Хендрикс
Шрифт:
Мою руку покалывает от прикосновения, но я мысленно отталкиваю это. То, что мы оставляем все позади, не означает, что я могу испытывать к нему чувства. Это единственная вещь, которая не является вариантом.
— Ты идешь? — спрашивает он у двери, отрывая меня от моих мыслей.
Я отпускаю напряжение и улыбаюсь. — Не пропустила бы это.
***
Это место переполнено семьями, и я, честно говоря, удивлена, что Колби выбрал для посещения такое общественное кафе-мороженое. Но он говорит, что это лучшее в городе, так что я ему верю. Конечно, есть несколько человек, которые просят у него автограф, но по большей части мы остаемся одни.
— Ты был прав, — говорит Бренна с набитым ртом. — Это лучшее мороженое, которое я когда-либо пробовала в своей жизни.
Он хихикает и протягивает ей салфетку, чтобы вытереть лицо. — Твоя жизнь длилась всего пять лет. Я не уверен, насколько правдоподобно это заявление.
— Она съела много мороженого, — уверяю я его. — Поверь мне, это заслуживает доверия.
Я встаю из-за стола и направляюсь к мусорному ведру, чтобы выбросить свою миску, когда кто-то проносится мимо меня. Я отшатываюсь назад и, прежде чем успеваю остановиться, падаю прямо на колени Колби. К счастью, он ловит меня и мою миску, но я замираю, как только замечаю, как близко мы находимся.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
Прямо сейчас? Ни капельки. — Д-да.
Мы двое смотрим друг на друга, и уголок его рта приподнимается, показывая ямочку. — Ты собираешься встать или тебе удобно?
— Черт, извини.
Я спрыгиваю с его колен и возвращаюсь на свою сторону стола. Бренна хихикает, и я понимаю, что так и не выбросила свою чашку. К черту это. Я сделаю это позже.
***
Я достаю все ингредиенты для брауни, когда открывается дверь и вбегает Мэдди. Это застает меня врасплох, потому что я знаю, что она сейчас должна быть на работе. Мне тоже следовало бы быть там, но я позвонила и решила вместо этого провести день с Бренной.
— Тетя Мэдди! — радостно восклицает она.
Взяв Бренну на руки, Мэдди крепко ее обнимает. — Я скучала по тебе, маленькая негодяйка.
Бренна ухмыляется. — У меня было две ночевки в доме Вонючих штанов.
— Вонючие штаны?
Я отмахиваюсь от этого. — Это то, как она называет Колби. Не спрашивай.
Моя лучшая подруга хихикает. — Лааадно.
— Бренна, почему бы тебе не пойти переодеться во что-нибудь менее красивое, и я позволю тебе разбить яйца.
Она сияет, поскольку я обычно не позволяю ей этого делать – это слишком грязно, – но прямо сейчас она могла бы вытянуть из меня все, что угодно. Как только она уходит, я поворачиваюсь к Мэдди.
— Разве ты не должна быть на работе?
Ее единственная бровь приподнимается. — Разве ты не должны быть помолвлена?
Доставая пару яиц из коробки, я хихикаю. — Да? Спасибо тебе за обновленную информацию о статусе моих отношений.
Она достает журнал из сумочки и бросает его на стойку передо мной. Спереди и в центре обложки - фотография Колби и меня. Мы сидим возле кафе-мороженого, и я крепко посажена у него на коленях. Все это длилось несколько секунд, но этот снимок был сделан в совершенно неподходящее время.
Хендрикс, наконец, нашел «Ту Единственную»?
Заголовок смотрит на меня, и у меня скручивает живот.
— Инсайдер рассказал нам все о таинственной девушке Колби и ее очаровательной дочери, — читает она вслух. — Что это, блядь, такое?
Я беру его в руки и качаю головой. — Это не то, на что похоже. Я упала, и он поймал меня. Я встала после. Это была не такая уж большая вещь.
Она бросает на меня неуверенный взгляд. — Тебе лучше надеяться, что Тофер в это поверит.
Бред. Он ни за что не прислушается ни к одному моему слову об этом, не говоря уже о том, чтобы поверить мне. Картинка выглядит плохо, а статья к ней выглядит еще хуже.
— Я готова, мамочка! — Взволнованно говорит Бренна.
Я делаю глубокий вдох и сосредотачиваю все свое внимание на моей дочери. — Отлично, милая. Давай помоем тебе руки.
Всему остальному придется подождать.
***
Уже половина второго ночи, когда Тофер наконец возвращается домой. Не нужно быть специалистом по ракетостроению, чтобы понять, что он выпивал. Он входит в дверь, не так громко, как прошлой ночью, но и не намного тише. Однако, в ту секунду, когда я иду поговорить с ним, я уже вижу это – журнал, крепко зажатый в его кулаке.
— Тофер, — тихо прошу я, стараясь не разбудить Бренну. — Это не то, на что похоже.
Он издевается. — Нет? На что, черт возьми, это похоже, Сейдж? — Он кидает в меня журналом. — Потому что для меня это выглядит так, будто ты трахалась с Хендриксом за моей гребаной спиной.
Я отступаю с каждым шагом, который он делает ко мне, но он не останавливается, и мне больше некуда идти.
— Я этого не делала. Я клянусь.
— Итак, теперь ты собираешься лгать мне в лицо? — он рычит, его кулак крепко сжат. — Пошла ты.
Первый удар - это колено в мой живот. Второй - удар кулаком в лицо. Я ничего не могу сделать, чтобы остановить его, и решаю попытаться закрыть свое лицо. Я стараюсь не кричать, потому что, если Бренна спустится, пока он в таком гневе, кто знает, что он с ней сделает. Это не то, чем я готова рисковать.
Я не уверена, когда прекратится избиение, но, когда это наконец происходит, я представляю собой окровавленное месиво на полу. Тофер плюет на меня и уходит.
— Может быть, в следующий раз ты подумаешь, прежде чем быть такой шлюхой.
Я прячу свои рыдания за рукавом, вздрагивая при каждом вдохе. Жгучая боль по всему телу, а металлический привкус во рту говорит о том, что у меня рассечена губа. Я не двигаюсь, пока не слышу, как Тофер поднимается наверх и закрывает дверь нашей спальни. Как только путь свободен, я преодолеваю боль и встаю, заглушая свой крик жестокой агонии.
Что я собираюсь делать?
***
Лежа на диване, я наблюдаю, как солнце начинает пробиваться сквозь окна. Я не знаю, сколько времени прошло. Все, что я знаю, это то, что мне не удалось поспать ни секунды. Может быть, это потому, что я боялась, что Тофер спустится и закончит работу, которую он начал. Может быть, я боялась, что следом он набросится на Бренну. Какова бы ни была причина, я все еще не чувствую усталости.
Я на цыпочках поднимаюсь наверх и прокрадываюсь в ванную, чтобы взять свою косметичку. Когда я выхожу оттуда, не разбудив Тофера, я иду в ванную на первом этаже и принимаюсь за то, чтобы замазать синяки и сделать себя немного менее похожей на потерпевшую крушение.
Я как раз заканчиваю, когда Бренна спускается вниз. Она выглядит очаровательно в своей ночной рубашке, когда трет кулаком глаз.
— Мамочка, можно нам блинчиков?
Я заставляю себя улыбнуться и надеюсь, что она не видит меня насквозь. — Конечно, принцесса.