покачав головой.
– Нет.
Тогда я кончила, выпустив изо рта грудь с громким стоном и толкая свои бедра в воздухе к его лицу, одновременно трахая себя и играя с опухшим клитором, пока не стихли волны оргазма. Я осталась в той же позе, постанывая и лаская себя, только теперь медленнее, и при этом смотря на Джеффа. Его взгляд был прикован к моим пальцам, к моей киске. Он практически пускал слюни, а затем глубоко вздохнул.
– Достаточно, – произнес парень после того, как я кончила второй раз, неоднократно произнося его имя.
Я перевернулась и прижималась к его ноге, пока мужчина не встал помыть посуду. По крайней мере, на этот раз он не наорал на меня.
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ОСТАЛСЯ ЗА ДЖЕФФОМ. Но девушка знает, когда парень хочет ее трахнуть. Ради Бога, это же не ядерная физика. Это был лишь вопрос времени. И у меня оставалось еще два дня. Не уверена, что моя бедная киска могла это понять, но она была сильной, и я тоже.
Второй день должен был стать моим. Я завтракала на террасе в трусиках. Затем провела утро, рисуя Джеффа, пока тот плавал. Опять же, на мне были лишь трусики и больше ничего. Он не спрашивал о дневном шоу, а я не предлагала, но парень рычал и огрызался на меня весь день. Я выигрывала. Он готовил, убирал, продолжал заниматься делами, а я продолжала... оставаться почти голой.
К обеду мы едва разговаривали, и снова Джефф приготовил нам пикник на улице.
– Итак, расскажи мне о своей семье, – попросил он, наконец, используя, возможно, последнюю попытку вернуть все в нужное русло. Мы ели флан, который он приготовил на десерт.
– Моей семье? – повторила я.
Он не мог выбрать худшую тему.
– Да. Они знают, чем ты занимаешься? Это их не беспокоит?
К чему это было? Я пожала плечами и покачала головой. Я не была его девушкой. Я могла играть во все игры, которые он хотел, но тема семьи вызывала у меня дискомфорт.
– Жаль тебя разочаровывать, но у меня нет семьи.
– Вообще? – озадаченно спросил он, при этом нахмурившись.
– Вообще, – я посмотрела ему в глаза, не дрогнув и с поднятым подбородком.