Чтение онлайн

Тяжкое бедствие угрожает оскорбителю чести: его ожидают притеснения ябеды или личное мщение обиженного. Сие последнее кажется мне согласнее со здравым разумом; ибо неприятели с оружием в руках призывают решителем вражды своей праведное небо и непреложное предопределение судьбы (если только суетные распри чести достойны внимания Всевышнего). Но лукавство европейское изобрело способ безнаказанно поражать и сие ужасное чудовище, нарицаемое честью. Мстительность в оковах затруднения есть мать ухищрения и низости; так называемый пасквиль есть её вернейшее орудие: бумага, не открывающая имени сочинителя, проливает в публику все порицания и укоризны, которые досада или клевета могут изблевать на обезоруженного врага. Лёгкость и соблазнительность сего пути к отмщению, часто противному справедливости, заставила законы принять меры к искоренению сего зла: в случае неизвестности сочинителя, бумага, представляющая его лицо, всенародно сжигается рукою палача. Но средство сие очевидно недостаточно к укрощению решительного преступника, а ещё менее к удовлетворению обиженного. Большею частью порода и истинное величие поставляют себя выше обиды, и, пренебрегая оною, не употребляют сего бесполезного удовлетворения; и опыт удостоверил, что молчание есть лучшее средство укротить злословие.

Я оканчиваю письмо. Свет моего разума и отец помышлений моих! Я приношу тебе жертву чувствований и наблюдений, внушённых чистою верою в твоё учение, и желанием озарить себя вящим светом твоего знания; удостой усладить мой дух ответом твоей премудрости, покажи мне путь избегнуть от челюстей заблуждения, и управляй склонностями и движениями души моей, как Всевышний управляет светилами небесными. Я достиг до средоточия Европы, во владения короля Прусского; не знаю ещё, в которую сторону обращу мой путь; не знаю, скоро ли предстанет случай ещё беседовать с тобою. Мысль моя будет всегда парить к стране востока, откуда сияет ко мне светлая звезда правоверия.

Мслвч.

О. Сомов.

??

О. Сомов.

??