Чтение онлайн

–Что тебе от меня нужно? – Цеса с прискорбием отметила, что горький опыт – самый

лучший учитель, и чуйка Аратима вряд ли его подведет. Неожиданная смена темы

разговора не помогла. Следовательно, нужно избрать другой путь и возвести его фобию в

гротеск, тогда, возможно, его напряжение хотя бы частично уйдет.

–Поцелуй меня. – Цеса уже открыто нарывалась, но другого пути вывести молодого

человека на демонстрацию чувств не было.

Аратим еще сильнее сжал запястья Цесы, вдавив их в мягкую кровать, и нагнулся к

самому её уху.

–Как же ты меня иногда бесишь!

–Самый лучший комплимент. Только хватку ослабь – мы тут вроде как романтикой

занимаемся. – Продолжала юродствовать ведьма, чувствуя на своей шее дыхание

специального поверенного. Нельзя сказать, что это не вызывало в ней каких-либо эмоций,

скорее даже наоборот – какое-то странное любопытство. Ей действительно хотелось

проверить, что из того, о чем болтают при дворе, правда, а что наглая ложь.

–Еще одно слово, и я тебя придушу. – Выдохнул Аратим, пытаясь собраться с мыслями.

Он не ждал от ведьмы подвоха, все должно было идти по плану. Или ему так казалось?

Она точно что-то задумала. Но ведет себя так, будто действительно просто нервничает. А

еще им владел интерес. Он бы также с радостью проверил информацию, доходившую до

него из разных уст, по поводу похождений ди Гарвин. Инстинкт самосохранения

надрывался на невидимом фронте борьбы с плотью.

–Только не сильно. Я не поклонник этой новой моды на удушения. И вообще! Ты знаешь

обо мне все, включая точную дату начала месячных! И ты до сих пор не можешь

определиться, хочешь ты меня или…

Договорить Цеса не успела. Аратим, видимо, поняв, что по-другому гостью заткнуть не

получится, решил все-таки исполнить её настоятельную просьбу. Начало получилось

скомканным и грубоватым, слишком требовательным для первого раза. Но через пару

мгновений Цеса уловила некоторые изменения в эмоциональном фоне специального

поверенного. Банальный поцелуй начал приобретать какие-то новые оттенки. Создавалось

впечатление, что её пробуют на вкус. Дегустируют как самое дорогое и изысканное вино,

бережно поднося хрустальный бокал к губам, стараясь не упустить ни одной нотки, не

проронить ни одной драгоценной капли, вдыхая аромат цветущей лозы и запоминая его

терпкий вкус.

В этот момент в комнате по соседству послышались подозрительные звуки падающих

предметов. Аратим оглянулся на потайную дверь и хитро улыбнулся.

–Нам нужно вести себя очень тихо. Тебя пришли убивать.

–Это будет забавно. – Цеса также покосилась на дверь, стараясь спрятать за

самодовольной улыбкой нешуточное волнение. Причем набор её разномастных

переживаний вот-вот готов был обернуться самым настоящим эмоциональным коллапсом.

Ей, как ни странно, было плевать на то, что происходит сейчас в её комнате, гораздо

важнее было развитие предстоящего мероприятия, ибо совместное времяпрепровождение

с Аратимом она представляла себе очень и очень смутно. А еще она боялась. Боялась

оказаться недостойной этого заоблачного типа, который до этого наверняка имел дело с

более прихотливыми в обхождении барышнями. Боялась того, что во многом уступает

предыдущим пассиям специального поверенного, что не дотягивает до планки придворной

дамы. Было еще какое-то странное чувство, которое Цеса никак не могла уловить и дать

ему название или объяснение. Нечто больше похожее на радостное волнение, с каким она

сталкивалась только во время учебы в Магистрате, когда узнала, что молодой человек,

который ей импонировал, также не ровно дышит в её сторону.

Пока Цеса пыталась разобраться со своим эмоциональным диапазоном, машинально

помогая специальному поверенному стягивать с неё предметы одежды, шум в соседней

комнате приобрел слегка иное звучание. По-видимому, банда горе – заговорщиков начала

обыск, предварительно убедившись, что хозяйка комнаты изволила почивать с миром.

Ведьма отвлеклась от своих самоуничижительных мыслей, чтобы замаскировать вход в

комнату Аратима, после чего со спокойной душой продолжила предаваться разврату в

объятьях специального поверенного.

Оказалось, что не имея ограничений, планов и определенной цели, для которых

затевается соблазнение того или иного объекта, это занятие может оказаться весьма

приятным. Особенно в условиях азарта и необходимости не выдать своего присутствия в

комнате. А уж если тебе аккомпанирует талантливая личность, то все действо и вовсе

превращается в сплошной фейерверк эмоций, хитросплетений чувств и желаний. Это

было больше похоже на стихийный поток, который наконец-то вырвался из-под контроля,

разбивая вдребезги все недомолвки, разрывая в клочья недосказанность, смывая маски и

обнажая почву истины. Перестали существовать придворные, интриги, задания и

поручения, наступило долгожданное очищение – все вынужденные связи, существовавшие

до этого, были разорваны, стекали с тела Цесы их липкость и грязь. Кружились в

ураганном вихре лицемерие и обман, рушились многочисленные словесные конструкции,

стирались в пыль обиды и предательство, а за ними на руинах двуличия и тщеславия

сквозь балахон смерти просвечивали лучи настоящего солнца.

Вычленить из этого бушующего водоворота какое-то отдельное движение не

представлялось возможным. Цеса сквозь пелену эмоциональной бури улавливала лишь

отдельные моменты: завораживающий танец теней на стене, сцепленные пальцы,

скользящие по горячей коже ладони, переплетающиеся ветви резного изголовья, мерцание

колышущегося в лампе огня и странный блеск голубых глаз. А еще запах. Он был похож