Хана, вызывайте некроманта
Шрифт:
Её мягкость застала Амрэя врасплох. Он ожидал сопротивления, злости, но вместо этого ощутил в её ответе слабый отблеск доверия.
Поцелуй длился долго, пока оба не остались без воздуха. Амрэй отстранился, тяжело дыша, и заглянул ей в глаза.
— Почему ты... — начала она, но слова застряли в горле.
Амрэй ничего не сказал, лишь убрал прядь её волос с лица и коснулся её щеки, словно не мог поверить, что она настоящая. Затем, словно оправдываясь перед самим собой, холодно бросил:
— Я делаю это, чтобы понять, что ты из себя представляешь.
Но Окси не поверила. Она смотрела на него, пытаясь разгадать, что скрывается за его противоречивыми действиями.
Амрэй нахмурился, осматривая её руки, будто ожидая, что где-то могла появиться хоть малейшая отметка. Но ничего. Чистая кожа, никаких следов связи. Некромант стиснул зубы, чувствуя глухое разочарование и злость на самого себя.
Окси, тяжело дыша после поцелуя, подняла на него уставший взгляд.
— Что ты делаешь? — её голос прозвучал слабо, но в нём звучало подозрение и страх.
Амрэй провёл рукой по своим волосам, пытаясь успокоиться.
— Спасаю нас обоих, — хрипло ответил он.
Девушка устало усмехнулась.
— Спасаешь? — она бросила взгляд на цепи, которые всё ещё сковывали её. — Похоже, твой способ «спасения» мне не подходит.
Амрэй ничего не ответил. Он сделал шаг назад, пытаясь осмыслить провал ритуала. Почему её татуировка так и не проявилась? Почему связь была односторонней?
Он взглянул на Окси, которая казалась хрупкой и уязвимой, но её глаза продолжали гореть внутренним огнём.
— Тебе нужно отдохнуть, — глухо сказал он, не зная, зачем произносит это.
— На цепях? — съязвила Окси.
Её сарказм задел Амрэя, но он лишь щёлкнул пальцами, и цепи ослабли, позволив девушке опуститься на бетонный пол.
— Лучше так, чем мёртвой, — тихо бросил он, развернувшись к двери.
Окси смотрела ему вслед, пытаясь понять, что за странные игры он ведёт. Её сердце гулко билось, и она не могла объяснить самой себе, почему на мгновение почувствовала тепло, когда он её обнимал.
Глава 8
Амрэй лежал на кровати, уставившись в потолок. Его глаза не видели узора на потрескавшейся штукатурке — мысли уносили его далеко отсюда, к вопросам, которые до сегодняшнего дня не казались столь важными.
Он перевернулся на бок, устало вздохнул, но сон не приходил. Внутри всё кипело: обрывки разговоров с Каем, усталый взгляд Окси, свечение его татуировки... Всё это складывалось в странный, нелогичный узор, который никак не поддавался осмыслению.
«Что я вообще знаю о дамнациях?» — мелькнула мысль, от которой ему стало не по себе.
Формально он знал, что это магические существа, созданные в результате особых ритуалов Инквизиции. Их роль в обществе была понятна: они выполняли приказы и защищали мир от более опасных сущностей. Но теперь, глядя на Окси, он осознал, насколько поверхностными были его знания.
«Почему она осталась такой... человечной?»
Он нахмурился, вспоминая, как её глаза вспыхнули гневом, когда она язвила ему, или как её губы, дрожащие, ответили на его поцелуй. Это было слишком неправильно.
Амрэй сел на кровати, проведя рукой по лицу. В голове всплыли вопросы, которые раньше казались незначительными.
«Что такое Абсолютный Разум?»
Все знали о нём как о некой сущности, управляющей миром, но что это означало? Никто не видел его, никто не знал его настоящей природы. Все просто принимали его существование как аксиому, как непреложный факт.
«Почему Инквизиция обладает столь абсолютной властью?»
Они контролировали всё: магию, политику, образование. Их решения не подвергались сомнению, их сила была непреодолимой. Но ведь это ненормально, когда целый мир подчинён горстке магов и их таинственным покровителям.
Чем больше он размышлял, тем сильнее ощущал, что его понимание мира — иллюзия. Это злило, вызывало чувство беспомощности.
Амрэй встал и подошёл к окну. За стеклом тянулась пустая улица, освещённая тусклыми огнями фонарей. Мир снаружи казался тихим и спокойным, но это было обманчиво.
«Почему мы не задаём вопросов? Почему просто живём, принимая всё как данность?»
Он хмыкнул, облокотившись на подоконник. Ответов у него не было, но теперь он не мог остановиться. Ему нужно было знать больше — о дамнациях, о Абсолютном Разуме, об Инквизиции.
Где-то внизу, в тайной комнате, на цепях висела девушка, чьё существование само по себе было загадкой. И Амрэй понимал: разгадка кроется именно в ней.
Амрэй раздражённо упал на пол, пытаясь заглушить огонь, разгоревшийся внутри. Руки уверенно приняли вес его тела, мышцы напряжённо работали, но это не помогало. Он ритмично отжимался, увеличивая темп, но с каждым движением вместо облегчения приходило только больше раздражения.
«Что за чёрт...» — пробормотал он, сбрасывая капли пота с лица.
Тело горело, словно внутри него запустили пламя, которое не угасало. Её лицо всплывало перед глазами, её взгляд, наполовину испуганный, наполовину вызывающий. Воспоминание о том, как её губы отвечали ему, казалось, было выжжено в его сознании.
Амрэй резко остановился, тяжело дыша, чувствуя, как руки дрожат от напряжения. Он сел на пол, уткнувшись лбом в колени.
«Что с тобой не так?» — выругал он себя мысленно.
Это было ненормально. Никогда прежде он не ощущал такого жгучего, почти болезненного желания. Даже когда он был моложе и ещё не контролировал свои эмоции, его чувства никогда не выходили из-под контроля настолько.
Он поднялся и направился в ванную, открыв кран с холодной водой. Поток ледяной жидкости обрушился на его голову и плечи, заставляя вздрогнуть. Вода должна была принести облегчение, но вместо этого только усиливала ощущения — тело не реагировало так, как он ожидал.
«Почему она?»
Этот вопрос не давал ему покоя. Он почти привык к своей связи с Окси, приняв её как побочный эффект их совместной судьбы, но то, что происходило сейчас, не укладывалось ни в какие рамки.
Амрэй уставился в зеркало, наблюдая за своим отражением. Его глаза горели, а дыхание оставалось сбивчивым.