Чтение онлайн

Девушки рассмеялись, последствия ночи наконец отпустили. Они в очередной раз выпутались из скверной истории без потерь. Туфли не в счет, уже сегодня Марго купит себе новые.

Водитель такси долго молчал, прислушиваясь к незнакомой речи. Таец пожилой, привык по утрам развозить загулявшую молодежь. Он что-то тихо произнёс, Женька зацепилась с ним языками.

– Полиглот ты наш, – заразительно зевнула блондинка. – Чего говорит?

– Кто их разберёт? – легкомысленно отмахнулась Женька. – Набор слов какой-то. Половина непонятно, половина не понять, к чему. Коротко: священные драконы, гнездо Доу. Любит золото и женщин. Притон какой-то, наверное. А есть еще гнездо Сакда, но он в другой части города.

– Фу ты, бред какой, – закатила глаза Маргоша.

– А меня что-то укачало, – пожаловалась Витка и высунула голову в окно, чтобы глотнуть свежего воздуха.

– Это тебя с похмелюги, – с высоты своей внезапной устойчивости к алкоголю заявила Самохвал. – Пара глотков сухенького, и попустит. Девочки, сегодня продолжаем захватывающий триллер под названием «Забыть всё». Серия под названием «Промотать оставшееся, чтобы начать с чистого листа». С новой татухой рванем на ту часть города, где гнездо… Как его там?

– Сакда, – напомнила Женька, а пожилой таец при упоминании имени продолжил свою путанную речь.

Маргоша слушала его со снисходительным вниманием и одновременно ощупывала подсохший топик.

– Чего говорит?

Женька пожала плечами.

– Сеструха, я половину не понимаю. Но что-то типа того, что драконы любят золото и женщин. С собой всегда носить что-нибудь из золота. Им можно отвлечь дракона. Местный фольклор и темные суеверия.

– Ага, так мы и повелись. Мы с собой носим Джинджер. КМС по вольной борьбе.

– Юношеский разряд, – поправила Женька.

– А я все-таки надену Бабушкины сережки, – робко заметила Витка. – Мало ли.

– Витольд, подбери слюни, – смеялась Маргоша. – Сама слышала, золото и женщин. Ты в полной безопасности, можешь не переживать. От женщины в тебе только месячные, а бабкиными фианитами ты к себе даже дракона не подманишь.

Виталина Андреевна Савичева работала много и с полной самоотдачей. По образованию фармацевт, по воспитанию дачница, а по призванию волонтер. Когда выбирала, куда после школы пойти учиться, дед с бабкой болели, им требовалась помощь и лекарства, девушка посчитала правильным, таким образом помочь. А когда близкие люди покинули этот мир, Витка осталась одна с дачей и помидорами на руках.

Дух волонтерства не угас, она работала в аптеке, по выходным продергивала морковку, волонтерствовала в приютах для животных и стариков. В городе жила у Марго, в огромной квартире в районе Пролетарской.

Квартира досталась Машке не от родителей. Отец умер от сердечного приступа, мать по зрелом размышлении дом за городом продала, вышла замуж за молодого турка и укатила на Средиземное море. Марго к тому моменту была уже самостоятельной и заводила правильные знакомства. Квартира осталась от щедрого благодетеля, который ее не подарил, а оставил в вечное пользование. Маргоша по этому поводу не убивалась, бог дал, бог взял. Будет новый ухажер, буден новая квартира, если отсюда погонят. А Витка и Женька проживали у нее постоянно.

У Евгении Баюновны Смородиной пять братьев, четверо из которых старшие. Все дети от разных отцов. Женькина мать женщина красивая и при этом своеобразная, напрасно замуж не спешила, рожала детей от мужчин обеспеченных, тем и жила счастливо, не оставляя попыток завести седьмого дотационного ребенка.

– Баюн это кто? – смеялась как-то Маргоша.

– Кот Баюн, сказочный персонаж, – отшучивалась Женька.

Отцом Женьки числился некий австралийский прощелыга-золотоискатель с труднопроизносимыми именем и фамилией, которого Маман подцепила где-то в индокитайском регионе. Отец был дяденькой взрослым, аж восьмидесяти лет от роду. Женька и по этому поводу зло шутила. Хватило же здоровья старикану в таком возрасте заделать ребенка.

Она видела его всего раз в жизни. Ей было десять лет, когда австралийский «мачо» прибыл на погостить. Воспоминания остались обрывочные. Старая рухлядь зажал ее в коридоре, облапил, называл Дженифер, да еще цепочку золотую с крестиком спер. Тот еще золотоискатель. Маман рассчитывала на хорошее наследство, но то ли австралийские законы не позволили, то ли австралийские родственники оказались проворнее, в итоге дочка не окупилась, пустая трата времени и расходы на роддом.

Женька работала аспиранткой в Горном институте, подрабатывала сутки через трое в охране, а в свободное время занималась спортом, числилась в баскетбольной команде института, терлась в боксерском клубе, пробовалась в смешанных единоборствах и посещала все спортивные соревнования, которые успевала застать.

– Горный институт это наследственное? Потомственная золотая лихорадка не отпускает?

– Братуха у меня там работал, – отвечала Женька. – Леха. В секции хоккея с ним закорешились. Он про меня тренерам насвистел, меня на бюджетный протолкнули.

У Женьки знакомые по всему городу, братухи и сеструхи повсюду, учитывая ее плодовитость по части спорта. С кем-то пересеклась на секциях, с кем-то познакомилась на соревнованиях, о ком-то слышала так, что при встрече запросто завяжет разговор и вспомнит всю биографию. Она и в охрану попала по знакомству. Причем в элитную, инкассация.

Мария Андреевна Самохвал по образованию финансист, но не работала ни дня, а поддержание красоты на должном уровне считает работой. И может быть она права, это тяжелая работа, если учесть все травмы после операций и потраченное время в салонах красоты и тренажерных залах.

По возвращении из Таиланда жизнь вернулась в свою колею, над картой мира они планировали новое путешествие в случае очередного кавалера, когда с Маргошей начали происходить заслуживающие внимания перемены. Девушка буквально лучилась красотой и здоровьем, мужики толпами оборачивались во след и спотыкались на ровном месте. Ела мало, без аппетита, от чего похудела, достигла совершенной талии и линии бёдер.

Странности начали происходить почти сразу. С визгом Маргоша выскочила из ванной и покрутилась у всех зеркал.

– Евгенчик, у меня проблема, – озабоченно сообщила она.

– А именно?

Женька за завтраком жевала отварную курицу и пролистывала спортивные каналы в поисках свежих новостей. Это непременный атрибут каждого утра, день прожит зря, если Женька не узнает, как прошли соревнования саночников, кубка мира по биатлону, чемпионата по хоккею. Раз в два года ее вообще не стоит трогать, олимпиада и чемпионат мира по футболу требовали отпускных дней и ангажирование телевизора на полные две недели, а то и месяц.

– У меня силикон рассосался.

– Да ладно. Где?

– В груди. Нет, ты пощупай, – заслонила она телек, распахнула халат и выдвинула на передний план женское богатство.

– Мм… – прощупала Женька сальными руками. – С виду все в норме.

– С виду? – взвизгнула Марго. – А силикон куда делся?

– Может под солнцем подтаял? – изгибалась Женька на финал кубка парусного спорта. – Противопоказания читала?

Конечно, нет. Кто читает противопоказания? Явно не Маргоша Самохвал.