Чтение онлайн

И пошли они, «солнцем палимые», по своему обыкновению, «валять дурака», и так же привычно, как обычно, «бить баклуши».

В отличие от Вашего ребенка, которому эти занятия уже перестали быть интересными.

Как оказалось.

Потому что с ним произошло Чудо.

Дивное.

К нему пришло увлечение!

И стал он теперь тем, кого смело можно назвать: «Homo Aduncum» – «Человек Увлеченный».

Станет ли это его увлечение Увлечением на всю оставшуюся жизнь?

Не факт.

На протяжении жизни Человека его увлечения могут преобразовываться из одного в другое, могут сменять друг друга.

И – «Да будет так!» («Let it Be!»), – как утверждается в широко известной песне не менее известной «ливерпульской четверки».

Приходя и уходя, изменяясь и сменяя друг друга, увлечения оставляют по себе не только и не столько ностальгическую память о приходящем и уходящем, сколько – главное! – неугасимое состояние увлеченности, – «закономерно затухающей и закономерно разгорающейся вновь» (словосочетание, взятое в кавычки, заимствовано у Гераклита Эфесского Темного, первым его применившего, хотя и по совсем другому поводу).

Откроется ли в этом увлечении то, что принято называть Призванием?

Совершенно не обязательно.

Обязательно лишь состояние увлеченности, без которого не пробьет человек свой собственный тоннель – сквозь громадину-гору всего наносного, не-необходимого, второ-третье-n-степенного – и к открытию своего Подлинного Призвания, и к раскрытию своей собственной Творческой Сущности.

То есть, это состояние является условием необходимым, хотя и не достаточным для такого рода открытия-раскрытия.

Ведь увлечения же бывают разные: и прекрасные, и безобразные.

И наинизменнейшие, и наивозвышеннейшие.

Начиная от азартных игр, и до…

А вот «до»-то, как раз, и нет.

Как нет пределов полету ни человеческой мысли, ни человеческой фантазии.

Горе зациклившимся на примитивном!

И обделившим тем самым себя во всем, что примитивным не есть.

И для «дитяти» – горе горемычное, и для всех, его окружающих, тоже.

Дабы избежать сего горя, требуется всего-то ничего: предложить нечто, более интересное и увлекательное, нежели примитивное.

Что это будет?

Заранее не знает никто.

Ни родители своего ребенка, ни он сам.

Пока не попробует.

Как говорится:

– Вы играете на саксофоне (ксилофоне, граммофоне, и т. п.)?

– Не знаю, не пробовал.

Пусть попробует.

Может быть, понравится.

Не понравится – предлагайте другое.

Чем шире диапазон предложений, тем больше шансов, что среди них найдется созвучное с его призванием.

Вступающее с ним в резонанс.

Не предлагайте лишь несовместимого.

Ни с природой, ни с сущностью Человека – разумного и добродеятельного.

По его определению и по его предназначению в этом Мире.

И несопоставимого с анатомо-морфологическими и психомоторными особенностями Вашего ребенка ему не предлагайте.

Например, если он/она достаточно рослый/рослая по отношению к своим сверстниками, не пытайтесь его/ее приобщить к занятиям в секции спортивной гимнастики или акробатики, или – прыжков на лыжах с трамплина.

И – наоборот.

Если Ваш ребенок маленького роста, то не стоит стремиться его увлечь занятиями баскетболом: по большому счету толку не будет никакого, а поводов для серьезных огорчений появится в избытке.

Тут мы с Вами не изобретаем никакого велосипеда, давно уже изобретенного до нас и без нас.

Но – и для нас.

Мы лишь фиксируем этот «велосипед» в своем сознании и «примеряем» его к Вашему ребенку.

Удачно подобранный велосипед – как в прямом, так и в переносном смысле этого слова – дает два удовольствия в одном: и удовольствие, и пользу.

Такую, что от нее тоже получается удовольствие.

Пусть не сразу.

Пусть через пот и слезы.

Ведь от слез неудачи до слез радости – всего один шаг.

Правда, это очень длительный и решительный шаг.

От пессимизма – к оптимизму.

Помогайте Вашему ребенку учиться оптимизму.

Ведь оптимизм, – как любил говаривать сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль, – есть движение от неудачи к неудаче без потери энтузиазма.

Помогайте, но не злоупотребляйте.

Ни своей помощью, ни достигнутым оптимизмом Вашего ребенка.

Не эксплуатируйте оптимизм ребенка.

Не вселяйте в него убеждение в его исключительности.

И сами себя не обольщайте на сей счет.

Да, Ваш ребенок своеобразный.

Да, он неповторимый.

Да, он единственный в своем роде.

Если хотите – уникальный.

Но – не исключительный.

Ведь каждый без исключения ребенок и своеобразный, и – неповторимый, и – единственный в своем роде (уникальный).

Но: ни один – не исключительный.

Сформированное – в значительной мере «благодаря» именно Вашим усилиям – представление Вашего ребенка о его исключительности вполне может обернуться жестоким разочарованием и глубокой депрессией.

Именно так и происходит практически со всеми так называемыми вундеркиндами.

«Вундеркиндство» сродни наркотику: «подсев» на него, однажды «подсаженный» постоянно востребует все новых и новых доз, без получения которых у него начинаются «ломки».

Причем как с кавычками, так и без: ломка характера; ломка настроения; ломка мироощущения, мировосприятия, миропредставления.

Мир из неисчерпаемого источника «радости, добра и красоты» (см.: Эвальд Васильевич Ильенков, «Философия и культура») становится для все более и более бывшего «вундеркинда» неблаговидной и неблагодарной средой мучительного обитания в ней.

Мир не оправдывает ожидания псевдоисключительного человека, и такой человек начинает «создавать» иллюзорный мир, который нравится ему самому больше реального.