Чтение онлайн

Ему по-прежнему нужно было двигаться. Куда — всё равно. Стоило остановиться и задуматься, как появлялось ощущение, что он проживает жизнь своего двойника-неудачника.

Под чутким надзором Дуная он накопал в огороде червей, сложил в пакет, взял снасти и отправился к озеру. Путь лежал через овраг, огибающий деревню полумесяцем. Пересекая ручей, Алекс услышал Колюнин бас. Когда он смолк, несколько глоток взорвалось смехом.

Рыбачить расхотелось мгновенно. Можно было пойти к озеру другой дорогой. Хуже всего, что ничего нельзя с этим сделать. Существа они, как выяснилось, территориальные, он нарушил границу и смущает их своим пижонским видом.

И что теперь? Прятаться? Обходить места их скоплений десятой дорогой? Это ничего, если бы не гаденькая беспомощность. Ты слаб, ты в меньшинстве, значит, твой удел — прятаться, поджимать хвост.

Прятаться Алекс уже почти привык, а жить с поджатым хвостом не желал. Пока страх вовне, он — стимул, побудитель к действию, но если поселится внутри и станет частью — всё. Был человек и нет. Сгнил.

Значит, самое время подыскивать жильё. Это второе поражение, закончившееся позорным бегством. Позорным ли? Если бой заведомо проигран, что правильнее — принять удар или отступить? Или сдаться? Нет. Нет, даже если, отступая, спиной упрёшься в стену.

Жаль! Хорошее место, тихое. И работа так себе. Платят мало, но хозяин не контролирует. Неделю назад Алекс вскрыл защищённый файл, куда ведутся записи о сеансах. Если посетителей в клубе много, он удалял пару записей, и получалось, что на таком-то компе с десяти до часу никого не было. Деньги, появившиеся в кассе ниоткуда, перекочёвывали в его карман.

Каков план действий? Жильё искать в Симферополе или… Море. Сейчас оно, наверное, уже светится ночью… Чёрт с ними, с деньгами! Хватит хоронить себя. Если есть возможность получать хоть какую-то радость от жизни, почему бы её не использовать?

Значит, так: дождаться зарплаты, по Интернету подыскать дачу или недострой, собрать вещи и уехать. С Валентиной честнее поговорить заранее, чтобы другого квартиранта искала.

Размышляя, он сел на бревно. Умылся в ручье, глянул вверх, на пригорок, где рыготали местные, и решился на рыбалку. Зря, что ли, червей накопал? Правда, пошёл он оврагом, в обход.

Вечером, когда солнце коснулось голубоватых горных вершин, зазвонил телефон: Ануш.

— Алло?

— Привет! — прощебетала она. — Ты сегодня зайдёшь в магазин… ну, когда я закончу работу?

— Зайду, — ответил Алекс, наблюдая за поплавком, который подозрительно шевельнулся.

— Я тебе пакет приготовила… за ноут…

— Извини, у меня, кажется, клюёт. Вечером поговорим.

Бамбуковая удочка гнулась, леска натягивалась — рыба отказывалась плыть к берегу. Наконец-то! Не всё же плотву таскать!

Поймался крупный карась. И то добыча! Дед, рыбачащий неподалёку, посмотрел с завистью.

Завидуйте! Восемь плотвичек и карась. Клёв здесь никакой, не то, что дома.

Поставив миску с рыбками в холодильник, Алекс глянул на часы: без десяти восемь. Через десять минут освобождается Ануш. Наверняка возле магазина толкутся местные. Чтобы не нарываться на неприятности, он перезвонил девушке и назначил свидание возле трёх ив на озере.

На условленное место он пробирался огородами.

Вот и озеро цвета вечернего неба — синее-синее. И гладкое. Ануш ещё нет. Бульк — от брошенного камня побежали круги. Дальше, дальше, вот они уже на середине озера. Дед-рыбак кивнул, здороваясь; проверил наживку и закинул удочку. Снова побежали круги.

И вдруг кто-то налетел сзади:

— Ага!

Алекс прыжком развернулся: Ануш смеялась.

— Напугала!

— Н-нап-пугала, — проговорил он, чувствуя, как кровь пульсирует в висках. — Я т-теперь з-заика.

— Я тебе, вот, тормозок собрала, — она протянула пакет. — Шоколад, кефир, печенье.

Что-то тяжеловато для печенья и шоколада. Внутри зазвенело стекло. Алекс вынул две бутылки слабоалкоголки.

— Это нам на сейчас, — проговорила девушка, усаживаясь на обломок пенопласта. — Дай одну. Будешь?

— Буду, — Алекс скрутил крышки на бутылках, сел на траву рядом с Ануш, распечатал шоколадку и сразу же съел несколько кусков.

Налетел ветер, зашелестел в камышах. У берега квакнула лягушка, ей отозвалась другая, высунувшая мордочку из воды. Возле самого поплавка плеснула рыба, как будто насмехаясь над рыбаком. Старик заворчал, собирая снасти.

— Красиво тут, — проговорил Алекс.

— Ага, — кивнула девушка. — Только скучно. Одни отморозки вокруг.

— Ты в Симфере учишься? — Алекс сунул в рот травинку.

— Да, что обидно. Даже обстановку не сменишь. Каждый день возвращаешься и видишь эти рожи.

Сидя вполоборота, она бросала в воду камешки.

— Ты счастливая, — Алекс вздохнул. — У тебя есть дом. Пусть он тебе не нравится, но он твой. Ты можешь жить, как хочешь, и ни за кого не бояться…

— Опять заговорил, как дед, — девушка перевела взгляд, и Алекс прочёл в нём немое обожание. — Что же у тебя случилось такое страшное?

— Я должен буду уехать.

Лицо девушки вытянулось.

— Надолго? — спросила она осторожно.

— Навсегда. Куда, я ещё не решил.

Алкоголь вскружил голову. Захотелось говорить, выплеснуть переживания на эту девушку. Она не поверит, но это уже другой вопрос. Он уже открыл рот, но вовремя спохватился и прикусил язык. Вытянулся на траве, сложив руки на затылке.

— Я не хочу, чтобы ты уезжал, — ладонь Ануш легла на руку Алекса, поползла выше, взъерошила волосы.

Алекс перехватил её и поднёс к лицу, рассматривая роспись на ногтях: устрица на лазурном фоне, а в ней — жемчужина. Десять одинаковых рисунков.

— Сама рисовала? Красиво.

— Не хочу, чтобы ты уезжал, — она легла рядом и прижалась к Алексу.

Он поднялся, сел, опершись на руки за спиной.

— Послушай, Аня. Ты отличная девушка, просто замечательная. Не стоит тратить время на такого, как я. У меня ничего нет за душой и вряд ли появится. Я не имею права никого любить, чтобы не подставлять…

— Жить ради будущего глупо. Нужно жить здесь и сейчас, — проговорила девушка, обхватив себя руками.

— Я рад, что мне придется уехать, потому что иначе я привязался бы к тебе, а ты — ко мне…