Чтение онлайн

– Что случилось?

– Пожалуйста, занеси ее в свою гримерку, – схватил телефон Матвей – Алло, скорая. Девушка 25 лет, без сознания, возможно сердце. Театр f-y. Быстрее!

– Кто эта девушка? – пытался выяснить Роман, укладывая меня на диван.

– Музыкант из перехода – нервничал Матвей.

– Ты в своем репертуаре, мы теперь уже бомжей собираем в переходе – Роман чувствовал легкое чувство отвращение к моему бездыханному телу.

– Она играет возле Большого театра и к тому же твоя большая поклонница. Где эта скорая?

– Поклонница. Это все меняет.

Роман выскочил из гримерки, он чуть с ног не сбил свою партнершу по сцене.

– Что случилось? – окликнула Настя.

– Как обычно ничего.

Настя покачала головой и пошла дальше по своим делам, чтобы не привлекать внимания. Матвея она откровенно боялась, если режиссер сегодня не в духе, то на глаза ему лучше не попадаться.

Врач и медсестра вышли из гримерки. Матвей перепуганный ждал их вердикта.

– Будет жить ваша артистка. Алкогольное отравление, желудок промыли. Постельный режим, здоровое питание, исключение алкоголя я так понимаю невозможно. Хотя бы пить научите вы же режиссер, – врач протянул рецепт.

– Она не моя актриса, она музыкант – разглядывал Матвей список – я вас провожу.

– Тогда странно, что пить не умеет…– посмеялся врач.

Матвей сидел возле дивана, где спала я. Матвей думал о том, что его привлекает в той истории. Он смотрел в одну точку и задавал себе один и тот же вопрос: «Я влюбился?». Ему всегда казалась, что все под его личным контролем: чувства, эмоции, желания.

– Где я? – пыталась я оглядеться.

– Ты у меня в театре?

– А это опять ты?

– Да, – улыбнулся Матвей – скорая тебя привела в чувства и запретила пить. Не стоит так убиваться из-за того, чего никогда не существовало.

– Ты просто меня не понимаешь, ты никогда так не любил никого.

Матвей подал стакан с лекарством, я ему безмолвно подчинилась, потому что было действительно плохо, и я знала, что хуже уже не станет.

– Я так любил. Что твои страдания, это просто легкое увлечение. Правда любил я 7 раз в своей жизни, а потом мне надоело страдать, да и паспорт менять постоянно надоело.

–Ты 7 раз был женат?

– Да и каждый раз удачно.

Я попыталась встать кровь прилила к мозгу и голова закружилась, я чуть снова не упала. Наблюдая эту картину Матвей принял решение, что не оставит сегодня меня одну и сам отвезет домой.

Мы сели в автомобиль, Матвей посмотрел на меня, слегка улыбаясь, завел двигатель.

В моей комнате на Арбате творился художественный беспорядок, я без сил рухнула в кровать, которая стояла посреди комнаты среди картин.

– Я не знал, что ты живешь в мастерской, – оглядывался Матвей – а есть кухня?

– Дверь перед тобой, ванная налево, – и я отключилась.

Я проснулась, в окне уже было почти темно, на кухне горел свет и там кто-то хозяйничал. Я зашла на кухню, сидел Матвей пил кофе и в наушниках читал мою книгу. Я слегка его коснулась.

– Проснулась, отлично, книжка интересная, возьму? – вскочил Матвей, уступая место мне, я села на противоположный стул. Он из кастрюли налил в тарелку горячий куриный бульон, – это моя личная разработка от депрессии и похмелья.

– Ты готовить умеешь?

– Конечно. Я много чего умею, но не хочу этого делать, поэтому скрываю. И ты никому не рассказывай.

Я слегка попыталась съесть бульон, но организм сопротивлялся, я снова почувствовала тошноту и прилегла на кровать. Матвей озадаченный моим состоянием, сел на кровать, накрыл меня одеялом и погладил по голове.

– Можно я останусь? – спросил он.

Я пожала вопросительно плечами и произнесла.

– А секс будет?

– Будет! Как выздоровеешь.

Матвей лег рядом и слегка поцеловал меня в губы. Мы заснули до самого утра.

Утром я открыла глаза от вибрации звонящего телефона, солнце озаряло комнату. Рядом лежал Матвей, обняв меня. Я не стала двигаться и, положив руки себе под щеку, смотрела, как он спит. Словно почувствовав мой взгляд, открыл глаза. В моем взгляде был добрый вопрос «Что ты делаешь?»

– Прости, ночью я замерз и не стал искать второе одеяло. О, Господи 10 часов. Мне нужно быть в театре еще час назад.

– Как 10? – вскочила я, вспомнив, что мне надо к 11 часам быть Арбате с моими картинами.

За кулисами была суета, актёры готовились к спектаклю, в гримерную к режиссёру вбежал Роман. Это ведущий актёр театра, настоящая звезда. Рома был ростом 190 см, ему было 34 года, спортивный, отлично сложен и образован, но успехом у женщин не пользовался. Роману тоже было не интересно с женщинами. Его сердце давно украл его режиссер Матвей. Да, я знаю нашей стране запрещено жить счастливо – это прописано на законодательном уровне. Но если есть закон, есть и нарушители.

– Мария, пьяная! Там.. у нас нет главной героини. – волновался Роман, шокированный ситуацией.

– Да, что это такое? – повышал голос Матвей.

– Где ты был прошлую ночь? – не выдержал Роман.

– Ты сейчас это хотел обсудить?

Матвей ворвался в гримерную.

– Ты че напилась? Дура?

– Я вас люблю, а вы меня нет. И в театре я твоём играть больше не собираюсь.

– Нет, я не понял. Ты что сидишь? Слова забыла? Иди на сцену и играй трезвую актрису. – Матвей ее тряс, надеясь, что она протрезвеет.

Я больше тут не работаю..

– Больше и не надо. Настя, ты помнишь слова?– Матвей указал на Марию и произнес,– сделай так, чтобы я ее больше тут не видел.

Я после спектакля сидела на лавочке возле театра, Матвей оставил свои часы у меня дома в спешке, хотела ему отдать. Еще больше хотела его снова увидеть, мое сердце билось все сильнее и сильнее предвкушая новую встречу.

– Ты тут? – выскочил частично отмытый от грима Матвей.

– Я принесла часы, – ответила я.

– Проходи!

Все кто был во дворе театра, обернулись и смотрели на него как завороженные. Он схватил меня за руку и просто затащил в театр.

– Ты еще пьёшь? – спросил он – у меня был очень трудный день, вызывай такси на Пресненскую набережную. Мы едем ко мне домой.