Чтение онлайн

Хоть один козырь в рукаве остался, подумал Хэн, а вслух сказал:

– По-моему, у них все получится.

В их тюрьме не предоставлялись ни прохладительные напитки, ни закуски, о чем кореллианин не преминул возвестить, добавив, что подобное гостеприимство демонстрирует, что они попали в руки существ, находящихся на низкой ступени развития. Переварив только что сказанное, он подумал, что со временем стал изъясняться, как Боллукс. Придется взять на заметку и исправиться, иначе его засмеют во всех кабаках отсюда и до Корусканта.

Горная обитель оказалась довольно-таки большим комплексом, в котором жило - по приблизительным подсчетам Боллукса - не больше сотни человек, образовывавших что-то вроде клана. Когда у дроида спросили, почему его отделили от остальных, Боллукс ответил, что может сказать только, что Избранные имеют понятие об автоматах и испытывают перед ними благоговейный ужас. Они были непреклонны в вопросе жертвоприношения, но склонились перед его требованием увидеть своих товарищей.

В подробностях жертвоприношения Боллукс не разобрался. Как раз сейчас на поверхность выносились предметы и оборудование для ритуала; жертвы будут приносить на летном поле. Конфискованного оружия Боллукс так и не нашел, но пленники решили, что пытаться бежать лучше все-таки с поверхности, чем из-под земли. Хэн тут же придумал план и поделился с остальными. В плане было много неясностей и тумана.

– Все может пойти совсем не так, как ты думаешь, - скептически заметила Хасти.

Хэн согласился.

– Худшим исходом будет алтарь, - он пожал плечами.
– Сколько у нас времени до темноты?

Хасти сверилась с хронометром: еще несколько часов. Компания решила отдохнуть. Чубакка пролаял свой ход в игре и наладился подремать, пока Хэн думает, как ему отвечать. Бадуре последовал его примеру.

Хэн сам чуть было не залаял на Чуи - понять логику игры вуки не мог даже другой вуки.

– Только потому, что нас сейчас принесут в жертву, не стоит ходить наобум, - сказал он.

Вуки оскалился в самодовольной ухмылке.

Скинкс ввязался в беседу с Боллуксом об особенностях и тонкостях диалекта Избранников. Хасти отгородилась от всех, погрузившись в невеселые размышления. Хэн решил не тревожить ее. Самому ему не сиделось на месте, хотелось вскочить и заняться хоть чем-нибудь, лишь бы втянуть их отряд в действия, чтобы отвлечь народ от грустных мыслей. Никаких действий, как назло, на ум не приходило, так что Хэн занялся тем, что больше всего не любил, - ожиданием. Ждать и догонять - хуже не придумаешь...

* * *

Звук открывающейся двери выдернул его из беспокойного сна, полного кошмаров о чужаках, развинчивающих "Тысячелетний сокол" по винтикам. Ввалившаяся разношерстная компания в карнавальных масках, вооруженная фонарями и оружием, показалась продолжением бреда. Чуть-чуть позже он был вынужден хоть и с отвращением - признать ее реальностью. Сопротивляться было бесполезно, учитывая арсенал, который добрые молодцы приволокли с собой. Хэн насчитал с десяток гарпунных ружей, несомненно, похищенных у жителей озерного поселения, древние лучеметы с увесистыми неудобными прикладами и даже подлинный антиквариат - огнемет. До этого Хэн встречал только одного человека, вооруженного огнеметом, но у того была небольшая модель, вмонтированная в наручь доспеха. Кстати, об этом человеке - не к добру он его вспомнил. Дурной знак.

Худшие опасения, тем не менее, не сбылись: дурманящего газа ребятки применять не стали. И хорошо. Хэн совсем не желал заканчивать жизнь в виде овощной закуски на праздничном столе. Кореллианин всегда недоверчиво относился к вегетарианцам.

Избранные ограничились громкими криками и тычками. Один из охранников неразумно поторопил Чубакку ударом приклада; вуки, недолго думая, продемонстрировал обидчику великолепнейшие клыки. Опережая возможные события, Хэн мертвым грузом завис на шее у напарника. Спрятаться в пустом коридоре им было негде, а участь жаркого не устраивала кореллианина в той же мере, что и судьба салата. Делать было нечего, только двигаться в предложенном направлении.

Нет худа без добра - у них появилась возможность получше рассмотреть подземный лабиринт. В первый раз экскурсия явно не удалась, поэтому Хэн с энтузиазмом крутил головой по сторонам. Коридоры были аккуратно и очень тщательно вырезаны в скале, и этим ничем не отличались от камеры, в которой они были заперты. Стены, потолки, пол - все было очень массивным. Обогревался комплекс, похоже, термальными батареями, но аппаратуры для поддержания влажности и вентиляционных отверстий Хэн не заметил, хотя мог поставить на кон "Сокол", что они здесь имеются. Все говорило за то, что потрудился здесь кто-то иной, чьи знания давно покрылись вековой пылью, а нынешние обитатели просто поддерживают комплекс в работающем состоянии, не понимая собственных действий.

Впервые за пребывание здесь Хэн увидел Избранного, чья голова не была закрыта ни шлемом, ни маской. Приятное разнообразие. Человек, несомненно человек, даже не гуманоид, а просто человек, обычный, если не обращать внимания на врожденные дефекты и их количество.

Пленников провели мимо гидропонных оранжерей. Здесь было даже жарко. Интересно, а чем эти господа пользуются в качестве источника энергии? В голову лезли мысли, никак не вязавшиеся с патетичностью момента. Последней - об атомном реакторе - он поделился с Бадуре.

– Регресс, - согласился Солдат.
– Может быть, базу построили древние колонисты или заблудившиеся исследователи?

– Но ваше предположение не объясняет беспричинное уклонение от контакта с прочими обитателями Деллалта, - подхватил Скинкс.
– Все это время им пришлось бы принимать хитроумные меры предосторожности. Даже в таком запустении...

Один из Избранных замахнулся на него оружием - жест, едва ли имеющий какое другое значение, кроме как пожелание заткнуться, - и руурианин послушно умолк. Хэн тоже прикусил язык; на всякий случай. Боллукс был прав. Слишком просторно. Здесь должно быть больше проживающих, чем есть. В некоторых боковых ответвлениях центрального коридора света не было вообще, оттуда тянуло сыростью и нездоровой прохладой. Нынешние обитатели экономили энергию.

Потом они прошли мимо помещения, из которого раздавались странные заунывные вопли. Хэн долго выбирал между шансом получить все-таки прикладом по голове или между лопаток и неуемным кореллианским любопытством. Победило, естественно, любопытство, и он сунулся в дверной проем.

Разноцветные вспышки выхватывали из мрака куски реальности, составляя их в причудливый орнамент. Кто-то выл на незнакомом языке, по ритмике вторя вспышкам... Но тут Хэна все-таки поторопили тычком в ребра. Ка-ак интересно, думал он, прибавляя шаг. Гипноимпритинг! Грубая версия, но если начать обработку в достаточно раннем возрасте, то будет работать. Бедные ребятишки...

А потом вдруг оказалось, что и запутанные коридоры комплекса не бесконечны. В лицо подуло морозным ветерком, дыхание замерзло и повисло облачком в воздухе.

Ночью поддельная посадочная площадка выглядела совершенно иначе. Ничего поддельного в ней не осталось. Подходящая сцена для варварской церемонии. В черном небе ярко сияли холодные звезды и две луны Деллалта. Факелы и фонари освещали плато, отблески танцевали на обшивках "космических кораблей". На краю поля появилась металлическая клетка странной формы. Хэн прикинул: дверца запиралась так ловко, что изнутри не открыть. Рядом с клеткой стояло нечто совсем несусветное - большой, выше Хэна, металлический диск, испещренный незнакомыми письменами. Впрочем, возможно, это были рисунки. Сплошные каракули, загогулины и точки.