Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Хейтер из рода Стужевых. Том 4
Шрифт:

— Какое общее благо? — вспыхнула она, игнорируя всё остальное, неудобное для неё. — Мы не близки! Мы никогда близки не были! Я всегда тебя ненавидела! Выскочку, ни на что не годного, который получил все просто из-за стручка между ног! — она выпалила это на одном дыхании, и в ее голосе звенела заученная, вбитая годами фраза. — Когда я куда более одарённый и способный кандидат!

Я был поражен. Не злостью, а какой-то глупой, детской жалостью. В Тамбове, подальше от матери, она начала проявлять признаки разума, самостоятельности. А здесь, словно ватный тампон, впитала всю отраву обратно.

— Я думал, ты поумнела, — сказал я тихо, почти с сожалением. — Начала, наконец, думать своей головой. Ан нет. Вернулась в клетку — и снова превратилась в попугая, повторяющего за хозяйкой.

Она ничего не ответила, лишь губы ее побелели. В этот момент дверь распахнулась. В комнату ворвалась, словно вихрь, Елизавета. Ее лицо пылало праведным гневом.

— Ты что делаешь в комнате Марии? Как ты смеешь её обижать? — голос женщины был лезвием, заточенным на меня. — Я всё главе рода расскажу!

Мария тут же прижала руки к груди, изображая испуганную жертву, и кивнула матери. Дуэт был отрепетированным.

— Пожалуйста, жалуйтесь, — я развёл руками. Мой сарказм сочился, не скрываясь. Гордо и вызывающе. — Батюшка так ждёт семейных склок за ближайшим обедом. Уверен, его это очень впечатлит и порадует.

Елизавета фыркнула, подходя ближе. Ее ненависть была осязаемой, густой и сладковатой, она лилась в меня неиссякаемым потоком. Их гнев… Он был таким чистым, таким глупым. И таким полезным.

— Не задирай нос, мальчишка. Ты здесь никто, или забыл своё место? Слабак, который отсиживался в провинции, пока мы здесь держали всё на своих плечах. Я тебя на место поставлю.

— Слабак? — я повторил, и моя улыбка стала уже не саркастичной, а опасной. — Интересно.

Она, не сдержавшись, сделала резкий пасс рукой. В воздухе повеяло ледяным сквозняком, и знакомый, душащий холод, который раньше заставлял меня задыхаться, сжался передо мной в почти осязаемый сгусток. Раньше я это проявление не видел, но сейчас стал куда сильнее. Третья звезда неофита давала о себе знать.

Вспомнились тренировки с «волкодавами», их удары, ломающие ребра. Выпад Елизаветы казался детской забавой в сравнении с тем, что мне довелось пережить. Мастер первой звезды? Я дрался против мастера третьей — Холодова. Почти на равных, если с артефактами. И он военный, в отличии от этой женщины, которая кроме дуэлей неизвестно какого качества, ничего не видела. Только и могла, что простолюдинов и слуг травить.

А ещё — меня не пугали магистры! Я дрался с ними бесстрашно, будто и нет той пропасти в силе между нами. Конечно, Плетнёв и Яровой сдерживались, не били на поражение, но и мачеха не посмеет меня убить. Или покалечить так, что зелье базовое не подействует.

Потому я даже не пошевелился. Просто позволил внутреннему огню, подпитанному её же яростью, пульсировать чуть ярче. Невидимый барьер из нагретого воздуха встал между нами. Ледяное жало, шипя, ударилось о него и рассыпалось в мелкую изморозь, осевшую на ковер. Всё же хватило наглости пульнуть в меня микрососулькой.

Елизавета отшатнулась, ее глаза округлились от шока. Она не ожидала этого. Никогда прежде я не проявлял при ней магии. Неужели сестра ничего не рассказывала тоже? Или она слушать не захотела?

— Фокус… — прошипела она, но уверенности в голосе уже не было.

— Да, фокус, — легко согласился я. — Как и всё в этом доме. Сплошной театр. Играйте дальше. А мне нужно идти.

Я вышел из комнаты, оставив их в ошеломлённом молчании. Горький привкус разочарования в Марии смешивался с холодным удовлетворением. Да, сестра потеряна. Но её гнев, гнев мачехи, общая ядовитая атмосфера этого «логова»… Это не слабость, это ресурс. И я буду им пользоваться лучше, чем они — своими интригами.

* * *

Воздух в тренировочном зале был прохладным и сухим, пахнущим каменной пылью и озоном заклинаний, которые въелись в кладку. Светильники, вмурованные в стены, отбрасывали резкие тени на матовое покрытие пола, поглощающее удары.

Мы стояли с Марией в противоположных концах квадрата, обозначенного на полу. Между нами, на небольшом возвышении, в кресле, словно на троне, сидел отец. Его лицо было бесстрастной маской, но в глазах горел холодный, оценивающий интерес.

Мачеха инициировала проверку и так же стояла рядом с отцом. Сама королева — гордая, холодная. С ухмылкой, полной превосходства.

Мария смотрела на меня с той самой, знакомой ненавистью, которая лишь подернулась тонким слоем спортивного азарта. Её пальцы сжались, и вокруг неё воздух замерзал, закручиваясь в мелкую, колкую крупу. Снежинки оседали инеем на её ресницах. Жаждет реванша? Она его получит.

— Начали, — раздался ровный голос отца.

Сестра атаковала первой, без разведки. Резкий взмах рукой — и три острых, как шило, сосульки, вылетели из сгустившегося холода, пронзая воздух с тихим свистом. Холодный клин, знакомый и предсказуемый.

Я даже не сдвинулся с места. Просто поднял ладонь. Передо мной вспыхнула не стена огня, а тонкий, почти невидимый щит из перегретого воздуха. Сосульки, долетев до него, не раскололись и не растаяли. Они испарились. С шипящим звуком, оставив в воздухе лишь клочья пара.

На лице Марии мелькнуло недоумение. Она не ожидала такого простого и полного парирования. Её гнев питал меня, так что я мог не экономить на манозатратах. И да, артефактов на мне сейчас не было, как и на ней.

— Не стесняйся, сестра, — сказал я спокойно, делая шаг вперед. — Покажи, чему новому ты научилась.

Она вскрикнула от ярости и вскинула обе руки. Температура в зале рухнула. Со стен пополз иней, с потолка посыпалась настоящая метель, слепящая и режущая лицо. Вихрь снега и льда обрушился на меня, пытаясь задуть, заморозить, похоронить в сугробе. Это была уже серьёзная атака. Как тогда, на заднем дворе. Даже интересно, не сорвётся ли она, как в тот раз, попытавшись меня убить?

И я перестал сдерживаться.

Не стал прорывать метель. Я её сжёг. Просто развел руки в стороны, позволив внутреннему пламени вырваться наружу. Не бешеной струёй, а волной. Ширящимся, тихим кольцом жара, которое пошло от меня во все стороны.

Поделиться с друзьями: