Чтение онлайн

Свенсон вынул из кармана платок, чтобы защитить руку. Доктор указал на один из томов на полке с мягкой обивкой и посмотрел на ассистентов.

– Этот том недавно принесла графиня, прошу прощения, Дева Люцифера?

Ассистенты кивнули. Свенсон указал на другую книгу, стоявшую рядом. Несмотря на явное неодобрение, ассистенты не помешали взять ее. Он осторожно извлек вторую книгу из ячейки, обернув руку платком, чтобы не прикасаться к стеклу.

– Я хочу вот это.

– И что же там? – фыркнула графиня. – Утраченная любовь?

– Это мое дело, мадам.

– У вас всё?

– Нет. Безопасный проход, скажем, на судно, плывущее на восток, и достаточная сумма денег. Поскольку вы уже почти – леди Вандаарифф, я не сомневаюсь, что это в вашей власти. – Он отвернулся от нее и требовательно обратился к ассистентам: – Ртутный сплав готов?

Они помедлили. Доктор спросил тех, кто занимался Чанем:

– Ртутный сплав для книги! Он был изготовлен? – потом повернулся к ассистенту, пытавшемуся извлечь книгу графини с полки. Тот пытался защитить руки, обернув их подолом тонкой шелковой мантии. – Бога ради, не вашей мантией! Отойдите! – Доктор засунул свою книгу под мышку и использовал платок, чтобы взять книгу, куда была заключена память графа. К нему шагнул ассистент в перчатках, чтобы помочь, но Свенсон, не обращая внимания, подошел к столу Чаня. – Где ртуть?

– Будьте осторожны! – крикнула графиня.

– Внутренняя поверхность камеры уже обработана, – объяснил ассистент, указывая на гнездо для книги под столом Чаня. – Напыление из сплава стекла…

– Я должен осмотреть…

– Мы выполняли все инструкции…

– А меня не интересует! Вы, каждый из вас, до этого дня носили другие одежды! Кем вы были – банкиром? Ленивым младшим сыном? Вы можете действовать как попугаи, а я должен знать, что было сделано! Мне кажется, что доверие не слишком-то помогло успеху этой затеи!

Свенсон опустился на колени, осматривая бронзовую опору стола. Он перекладывал книги из руки в руку, когда менял позу, и осторожно потрогал пальцами прорезь камеры, куда будет вставлена книга. Наконец он поднялся и отдал ее в руки ассистента в перчатках.

– Нужно почистить. Не должно быть ни малейшего изъяна или пятнышка грязи.

– Доктор Свенсон, – позвала его графиня. – Мне нравится ваше страстное желание выжить, но каковы ваши требования? Это все?

Он посмотрел на мисс Темпл. Леди щелкнула языком.

– Вы не можете их спасти. Чаня уже нет. Селеста погибнет от вашей руки.

– Лучше от моей, чем от руки человека, кому все равно.

– Я уверена, что она оценит эту разницу. Вы слышите, Селеста? Или вы уснули?

– Роберт Вандаарифф был вашим врагом. – Голос мисс Темпл дрожал, и она стыдилась этого. – Его возрождение будет означать вашу гибель.

– Селеста, пока вы упорствуете, отказываясь видеть очевидное, я поступаю иначе. Одни вещи у меня получаются очень хорошо, другие – нет. – Графиня рассмеялась. – Например, я несильна в правописании. Роберт Вандаарифф был достаточно мудр, чтобы оценить, как много выгод я могу предложить. Круг возвращается к своему началу, потому что именно мы с ним все это начали. Доктор, что вы делаете?

– Забочусь о том, чтобы сохранить мою плату. – Доктор Свенсон склонился перед полкой с книгами, и мисс Темпл только теперь увидела кожаный футляр, тот самый, отобранный Фойзоном. Доктор показал его графине.

– Не хочу, чтобы моя книга разбилась, если начнутся беспорядки.

Но для того чтобы Свенсон смог убрать книгу в кожаный футляр, ему пришлось вынуть уже находившуюся там книгу. Потом пришлось несколько раз перекладывать книги из руки в руку, потому что у доктора был только один носовой платок, которым он мог предохранять свою кожу. Кроме того, он неловко вынул изо рта сигарету, а потом вставил ее туда снова.

– Доктор, пожалуйста, подскажите, что это за другая книга? – нетерпеливо спросила графиня.

Свенсон поднес ее к свету, скривился и пожал плечами.

– Мистер Фойзон может сказать наверняка, но я полагаю, что в ней хранится кардинал Чань.

– А Фойзон жив? – спросила графиня. – Я думала, нет. Приведите его в сознание! И того идиота тоже.

Последний призыв был обращен к наемнику в зеленой форме, стоявшему у ее окна-экрана. Тот сильно пнул неподвижного Джека Пфаффа. Ассистенты поспешили к Фойзону, перевернули, пошлепали по лицу, и он наконец очнулся и с трудом сел.

– Книга в кожаном футляре, – спросил Свенсон. – Это кардинал Чань?

Фойзон кивнул.

– Что произошло?

– Ваш господин мертв, – ответил Свенсон. – И собирается возродиться. – Он опустился на колени и поместил в футляр книгу, а потом встал, держа в руках другую, где, как подтвердил Фойзон, находилась память Чаня.

Свенсон взвесил ее в руках.

– Пожалуй, я тоже ее заберу, как часть оплаты.

– Нет, – сказала графиня.

– Почему нет?

– Я не верю вам, доктор.

– В этом мы похожи. – Он повернулся к мисс Темпл. – Простите меня, Селеста. Я пытался.

Не сказав ни слова, доктор Свенсон запустил стеклянную книгу в воздух. Она пролетела мимо охранников в зеленых мундирах, попала в открытый люк и, как все услышали, разбилась вдребезги о железные ступеньки.

Графиня просто взорвалась от гнева: это была ее книга, и ее можно было использовать вновь. Мисс Темпл только закрыла глаза. Когда Пфафф сказал ей, что Чань лишился разума и памяти, она была поражена, но теперь, после разрушения книги, оказалась полностью подавлена. С каким-то жутким облегчением Селеста выдохнула, как будто с воздухом из нее улетучились и надежда, и отчаяние. Впервые за долгое время, показавшееся ей годами, она могла ясно мыслить.

Находившиеся рядом с ней мужчины были полными идиотами.

– Разве полковник Бронк стоял бы как столб? А ваша мать? – Девушка говорила с трудом, но это было неважно. – Она собирается всех убить. Убить вас.

Махмуд поглядел на Шофиля. Графиня заявила холодным тоном:

– Я могу убить их сейчас. Но не стану, если меня не вынудят. Так нужно, доктор Свенсон, чтобы процедура работала?

Свенсон вернулся к столу Чаня и низко наклонился, чтобы заглянуть под стол.

– Я обследовал работу профессора, очевидно, он намеревался использовать их всех…

– Все должны быть поглощены! – подтвердил ассистент.

Его товарищи грозным кругом стояли у машин.

– Конечно. Однако, – продолжил уверенно Свенсон, – искусство – это не наука. Как учил меня мистер Шофиль, потери алхимической симметрии могут не влиять на желательный результат. – Он с отвращением указал на ванны. – Мистер Харкорт дает нам железо… мистер Келлинг – медь… бедный полковник Бронк – свинец. Теперь… железо, разумеется, нужно для крови…

Голова мисс Темпл кружилась. Чем больше говорил Свенсон, тем в большей степени воспоминания графа проникали в ее разум. Девушка кашлянула под маской. Каждое откровение Свенсона было как нож, вонзающийся в грудь. То же самое произошло с Франческой? Она представила истерзанный труп и вырезанные из него органы.