Чтение онлайн

– Довольно хорошо, - сказал Джон. Он словно оцепенел.
– Я знаю, что с моим лицом, таким, какое оно есть, потребуется некоторая корректировка, но я не предвижу никаких проблем. Я всегда был предоставлен самому себе, мое лицо меня не беспокоит. Если бы я потерял руку или ногу, тогда, наверное, все было бы по-другому. С моей точки зрения, мне повезло, что я остался жив. Значит, мое лицо было изуродовано? Конечно, было бы неплохо вернуть его, но я предпочел бы быть уродом на улице, чем красавцем в сосновом ящике.

– Достойное восхищения отношение. И как вы относитесь к своему освобождению? Я имею в виду, в целом.

– Отлично. Не обижайтесь на то, что вы здесь устроили, но я чертовски рад, что наконец-то выхожу.

Герман наклонился вперед и поднял палец.

– Не только то, что вы выходите из игры, но и то, что выходите здоровым. Это важно.

– Правильно.

– А как насчет лекарств?
– спросил врач.
– В вашей карте указано...

– Имипрамин, четыре раза в день, - ответил Джон.

Он достал из кармана коробочку с крошечными таблетками оранжевого цвета и показал их Герману; они издавали звук, похожий на детскую погремушку. Он выплевывал их в больничном туалете уже два года, что на всеобщем психиатрическом языке означает "не принимать лекарства".

– Но, на самом деле, депрессия не была проблемой в течение последнего года или около того.

– Я понимаю это, но чтобы это не стало проблемой в будущем, вы должны продолжать принимать их и проходить амбулаторное обследование по крайней мере пару раз в год. Ваш лечащий врач сказал, что вы отправитесь во Флориду, в свой родной город.

– Мне странно называть это место своим родным городом, поскольку я не был там долгое время - наверное, лет десять. Но, по-моему, это самое подходящее место для проживания. Возможно, я задержусь в этом районе на несколько недель, чтобы повидаться со старыми друзьями. Однако, в конце концов, я думаю, что отправлюсь на юг.

– Просто помните, что, где бы вы ни поселились, обязательно обратитесь в ближайшую больницу для ветеранов и установите статус амбулаторного пациента; таким образом, вы сможете продолжать получать бесплатные лекарства. Если у вас возникнут какие-либо проблемы или сомнения, не стесняйтесь обращаться.

– Верно, - согласился Джон.

Но это была скорее прихоть. Последнее, что он бы сделал, - это вернулся сюда.

Герман заполнил регистрационный лист и маршрутную форму 10-2875-2; улыбаясь, он сказал:

– Я вас больше не задерживаю; я уверен, что вам не терпится уехать. Просто следуйте инструкциям по проезду и получению багажа.

Они оба встали и пожали друг другу руки.

– Желаю вам удачи, Джон, - сказал Герман.

– Спасибо, сэр.

Джон ушел. Через несколько мгновений он вернулся в суматоху коридоров. На этот раз он прошел мимо автомата быстро и осторожно, задержав дыхание, чтобы не чувствовать запаха разогретого в микроволновке пластика. Зал ожидания "Отдел сопровождения" был переполнен; все выглядели раздраженными и очень уставшими. Джон ненавидел ждать. Он решил, что лучше сам оплатит проезд на автобусе, чем стоять в пробке, как консервированная скумбрия.

Он спустился на лифте в подвал. За решетчатой стойкой в багажном отделении на табурете сидел худощавый чернокожий мужчина с короткой стрижкой и бородой. Он читал книгу под названием "Ночная похоть" и, казалось, был наэлектризован.

Джон показал ему свою карточку ветерана.

– Выписываетесь?

– Правильно.

Затем Джон протянул ему корешок заявления. Мужчина исчез менее чем на минуту и вернулся, неся на плече темно-зеленую сумку для авиаперевозок с латунным замком на застежках. Очевидно, сумку осмотрели флюороскопом и понюхали, но не открывали. Джон, однако, был уверен, что еще одна сумка, привязанная к первой, была открыта и осмотрена сотрудниками полиции. Но это не имело значения; если они так сильно этого хотели, они могли это получить.

Мужчина достал бухгалтерскую книгу и сказал:

– Мне нужна кое-какая информация, прежде чем я смогу просмотреть ваши вещи.

– Конечно, - сказал Джон.
– Только не спрашивайте о моей сексуальной жизни.

Мужчина усмехнулся.

– Из какого отделения вы выписываетесь?

– Второе Западное.

– А это...

– Психиатрическое отделение.

Мужчина равнодушно кивнул. Он не обратил внимания на изуродованное лицо Джона.

– Должностной разряд на момент поступления сюда?

– Сержант первого класса.

– Код военной профессиональной деятельности?

– У меня десятый.

– Скажите, где участвовали?

– 11 Эхо-40, Браво-45, Лима и Зебра.

– Эй, как вам это нравится?
– сказал чернокожий мужчина, сразу же воодушевившись.
– Я тоже был в 11 Эхо. Лязг, лязг, я в танке!

– Черт возьми, черт возьми, я на колесах. Мы ездим с шиком.

На этот раз чернокожий мужчина громко рассмеялся.

– Скажите мне свой номер "С". Я должен убедиться, что он соответствует корешку.

– С29541313.

– Настоящее имя?

– Джон, - уточнил Джон.

– Не Джонатан?

– Не Джонатан. Джон.

– Второе имя?

– Виктор.

– Фамилия?

– Сандерс.

ГЛАВА 12

Он нажимал кнопки радио одну за другой. На одной из станций шло ток-шоу, которое вел ботаник.

– Существуют стимуляторы роста корней, такие как индолибутиевые препараты, которые увеличивают соотношение площади корней к площади почвы, сокращают время образования корней и увеличивают общую массу самой корневой системы.

На следующей станции звучала музыка, напоминающая лесопилку. Следующая станция передавала регги. А следующая - хип-хоп. Курт с удвоенной силой выключил радио.

Он ехал по Аннаполису, не разбирая направления. По крайней мере, дождь прекратился, но синоптик обещал ясное небо в ближайшие два-три дня, а это означало, что через несколько часов дождь снова пойдет. Вчера вечером, когда он отвозил Вики в больницу, врач был расплывчатым и не сообщил о серьезности ее травм. Курт собирался вернуться сегодня перед сменой, и он надеялся, что получит ответы на некоторые вопросы. Он надеялся, что с ней все будет в порядке. И он надеялся, что на этот раз она выдвинет обвинения.

Тем временем он ехал, чувствуя головокружение, по незнакомым улицам. Он закурил сигарету и дал ей догореть в пепельнице. Несколько раз на светофорах его останавливали на зеленый свет. Сначала он заехал в "Наковальню" и сообщил менеджеру, что Вики попала в аварию и будет отсутствовать по меньшей мере неделю, а возможно, и больше. Менеджер пробормотал что-то недовольное, что-то вроде:

"У меня есть бизнес, которым нужно управлять, понимаешь? Если она пропустит больше двух дней, я ее уволю".