Чтение онлайн

– Полтора миллиона, – простонал он. – За тебя дают полтора миллиона. За мертвого.

– Кто? – спросил я.

– Я не знаю…

– Кто? – проревел я, нажав на его рану еще сильнее.

– Я реально не знаю! С ними дела ведет Грек, наш старший. Он нам не докладывается.

– Он сейчас здесь?

– Д-да…

– Где именно?

– На шестом… Мы держим весь шестой этаж.

– Спасибо, – решил я проявить вежливость, а потом выстрелил ему в голову.

Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Пальнул и в того, которому раньше попал в сердце. Я однажды уже сделал ошибку, не убедился, что враг мертв, и это кончилось плачевно. Жив остался только чудом. Так что больше я такой ошибки не повторю.

Сменил магазин в пистолете, после чего убрал его в кобуру на бедре. Вытер нож, отправил на место. Что ж. Похоже, что приоритеты этих позеров сменились, и вместо мести за своих они решили устроить охоту на меня. Пацаны внизу естественно меня сдали, молчать себе дороже, так что винить их не о чем.

Но полтора миллиона… Три-четыре контракта на моей прошлой работе, если не вылезать с заданий, успешно уничтожать живую силу и технику врага и работать на крупные премии. И ничего не тратить, естественно, не есть, не пить, и не покупать.

Я мог заработать такую сумму за четыре года, но не скопить. Обычный человек не сможет сделать этого за всю жизнь. Просто не выйдет на такой плюс, чтобы получилось начать откладывать.

А это значит, что за мной будут охотиться, причем многие. Надо узнать, кто разместил контракт, и разобраться с ним.

Получается, нужно идти и узнать у этого самого Грека, кто меня заказал. Да и вообще разобраться с Инкубами, да это не вся банда, а только одно отделение… Но не зря же приехал, верно?

Я двинулся на выход из логова Шайтана, делал тут было уже нечего, отправился к лифту. Никто мне так и не встретился, жители дома, кто был тут, а не отправился на работу, попрятались в своих квартирах. Нажав на кнопку, я стал ждать кабину.

Очень быстро она приехала на мой этаж, открылась, и я увидел внутри еще двоих татуированных и разодетых как павлины, парней. Вскинув пистолет, дважды нажал на спуск, прострелив грудь одному.

Огнестрельные ранения грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.

Перевел ствол на второго, и он вместо того чтобы открыть ответный огонь, вскинул руку, будто думал, что она защитит его от пули. А, может быть, он хотел просто попросить у меня пощады. Я нажал на спуск, пуля пробила его ладонь и вышибла мозги на металлическую обшивку.

Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

На всякий случай я выстрелил еще раз в первого, уже в голову. Вошел в кабину, воздух в которой быстро наполнялся запахом крови и сгоревшего пороха, надавил на кнопку шестого этажа, встал сбоку от дверей, чтобы меня сразу не было видно, да и какое-никакое, но укрытие.

Идиоты. Нет места для засады хуже, чем в лифте. Там ведь ни спрятаться, ни маневрировать не получится, кабина достаточно тесная. Хотя, возможно, они просто спускались вниз, и не думали, что наткнутся на меня.

Дверь отворилась на нужном этаже, осмотревшись, я не увидел никого, после чего двинулся внутрь. Пошел медленно, поднимать шума раньше времени мне не хотелось. Подумав, убрал «Климова» обратно в кобуру, к нему и патроны раньше времени тратить не хочется, тем более, что у меня имеется пусть и не такой бронебойный, но все равно весомый аргумент.

Вытащил трубку глушителя, накрутил на ствол. Он у меня специальный, с резьбой. Естественно, полностью звук не глушит, лязг затвора все равно будет слышно, но все лучше, чем грохот выстрела. Правда стены тут тонкие совсем, так что спалиться риск есть.

Так, ну и куда мне идти дальше? Нужно найти Грека, постараться перебить всех «Инкубов», и не попасть при этом под пулю. Впрочем, этажи здесь не такие большие, так что я его найду.

Прямо в коридоре была нарисована эмблема этих парней: двое стилизованных портретов мужчин, которые обнимали женщину, что была в центре. Все трое одеты очень богато, по-павлиньему. Странно, что с таким названием они не использовали образ демона или еще что-нибудь.

Я двинулся по коридору, продолжая держать в руке пистолет. Услышал за углом шаги, прильнул к стене, выжидая. Шел один человек, причем, судя по тяжести шагов, очень грузный, тяжелый. Нет, конечно и женщины случаются такие, но мне кажется, что это все-таки мужик.

Тихо вытащив нож из ножен, я продолжил ждать. Из-за поворота действительно вышел мужчина, одетый в длинную шубу из искусственного меха, распахнутую на груди. На его шее висела тяжеленная золотая цепь, а на лице у него росла густая и длинная борода.

Увидев меня, он открыл рот, но клинок уже пробил его глазницу. Во все стороны брызнули искры от оптического импланта, а я в последний момент умудрился подхватить труп, чтобы он не рухнул. Грохоту от такого шкафа было бы…

Колотая рана глазницы. Повреждение оптического импланта. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.

Аккуратно уложив тело на пол, я выглянул из-за угла, убедился, что там никого нет, и двинулся дальше. Впереди была открытая дверь. Заглянув внутрь, я увидел, что это кабинет сэкранамивидеонаблюдения. В одном из мониторов в углу я заметил себя, поднял голову и увидел под потолком камеру.

Но наблюдатель смотрел не за мной, его внимание привлекло что-то другое, в противоположной стороне. Что ж, это мой шанс.

Метнувшись внутрь, я схватил его за волосы, чуть оттянул назад, и прижал пистолет к виску.

– Дернешься – конец тебе. Понял? – шепотом проговорил я.

Шепот иногда звучит гораздо более жутко, чем рык. Так уж получается, что и успокоить им человека просто. А меньше всего на свете мне нужно было, чтобы этот паренек вдруг закричал.

– Понял, – просипел он.

– Где Грек? – спросил я.

– Шестьсот двадцатая квартира, – ответил парень и облизнул губы. – Вон там, на мониторе видно. Прямо по коридору, а потом направо.

Чуть кивнул голову в сторону одного из мониторов. Я повернул голову и увидел изображение с одной из камер, которая действительно показывала вход квартиру. На двери был рисунок, и в этот раз это действительно был демон: высокий, мускулистый, со смазливым лицом и чуть красноватой кожей. Ему пририсовали набедренную повязку, но я не удивился бы, если бы гениталии изобразили во всей красе. Странные они, конечно.