Чтение онлайн

– Нет, муше, мы не украли... Мы только взяли...

Этот странный аргумент заставил улыбнуться белых, удивленных не столько изворотливостью пройдох, сколько их апломбом.

– Золото принадлежит и нам тоже, - продолжал оратор. - Добрый Бог положил его в землю и для черного, и для белого. Мы взяли его там, где положил добрый Бог, мы вовсе не воры...

– Это правда, - с достоинством отвечал креол. - Золото, которое находится в земле, принадлежит и неграм и белым. Мы так глубоко понимаем эту истину, что все рабочие прииска стали нашими компаньонами. Кто честно трудится, получает свою долю прибыли. А вы - только преступники, которые обокрали товарищей по труду. Убирайтесь!

В ту минуту, когда директор произносил последние слова, какой-то опоздавший, абсолютно голый молодой негр, медленно спускался от поселка, готовясь занять свое место в пироге. В левой руке он держал плошку с жареным рисом, а правой загребал его пригоршнями, подносил ко рту и жадно глотал.

– А вот еще один, - смеясь, воскликнул Эжен, - из тех, кто не видит разницы между глаголами "брать" и "воровать"! Правда, райская простота его костюма исключает сокрытие краденого!

– Кто знает, - задумчиво заметил Дю Валлон. - Сомнение всегда остается... Эй, компе! - Он резко повысил голос. - Что ты там ешь?

– Это рис, муше, - отвечал тот с глупым видом.

– Ах, рис... - повторил креол, деликатно отнимая у негра тыквенный кувшин. - Черт подери! Ну и тяжелый у тебя рис!

Парень окаменел с тем же дурацким видом.

– Смотрите, господа, вот самый искусный из банды! Он нашел остроумный способ воровства. В его кувшине добрых два кило золота. А сверху он прикрыл его рисом, который и поглощает с большим аппетитом. Через две минуты сел бы в лодку - да и был таков! Думаю, что этому молодцу следует отдать пальму первенства. Ну, как вы находите приключение? Неплохая задумка, а?.. Разделить наворованное, использовать самые странные и неожиданные тайники... А всего - двенадцать килограммов золота! Только подумать! Наши разбойники не брезгуют ничем. Первосортный металл, по три франка двадцать пять сантимов за грамм, итого - кругленькая сумма в тридцать девять тысяч франков!

Робен развел руками.

– Клянусь Богом, дружище, их ловкость меня поражает, но ваша проницательность превосходит все мыслимое. Каким замечательным судебным следователем вы бы стали, если бы уже не были отличным золотоискателем!

– Этот опыт дорого стоил, поверьте мне. С другой стороны, да будет известно, что, несмотря на принятые меры, мы несем очень значительные потери. Наши люди неисправимы и все-таки продолжают воровать, а китайские носильщики служат скупщиками. Как бороться с этими безумными макаками, которые глотают золото и ртуть, словно пирожки? Кроме того способа, который я только что продемонстрировал на черепахах, нет другого средства прекратить их деятельность. Волей-неволей приходится списывать на убытки. А теперь продолжим наш визит... Ваше присутствие на прииске поддержит честных рабочих, поступающих по велению совести, и послужит достаточным предостережением для тех, кто еще колеблется.

Директор оказался прав. Его твердость по отношению к недисциплинированным людям, умение разгадать хитрости мошенников и внушительный вид шести европейцев произвели на рабочих в высшей степени благоприятное впечатление.

День заканчивался хорошо. Робен, обеспокоенный недомоганием жены, хотел, чтобы Никола немедленно отправился в усадьбу в сопровождении шести человек, абсолютно надежных и вооруженных до зубов. Парижанин должен был успокоить мадам Робен относительно ее мужа и сыновей и тотчас возвратиться с новостями. За десять часов можно было вполне обернуться в оба конца.

Паровая лодка отплыла уже довольно далеко вверх по реке, вернувшиеся в дом робинзоны живо обсуждали перипетии недавних событий, когда вдруг яростным лаем залился черный великан Боб. Всегда осторожный, что не исключало беззаветной храбрости, пес не покидал столовой, а глядел в сторону причала и, взъерошившись, хрипло рычал.

Дю Валлон приподнялся в гамаке, удивленный необычным поведением своего верного сторожа.

– Глядите-ка! - воскликнул он. - К нам гости!

– Гости? - переспросил Анри. - Кого это несет нелегкая? Придет же в голову фантазия гулять в такое время и в таком месте!

– Если не ошибаюсь, какой-то европеец в сопровождении двух индейцев.

– Очень странно!

– Первый иностранец на прииске за все время... Надо оказать ему гостеприимство... потом выясним все подробно.

Робен, его сыновья и директор поднялись навстречу незнакомцу, который важно, размеренной походкой шествовал по широкой аллее, усаженной молодыми банановыми деревьями. Если судить о людях по внешнему виду, то пришельца миллионером никак не назовешь. Грубая широкополая шляпа из сухих листьев латании*, дешевая полотняная куртка синего цвета, в нескольких местах разодранная лесными колючками, штаны из такой же ткани, - вот и все его непритязательное одеяние. Один глаз прикрывала повязка, босые ноги были изранены в пути.

______________

* Латания - род пальм с кроной веерных листьев.

Однако держался незнакомец прямо, подтянуто, слегка вытягивая шею при ходьбе. Он словно подчеркивал свой высокий рост. Двое краснокожих сопровождали незнакомца. Подойдя к веранде, пришелец прикоснулся кончиком пальца к полям своей оригинальной шляпы, - такой надменный жест присущ офицерам английской армии в Индии, - и небрежно процедил сквозь зубы дежурную формулу вежливости:

– Имею честь приветствовать вас!..

– Как! Да неужели это вы, мистер Браун?! - изумленно воскликнул Робен.

– Питер-Паулюс Браун из Шеффилда. Именно так, сэр.

– О, мистер Браун, счастлив видеть вас! Будьте желанным гостем!

– Благодарю.

Поскольку островитянин, казалось, своим единственным глазом искал отсутствующих на веранде людей, инженер, внезапно опечаленный при мысли о плохой новости, которую должен был сообщить гостю, продолжил сочувственно:

– Ваши дети в добром здравии, в усадьбе, вверх по Марони, но, к сожалению, ужасная беда настигла их бедную мать...

– Говорите!.. Я слушаю.

– Миссис Браун скончалась, несмотря на все усилия спасти ее. Увы, ей не помогли ни лечение, ни наши заботы.

– Вот как! - произнес англичанин совершенно бесстрастным тоном. - Бог забрал к себе прекрасное создание... А я... Я самый несчастный джентльмен во всей Англии.

– Если боль, которую должна вам причинить эта невосполнимая потеря...

– Да, сэр... да! - бесцеремонно оборвал собеседника Питер-Паулюс. Огромная боль! Я не могу больше продолжать "навигацию"!

Возмущенные возгласы готовы были сорваться с уст робинзонов от такого чудовищного эгоизма, и только уважение к законам гостеприимства удержало их.

Англичанин невозмутимо разглагольствовал:

– Жалкая, презренная страна. Я потерял чековую книжку. Теперь лишился кредита в гвианском банке. Кончилась провизия, пропали башмаки, злобные комары искусали глаз. Я умирал, когда краснокожие нашли меня и привели мою милость к вам.

– Пусть это вас не тревожит, мистер Браун. Мы перевяжем раны, вы получите одежду и все необходимые продукты. Что касается денег и кредита, то моя касса в вашем распоряжении. Я вручу вам такую сумму, какую сочтете достаточной для возвращения в Европу. А пока отдыхайте! Пейте, ешьте и не ломайте голову над всякими проблемами.