Хакер всея Руси
Шрифт:
Вернувшись и увидев на двух крышах свежие следы высохшей глины, тетя Маша страшно ругала Сережку. Хотя разве это ругань! Мальчик удивлялся про себя: чего она боится? Он что, маленький, чтобы свалиться с крыши? Он давно большой, сильный и ловкий. Сережа охотно пообещал слушаться тетю Машу и больше на крыши не лазить. В самом деле, там уже нечего было делать…
В лето перед школой, когда ему исполнилось семь, Сережка сам переложил в доме печь. Тетя Маша по его просьбе нашла и купила книжку, где говорилось, как правильно сделать печку. Соседка теперь безоговорочно верила в необычайные способности пацаненка и нисколько не сомневалась, что печка будет на славу. Может, эта наивная вера и помогала мальчугану добиваться успеха в очередной своей бытовой авантюре? Сережа насобирал по всем окрестным улицам и новостройкам кирпичей – целых, половинок, четвертинок… Весь июнь он изучал «инструкцию по производству печи», чертил по памяти ее устройство на песке, нашел пару недостатков, которые, нимало в себе не сомневаясь, решил поправить, – и в июле, когда родители в очередной раз пропали, взялся за дело.
Самым трудным оказалось разобрать старую печь. Казалось бы, она совсем уже разваливается, ан нет – кирпичи были склеены так прочно, что у Сережки не хватало силенок их разъединить. К тому же он старался не разбивать дефицитные кирпичи – они должны были пойти на новую печку.
Он, конечно, не успел справиться до возвращения родителей. Он не успел даже разобрать до конца печь. Когда пьяненькие и веселые мама и папа увидели порушенную печку и аккуратно сложенные у стены кирпичи, воплей было столько, что их слышал, наверное, весь поселок. Папочка даже схватил подвернувшийся под руку кирпич, но Сережка успел шмыгнуть в дверь и спрятаться в сорняках. Искать его там родители не собирались: репейник, конский щавель, крапива и прочий бурьян на так называемом огороде были выше человеческого роста.
Философски почесывая крапивные ожоги в прорехах старых штанов, Сережка решил, что на следующую весну он выдерет всю эту дрянь на огороде и посадит картошку. Тетя Маша одолжит, чтобы посадить. Тем более, одну картофелину можно разрезать на несколько частей, лишь бы глазки были, – это Сережка знал точно.
Да, наверное, на будущий год у него уже хватит сил вскопать огород. А если не хватит, то попросит тетю Машу нанять алкоголика дядю Гошу. За бутылку тот согласится, точно…
Что вскопать огород могли бы и родители, Сережке даже не пришло в голову.
Он представил, сколько соберет картошки будущей осенью, и как спрячет ее в подполе у тети Маши, и будет жарить и варить и маме, и себе… И у них постоянно будет еда…
К Сережке сразу вернулось великолепное настроение.
Побуянив денек-другой – Сережа переждал это время, тайком прячась у тети Маши, – родители снова исчезли. Мальчик опять взялся за свое грандиозное строительство.
Как ни удивительно, но на ответственных испытаниях, которые провели Сережа и тетя Маша, новая печка показала себя с самой лучшей стороны. Теперь надо насобирать побольше дров, старых досок, щепок – и зимой в доме будет тепло.
Радуясь, Сережка еще не знал, что зимой у него уже не будет ни печки, ни дома, ни родителей.
Глава 8: Губернатор
В институте утром открывалась международная конференция «Толерантность в отношениях между разными этносами». В светлом уютном зале с мягкими креслами и огромным демонстрационным монитором уже собрались участники из разных регионов и стран, вежливо переговариваясь на английском, французском, русском…
Губернатор не опоздал: точность – вежливость королей. Подтянутый, худощавый, высокий, он ослепительно улыбался. Доброжелательно – демонстрируя традиционную для научного мира демократичность – пожал руку не только ректору, но и его помощнику.
Ректор, не поднимаясь на кафедру, обернулся к залу, чтобы представить высокого гостя. Помощник незаметно подал сигнал включить монитор – на нем должен был появиться чрезвычайно выигрышный вид города: с высокого берега на ослепительную синь реки, с белоснежными домами-новостройками на другом берегу…
– Уважаемые участники конференции! – сказал ректор для начала по-русски.
Это единственное, что он успел сказать. Потому что «уважаемые участники конференции», которые умолкли было и вежливо повернулись к говорившему, неожиданно встрепенулись. Зал загудел. Через пару секунд в разных концах поднялись руки с мобильниками – сначала немного, но потом все больше и больше. Вскоре почти все гости вытащили телефоны и азартно снимали то, что на дисплее.
Ректор растерянно повернулся к губернатору – и онемел: губернатор тоже смотрел на экран, и лицо у него было совершенно белое, искаженное гримасой.
Не замечая, что от волнения перестал дышать, ректор испуганно повернулся к демонстрационному монитору, всмотрелся в изображение, – и свалился на пол в обмороке.
Никто в зале этого не заметил.
Глава 9: Карта судьбы – школьник
Подготовка к школе – вообще-то огромному событию в жизни каждого малыша – для Сережки прошла незамеченной. Родители начисто забыли, что ребенок должен начать учиться, и хлопотала об этом тетя Маша. Сердито ворча на непутевую соседку, она заставила Сережку принести из дома его свидетельство о рождении – он знал, что это свидетельство, два паспорта и документы на дом мама хранила в трехлитровой банке, запихнутой в темный угол на чердаке. Играя там совсем маленьким, Сережка однажды попробовал открыть полиэтиленовую крышку и разбил банку. Сначала он очень испугался – мама побьет. Но потом додумался попросить у тети Маши другую банку и запихнул все бумажки туда. Мама про это и не узнала.
Еще в июле тетя Маша измерила Сережку с ног до головы матерчатым метром. Записала все цифры. Заставила встать босыми ногами на старую газету и обвела ступни – было щекотно – фломастером. К сентябрю он уже обо всем этом забыл, но 30 августа тетя Маша торжественно позвала его к себе. Прибежав с огорода, где пытался вытащить сорняки, чтобы проверить, сколько будет работы в следующем году, Сережка еще на улице унюхал, что очень вкусно пахнет пирогами. В доме он с удивлением увидел разложенные на тети Машиной кровати ослепительно белую рубашку, потрясающе красивые серые брюки, серый пиджак и даже галстук! На полу сверкали глянцем черные башмаки. И – чудо из чудес – на стуле стоял очень красивый ранец с книжками.
– Это кому? – изумленно спросил Сережка и покрутил головой. Рядом никаких мальчишек больше не наблюдалось. – Это мне?!
– Тебе-тебе. Марш на кухню! – весело приказала тетя Маша. – Там корыто и два ведра горячей водой. Вымойся как следует. Полотенце, чистые трусы, майка и носки на табуретке.
Сидя в большом корыте и послушно надраивая себя мочалкой, Сережка в первый раз несколько взволновался, думая об учебе. Он бы охотно не пошел в школу – читать умеет, чего еще надо? Но тетя Маша и слушать его не желала.
– Ты должен учиться! – твердила она. – На пятерки учиться! Вырастешь, пойдешь в институт, станешь большим человеком…
В институт Сережка тоже не хотел. Но чтобы не огорчать тетю, так и быть, походит в школу. А там поглядим…
Майка и трусы оказались впору. Носки тоже – они вообще были, надо же, совершенно новые.
Когда чистый и еще с мокрой головой Сережка вошел в комнату, тетя Маша озабоченно посмотрела на его сильно отросшие за лето волосы:
– Постричь тебя надо. Ладно, сначала промеряем одежду. Надень-ка…
Все оказалось впору, хотя Сережке было несколько непривычно в таких длинных брюках и тем более в пиджаке. Тетя Маша заставила мальчишку много раз повернуться кругом, рассматривая его со всех сторон, и осталась очень довольна:
– Моя Лидочка молодец, всех друзей обошла. Видишь, какой хороший костюм нашла. А рубашка вообще почти не ношенная. Посмотри на себя в зеркало.
Сережа послушно подошел к висевшему между окнами зеркалу и с интересом посмотрел на свое необычное отражение: как какой-нибудь юный герой в кино. В костюме! В белой рубашке!! В галстуке!!!