Чтение онлайн

Что и говорить, после захватывающей столичной жизни Снежный остров представлялся глухим, медвежьим углом, а морские походы и сухопутные рейды стали казаться занятием несправедливым и жестоким. Стэн, понимавший меня как никто другой, предложил остаться в Лондоне еще на пять лет, для того чтобы продолжить обучение в Высшей Школе Магических Искусств.

– Это невозможно, сам знаешь, – резонно возражал ему я, – в Высшую Школу принимают лишь подданных Английской Короны.

– Гм, ну да, верно, – неохотно соглашался Стэн, – но разве не может быть исключений? Вот я и постараюсь уговорить отца, чтобы для тебя сделали это исключение.

– Поговори, конечно, – отвечал я, безуспешно пытаясь скрыть сомнение, – а вдруг получится.

Стэн, вероятней всего и сам не испытывал особого оптимизма по поводу своей затеи. Потому что был прекрасно осведомлен, что по большому счету делами в государстве заправляет не Корвин 3, а Королевский Совет во главе с лордом Джулианом. С этим знатным вельможей принц издавна пребывал в довольно натянутых отношениях. Не способствовало их улучшению и то обстоятельство, что именно лорд Джулиан настойчиво рекомендовал королю проучить Стэна розгами, за то злосчастное послание ректору Школы. Так что просить лорда об услуге было не с руки. Да и что толку?

И уехал бы я вскоре в свою суровую Скандинавию, не случись непредвиденного. Корвин 3, с детства страдавший приступами жестоких головных болей, внезапно скончался от кровоизлияния в мозг. Теперь Стэн должен был стать королем. Наследство от отца ему досталось нелегкое. Из особо крупных неприятностей нужно упомянуть затяжную войну на два фронта: против воинственной Шотландии с одной стороны и английских эльфов с другой, оборонявших свои земли на западе королевства.

Война с шотландцами велась в основном на границе. Они захватывали сторожевой форт, либо укрепленный замок, потом их оттуда выбивали и отгоняли назад в горы. Затем все повторялось.

С остроухими дело правда медленно, но шло к концу. За четырнадцать лет была захвачена большая часть принадлежащей им по праву Страны Озерного Лосося. Все уцелевшие после ряда больших и малых сражений укрылись в последнем оплоте – Золотых Дубравах, периодически совершая незначительные вылазки и недалекие рейды малыми группами. Но с каждым прошедшим месяцем эльфам становилось заметно труднее оказывать сопротивление. А причины таковы: подлесок вокруг Дубрав неуклонно вырубался, освободившаяся же земля расчищалась от валунов, способных служить мало-мальски удобным укрытием разведчикам.

Один за другим подходили корпуса Егерей, Лесных Лучников, отборные части Порубежной Стражи, перебрасываемые с ирландской границы, а так же отряды Бойцов-Следопытов, со сворами лютых, быстрых, словно ветер, натасканных псов. Смертельная петля вокруг пристанища остроухих затягивалась постепенно, но тщательно и верно.

Когда это произойдет, плотное кольцо опытных, бывалых воинов двинется очищать лес от засевших в нем эльфов, не забыв конечно оставить за спиной два-три кольца оцепления на всякий случай. Зачистка Дубрав наверняка удастся основательно подготовленной королевской армии, хотя и обойдется немалой кровью. Эльфам терять то особо нечего. Все что можно они уже потеряли: прекрасный край Озерного Лотоса, великолепные дворцы, полные сокровищ не только духовного плана, короля и почти всю его семью, свое гордое высокомерие и чувство холодного превосходства нал людьми. Остались лишь Золотые Дубравы, да и те, увы, ненадолго.

Третьей крупной неприятностью, наверняка превосходящей первые две, для Стэна являлся Королевский Совет, привыкший за долгие годы совершенно не считаться с монархом. В этом на сто процентов был виноват сам Корвин 3, имевший пристрастие к охоте, пирам до утра, да еще к особам слабого пола. И не имевший, к сожалению, такового к государственным делам и политике. Ко всему сказанному король был чрезвычайно покладист, что здорово облегчало лорду Джулиану задачу управления им. Благодушный – вот под каким прозвищем вошел он в Исторические Летописи и надо заметить оправдывал его целиком и полностью.

Стэн же был совершенно иной. Независимый, самостоятельный буквально во всем, обладающий проницательным, острым умом, отважный, непредсказуемый, он представлялся полной противоположностью своему отцу. А это означало его неизбежные конфликты и трения с Советом буквально с первых шагов в качестве нового короля.

Какое-то время после похорон Корвина 3 мы со Стэном почти не виделись. Я успешно преодолевал преграды в виде экзаменов, принц же готовился стать королем.

Наконец настал счастливый день, когда я пришел к Стэну уже в качестве полноправного Боевого Мага, с врученным дипломом и заработанным посохом. Он, помнится, дружески обнял меня, поздравил от всей души, угостил отменным пятидесятилетним коньяком, а на прощание спокойно уведомил:

– Коронация в это воскресенье, Харальд. Я… Хочу попросить тебя сразу после Церемонии занять место у меня за спиной. Даже если при этом придется грубо отшвырнуть какого-нибудь высокородного лорда.

– Как пожелаешь, Стэн, за спиной так за спиной, – немного опешил я. – Но что скажет Королевский Совет? Я ведь не рыцарь и даже не дворянин.

– Пусть это тебя не заботит, – ободряюще улыбнулся Стэн, однако глаза его остались непривычно холодными, – им будет не до того. Уж больно хлопотное дело Коронация.

– Ты чего-то опасаешься? – напрямик спросил я, отмечая про себя, что от прежнего Стэна осталось немного. Принц за последние недели заметно изменился: сделался серьезный, молчаливый, замкнутый, в чем-то даже недоступный. Но я не удивлялся, хорошо понимая, насколько тяжела уже сейчас ноша будущего короля.

– Я не опасаюсь, а просто остерегаюсь, – уклончиво ответил он, – сам ведь знаешь из Истории Англии, что во время Коронаций всякое случалось.

– Да уж, наслышан, – не скрывая недовольства, буркнул я, раздосадованный его явными недомолвками, – про кровь рекой, да про горы трупов.

– Ну, тут ты, брат Харальд, перегнул палку, – Стэнв вновь улыбнулся своей новой отчужденной улыбкой. – Эти страсти когда происходили? Давным-давно, когда нравы у людей были чрезвычайно коварны и жестоки. В наш же просвещенный век возможна лишь какая-нибудь пакость. Пусть утонченная, но все одно мелкая.

– Возможно, ты и прав, друг Стэн, насчет… Хм-м, просвещенного века и изменившихся, в хорошую сторону, нравов, однако я лучше буду ожидать худшего, тогда глядишь это худшее и не застанет врасплох, – нахмурившись, высказал я свое мнение. Честно говоря, предстоящая Коронация уже сейчас, наперед, начала внушать мне немалые тревоги.

– Вот и славно, – Стэн не проявил никакого желания поспорить, – в общем, поступай, как знаешь, главное только будь рядом.

– Это непременно, Ваше Высочество, – я церемонно поклонился, – хотя вы того и не заслуживаете.

Рассмеявшись, он в шутку стукнул меня кулаком в плечо. Я ответил ему тем же, радуясь в душе, что былой Стэн не совсем умер.

Встретились мы с ним вновь уже на Коронации. Все шло прекрасно до того момента, пока Стэн в качестве нового короля не зачитал свой Первый Указ перед лицом Всеобщего Собрания Дворян Англии. А надо сказать это была очень древняя традиция, предписывающая очередному монарху издать личный Указ, дающий понять, что оно печется о благе государства и поданных. Насколько я знаю, другие короли объявляли амнистии, отменяли либо уменьшали налоги, награждали особо отличившихся в сражениях за Англию – замками, землями, титулами и оделяли привилегиями торговые купеческие гильдии и тому подобное.