Гшер. Части неделимого
Шрифт:
– Ага. Развел у себя демократию... чего ты ему втык за хамство не сделал? Ты хоть знаешь, что про тебя в коридорах говорят? Не удивительно, что у тебя преподаватели на учеников бросаются. Скоро с твоим пофигизмом вообще до полной анархии дойдет. А я, знаешь ли, жертвой политической нестабильности в отдельно взятом дурдоме быть не хочу!
Вместо ответа Вирлан молча наполнил стакан все тем же обжигающим пойлом и сунул мне под нос. Очень вовремя, а то истерика опять слишком близко подобралась.
– На кой ему нужна её смерть, а?
– Уныло спросил эльфа Вирлан, грустно глядя на то, как я сосредоточено давлюсь народным анти стрессовым средством.
– Не догадываешься? Давно ведь подозревали, что он не последнее место в Комиссии занимает.
– И что?
– Не понял Вирлан. Эльф только вздохнул и отобрал у меня пустой стакан.
Я сонно шмыгнула носом и тихо констатировала:
– Дурак ты, Риан. Непрошибаемый и недальновидный. Сам же говорил, что в Комиссии о нашем родстве знают. А уж после того как ты так удачно маску снял у этого гада Луафа появилась вполне реальная причина подпортить мне здоровье. Он же тебя ненавидит, ну как... ну как светлые эльфы дионов. Нет, как... сильно, короче, он тебя не любит. А теперь представь, что было бы помри я в твоих владениях: во-первых, как родственнику неприятность, во-вторых, как хозяину сего заведения ответственность. Грубо говоря, с поста Главы тебя бы выперли, а Луаф в тот же момент свою задницу на твой стул и примостил бы.
– Грубо, но верно.
– Резюмировал Ирольталь.
– Не выперли бы меня.
– Поморщился Риан.
– Кальтарн не...
– Его имперское величие, может быть, и не, а вот Комиссия еще как да. Поумерь свое высокомерие, братишка, не такая уж ты и непобедимая шишка. Я бы даже сказала, что очень даже победимая...
– Я еще многое хотела высказать Вирлану, но глаза почему-то закрылись, и мирный алкогольный сон накрыл меня с головой.
Процесс пробуждения был спровоцирован тем, что спящее тело слишком сильно перевесилось через подлокотники и в результате оказалось на полу. Я потерла отбитый локоть и сонно щурясь выглянула из-за перевернувшейся мебели, ничего интересного перед взором не предстало - комната была пуста. Из окон лился свет закатного солнца, из чего можно было сделать следующий вывод: второй день занятий я примитивно проспала. Интересно, а освоение роли жертвы это достаточно веская причина чтобы избежать наказания за прогул?
Получить ответ на этот вопрос я смогла буквально через пару секунд, когда недовольно что-то ворча себе под нос, в комнату ворвался Вирлан. Громко хлопнув дверью и показав ей же неприличный жест, господин Глава яростно и в предельно грубой форме высказал все, что он думает обо всем преподавательском составе этого "приюта идиотов". Услышав такую характеристику, единственное, что я смогла это зааплодировать. Риан медленно выдохнул и, не поворачиваясь, буркнул:
– Ты этого не слышала.
– Да ладно, про тебя примерно то же самое профессура говорит.
– Отмахнулась я, поднимая кресло и усаживаясь в него.
– Не объяснишь на кой тебе эта престарелая коллекция злобных интриганов?
– В довесок к заведению досталась.
– Вздохнул Риан, вооружаясь стаканом с уже знакомым мне пойлом. Подумав, братец вылил содержимое мелкой посудины в графин и уже с ним устроился на подоконнике. Бросив тоскливый взгляд на вершины покачивающихся елей, он меланхолично отхлебнул из горла и даже не поморщившись (вот что значит многолетний жизненный опыт), спросил: - Хочешь с Луафом поквитаться?
– Какое щедрое предложение.
– Фыркнула моя светлость, разглядывая тонкую роспись потолка. Магические символы вполне могущие быть реально примененными переплетались с причудливым орнаментом и скрытым изображением созвездий. Посмотреть было на что.
– Не думай, что мне потребуется твое разрешение....
Договорить мне не дал решительно вошедший Ирольталь. Краем глаза я заметила, как эльф презрительно скривился при виде графина в руках вроде как начальника, невозмутимо забрал у Риана "успокоительное" и, не размениваясь на диалог, попросту выкинул посудину в приоткрытое окно. Вирлан только звучно щелкнул зубами и обиженно насупился.
– Нашел время. У тебя там бунт назревает, а ты тут неизвестно чем маешься.
– С чего это вдруг только у меня?
– Окрысился Вирлан, грустно рассматривая пейзаж под окном.
– Ты, заметь, мое доверенное лицо, так что тебе тоже перепадет общественной любви.
– Ошибаешься.
– Может, мне показалось, но в голосе эльфа мелькнуло ехидство.
– Я всего лишь секретарь, кукла, за ниточки которой дергает хозяин.
– Угу, с такой марионеткой как ты задушишься скорее, чем подчинения добьешься.
– А что случилось-то?
– Подала я голос.
Ирольталь укоризненно нахмурился и под этим взглядом Вирлан неохотно пояснил:
– Луаф всему ученому совету на остатки мозгов накапал, что с позором академии, то есть со мной, пора кончать. Сегодняшний полет некоторых присутствующих приплел как доказательство моей некомпетентности, мол, я даже о здании позаботиться не могу - все от малейшего чиха рушиться, не то, что из учеников что-то путное вырастить. А я им папа родной чтоб воспитывать? Пусть сами выбирают: учителей слушать или лично в библиотеке пылиться, у меня и без них дел полно.
– Коленом захлопнув приоткрытую створку окна, Вирлан продолжил: - В общем, старый интриган быстренько все извратил, всю старческую шабашку к себе расположил, и теперь устраивает торжественное переизбрание хозяина этого курятника.
– Вполне логичный результат, между прочим.
– Пожала я плечами.
– Нечего было столько свободы им давать. Что у тебя вообще за политика управления, а?
– Простая у него политика: - холодно произнес Ирольталь, - подождать пока профессура сама собой вымрет, а там уже новых набирать.
– Гениально.
– Присвистнула я.
– Шедевр управления, моя в священном ужасе.
Вирлан приподнял брови в мнимом удивлении и невозмутимо произнес:
– И в чем недостаток решения? Жизнь человеческой расы быстротечна. Еще пятьдесят лет и от этого сборища останутся только скабрезные надписи на столах в аудиториях. Я вполне могу подождать.
– А как же те, кто здесь учатся?
– Поинтересовалась я.
– Сколько уже поколений магов было безвозвратно загублено стараниями этих профессоров?
– Ну подождать еще лет двести.
– Спокойно пожал плечами Риан.
– Говорю же: человеческий род сменяется очень быстро.
– Ничего себе, быстро.
– Передразнила я.
– А ты уверен, что доживешь до того момента, когда помнящих Акарэю как позор образования не станет? Тебе четвертая сотня лет, не мальчик уже.
– Нашла чем пугать.
– Риан весело фыркнул, перемещаясь с подоконника на второе кресло.
– Вспомни сколько лет нашему папаше.
– Кто сказал, что подобное долголетие по наследству передается? Может все как раз наоборот: Эвер за наш счет живет.
– Глупостей-то не говори.
– Отрезал Вирлан.
– Будь так, мы вообще не родились бы.