Чтение онлайн

Многие, хотя и не все, участники “Семьи” Мэнсона “первого набора” теперь отбывают сроки в различных исправительных учреждениях. Другие члены “Семьи” разделились, чтобы последовать за новыми лидерами. Кэтрин Гиллис, по недавно полученным мною сведениям, стала “мамашей” одной из группировок байкеров. Немногим удается попадать в газетные заголовки. Мария Алонзо (тикКристал), отпущенная на свободу вскоре после убийства в Стоктоне, в марте 1974 года была арестована вновь; ей предъявлено обвинение в предположительной организации сговора с целью похищения генерального консула иностранной державы. Тем самым Алонзо надеялась обеспечить возвращение на свободу двоих заключенных окружной тюрьмы Лос-Анджелеса. Когда я пишу это, суд по делу о преступном сговоре еще не успел начаться.

Какое-то время существовал целый всплеск книг, театральных постановок и фильмов, если не прославляющих имя Мэнсона, то рисующих его не целиком черной краской. Было время, когда могло показаться, что в стране возникает целый культ Мэнсона. Я говорю не только о значках с надписями вроде “СВОБОДУ ЧЕТВЕРКЕ МЭНСОНА!" но и о том, что раковая опухоль, известная под именем “Семья”, одно время развивалась весьма быстро. Когда журналисты брали интервью у новообращенных ее членов — никогда и в глаза не видевших Мэнсона, — те выглядели и говорили в точности как Пищалка, Сэнди и остальные. Что создавало пугающую картину: могло показаться, что безумие, зароненное Мэнсоном, способно передаваться от человека к человеку. Но это странное время быстро прошло, и теперь от той, былой “Семьи” Мэнсона уже мало что осталось — хотя Пищалка, некогда руководившая “группой поддержки Чарли”, по-прежнему хранит ему верность.

Бесспорный лидер “Семьи” в отсутствие самого Мэнсона, вовлеченная, вероятно, в планирование проводимых группой акций и арестовывавшаяся полтора десятка раз по различным поводам, от мелких краж до убийств, Пищалка лишь крайне редко признавалась виновной, и то по самым ничтожным обвинениям. Более того, не так давно она нашла поддержку не где-нибудь, а в Офисе окружного прокурора Лос-Анджелеса.

Один из молодых заместителей окружного прокурора по имени Уильям Мельчер впервые познакомился с Пищалкой, когда группа еще пикетировала угол Темпл и Бродвея. На Рождество 1970 года жена Мельчера напекла печенья для девушек-мэнсониток; так возникла и начала развиваться эта странная дружба. Прошло не слишком много времени после того, как с Пищалки было снято обвинение в стоктонском убийстве, и ее арестовали снова по подозрению в участии в вооруженном ограблении в Гранада-Хиллз. Убежденный, что полиция идет по ложному следу, Мельчер успешно доказал это следователям, и Пищалку освободили. Как заявил журналисту “Лос-Анджелес таймс” сам Мельчер, снятие с Пищалки подозрений стало “величайшим моим достижением за все три года работы общественным обвинителем”.

Заметив, что группа “испытывала заметную неприязнь по отношению к полиции и судам, я захотел доказать этим людям, что справедливость может восторжествовать и в другом смысле. Юстиция может оказаться и на их стороне". Когда-нибудь он попробует написать книгу о жизни этих девушек, добавил Мельчер. “Мне хотелось бы написать не подробный отчет о трагедиях и о насилии, на которое я вовсе не смотрю сквозь пальцы, но книгу о подлинной красоте, которую мне удалось разглядеть в этой группе, — об их неприятии войны, их искренности, их великодушии".

Судьба Чарльза Мэнсона, Чарльза Уотсона, Сьюзен Аткинс, Патриции Кренвинкль, Лесли Ван Хоутен и Роберта Бьюсолейла была решена 18 февраля 1972 года. В этот день Верховный суд штата Калифорния объявил о своем решении (принятом шестью заседателями против одного) об отмене смертной казни в штате Калифорния. Это решение было основано на статье 1 шестой главы Конституции штата, запрещающей “жестокое или необычное наказание" [211] .

Меры наказания в отношении ста семи человек, ожидавших исполнения смертного приговора в штате Калифорния, автоматически были сведены к пожизненному заключению.

Мэнсон, узнавший эту новость в Лос-Анджелесе, где он находился в качестве свидетеля защиты на процессе по делу Брюса Дэвиса, расплылся в широкой улыбке. В Калифорнии человек, приговоренный к пожизненному заключению, может просить о помиловании уже по прошествии семи лет.

К августу 1972 года последние заключенные покинули камеры смертников Калифорнии, чтобы в большинстве своем быть переведены в места общего заключения различных исправительных учреждений штата. Когда это пишется, Аткинс, Кренвинкль и Ван Хоутен остаются в специальном блоке, построенном для них в женской исправительной тюрьме во Фронтере; очень вероятно, что и они со временем будут переведены в блок с не столь строгими условиями содержания.

В психиатрическом отчете о состоянии Патриции Кренвинкль доктор Джоэл Хочман говорил, что из всех трех девушек Кэти имела наименее прочную связь с окружающей реальностью. По его мнению, если Кэти когда-либо будет разлучена с остальными двумя и с мистикой, окружавшей Мэнсона, то, возможно, и вовсе утратит эту связь, скатившись к полному психозу.

Что касается Лесли Ван Хоутен, которая из трех девушек наименее всего была привязана к Мэнсону, но, однако же, убивала по его приказу, я чувствую, что она может лишь закостенеть, стать сильнее и хитрее. Япрактически не надеюсь, что Лесли когда-либо сможет окончательно реабилитироваться.

Описывая Сьюзен Аткинс, репортер “Лос-Анджелес таймс” Дэйв Смит выразил словами то смутное ощущение, которое возникло у меня уже давно: “Наблюдая за ее поведением — то прямота, то актерство в суде; милая зверушка, играющая с кем-то в гляделки; немного не от мира сего, когда никто не обращает внимания, — я почувствовал, что однажды она просто может зайтись в истошном крике, да так никогда и не остановиться”.

Остальные осужденные убийцы из “Семьи” Мэнсона — Чарльз Уотсон, Роберт Бьюсолейл, Стив Гроган (тикКлем) и Брюс Дэвис — все находятся теперь в общих местах лишения свободы. Текс больше не строит из себя помешанного, и у него появилась девушка, которая регулярно его навещает. Бобби снискал изрядную долю общественного внимания, когда Труман Капоте взял у него интервью, вошедшее в телевизионный документальный фильм об американских тюрьмах. Вскоре после премьеры фильма ему сломали челюсть и вывихнули руку в ходе потасовки на прогулочном дворе “Сан-Квентина”. Стычка была результатом борьбы за власть в группировке “Арийское братство”, в которую вступил Бьюсолейл. “АБ”, которое, как предполагается, несет ответственность за гибель (за последние несколько лет) полутора десятков заключенных в различных исправительных учреждениях Калифорнии, стало лишь наследником нескольких более ранних группировок, включая и организацию неонацистов. Сколько человек принадлежат “Братству”, остается неясным, но в нем состоят, по меньшей мере, две сотни заключенных, и оно пропагандирует многие из принципов расовой ненависти, ранее использованных и Чарльзом Мэнсоном. Наследники былых идей.

Из всех убийц “Семьи” лишь ее лидер удостоился особого отношения к своей персоне. В октябре 1972 года Чарльза Мэнсона перевели в исправительный центр максимально строгого содержания в тюрьме “Фолсом”, в Северной Калифорнии. Описываемый как "тюрьма в тюрьме", он служит пристанищем тем "проблемным заключенным”, которые не могут быть успешно контролируемы при общих, не таких жестких условиях содержания. С переводом Мэнсон утратил не только все особые привилегии, предоставляемые ожидающим казни смертникам, но и привилегии обыкновенных заключенных. Причиной этому были названы его “враждебность и воинственность”.

“Тюрьма — мой дом, единственный дом, какой у меня когда-либо был”, — часто повторял Мэнсон. В 1967 году он упрашивал власти не освобождать его. Если бы кто-то прислушался к его предупреждению, эта книга не была бы написана, а порядка тридцати пяти или сорока человек остались бы в живых.

Доведя свою роль обвинителя до логического конца, по выражению самого Мэнсона, я просто отправил его домой. Только на сей раз этот дом не покажется ему знакомым. Перед переводом Мэнсона в “Фолсом” начальник тюрьмы “Сан-Квентин” Луис Нельсон заметил: “Было бы опасно определить парня вроде Мэнсона в тюрьму общего режима, потому что в глазах других заключенных он совершил не слишком почетное преступление. Его осудили за убийство беременной женщины, а подобные вещи не позволят человеку подняться хоть сколько-нибудь высоко в социальной структуре тюрьмы. Как не поднимется туда и кто-то, осужденный за совращение ребенка. Парням, совершившим такое, приходится туго везде, где бы они ни оказались”.

Как и в случае с Сирханом Сирханом, осужденным убийцей сенатора Роберта Кеннеди, преследующая, такого преступника слава становится худшим из его врагов. Сколько бы он ни провел в тюрьме, Мэнсону предстоит все эти годы то и дело оглядываться через плечо: он должен понимать, что любой заключенный, надеющийся поднять свою репутацию в тюремном сообществе, в любой момент может вонзить ему в спину заточку.

То, что Мэнсон, Уотсон, Бьюсолейл, Дэвис, Гроган, Аткинс, Ван Хоутен и Кревинкль уже в 1978 году смогут подать прошение о помиловании, вовсе не означает, что они его получат. Просто до этого срока прошение у них не примут. В Калифорнии средняя продолжительность заключения для убийц первой степени составляет десять с половиной лет. Тяжесть совершенных ими преступлений и полное отсутствие каких-либо смягчающих обстоятельств позволяют мне сделать прогноз о том, что все они проведут за решеткой гораздо больше времени: девушки — от пятнадцати до двадцати лет, мужчины (за исключением самого Мэнсона) — примерно столько же.