Чтение онлайн

Они решили заниматься отчётами в кабинете Вила.

— У вас слишком холодно и неуютно, — передёрнул плечами коррехидор, — не говоря уже о том, что более-менее нормальный стул у вас всего один. На счёт Турады не беспокойтесь. Он в выходные дни носа не кажет в коррехидорию.

Первое, что бросилось в глаза, а точнее, в нос чародейке — был сильный запах чеснока, источник которого стоял прямо на письменном столе коррехидора. Это было блюдечко с нарезанным молодым чесноком. Именно оно и источало непередаваемый аромат. На подоконниках притулились чесночные головки, одна даже красовалась над входной дверью, пришпиленная солидной канцелярской кнопкой.

— Это ещё что за гадость? — Вил с отвращением поглядел на обилие измельчённого чеснока, — к нам в гости приходил чесночный фермер и любезно оставил образцы собственной продукции?

— Думаю, — хихикнула Рика, — это ваш адъютант позаботился о вашей личной безопасности. Ведь всем известно, что вампиры страшно бояться этого овоща.

Коррехидор вздохнул, вытряхнул чеснок в корзину для бумаг и, подумав, отправил туда же и блюдце.

— Давайте хоть окна откроем, — предложил он и пошёл заварил чай, и они принялись описывать события, имеющие отношение к семейству Парк. Рика норовила погрузиться в подробности, и коррехидору приходилось останавливать её, убеждая, что та или иная подробность не имеют значения, а поэтому вставлять их в текст доклада его величеству попросту не стоит. Чародейка кивала, спохватывалась, но буквально через пару минут предлагала то же самое.

Когда доклад был, наконец, закончен, а чай — выпит, их неспешный, ничего не значащий разговор был прерван неожиданным стуком в дверь.

— Ваше сиятельство, — раздался требовательный голос Турады, — вахтенный сказал, что вы на месте. Позвольте войти?

Рика вскочила со своего места. Не хватало ещё, чтобы Дурада застал её в очередной раз наедине с Вилом!

— Уйдите за ширму, — тихонько посоветовал коррехидор, — если не рвётесь лицезреть нашего ночного героя.

Чародейка последовала его совету, а Вил дал разрешение войти.

Вошёл Турада не один, в шаге за ним следовал сержант Меллоун, и они оба были чрезвычайно довольны собой.

— Господин полковник, — важно провозгласил Турада, хотя обычно использовал обращение «милорд» или «господин коррехидор», — имею честь доложить, что нашими силами был обнаружен мастер вампиров, на которого, как мы и предполагаем, может быть возложена ответственность за жестокое убийство в доходном доме супругов Цубаки.

— Вот как? — очень натурально изумился коррехидор. Рика за ширмой не могла видеть его лицо, но готова была поклясться, что одна из прямых тёмных бровей Вила взлетела вверх, демонстрируя степень потрясения, — ну так поведайте мне, каким образом вы пришли к этому мнению, и что за шаги были предприняты вашей, с позволения сказать, следственной группой для обезвреживания столь опасного преступника. Но сначала объясните чесночный перфоманс в моём кабинете.

— Для защиты вашего сиятельства, — ответил Турада, — предположение о виновности вампира потребовало от нас особенных ходов.

У коррехидора буквально готово было сорваться с языка ядовитое замечание по поводу Часовой башни, но он удержался, решив послушать объяснение Турады.

— Для начала нами были досконально изучены материалы дела, которые ваше сиятельство столь любезно предоставили в наше распоряжение, — адъютант слегка поклонился, и этот, чуточку ироничный поклон, должен был показать, насколько несерьёзными оказались результаты изучения, — нас удивило, что основной версией, выдвинутой нашими предшественниками, оказалась версия нападения маньяка, хотя характер множественных повреждений и якобы случайно образовавшаяся прореха в крыше мансарды недвусмысленно указывали на вампира.

— Да? — картинно удивился коррехидор, — и что же вас так убедило?

Рика за ширмой еле сдержала смешок.

Турада кашлянул и продолжил:

— Характер нанесённых повреждений указывал на то, что их нанёс вампир с целью скрыть акт питания за маской бытового насилия. Например, они специально могут ранить жертву в область печени, дабы обильное кровотечение скрыло то, что вампир успел полакомиться кровушкой. Ни для кого не секрет, что вампиры чрезвычайно хитры и всеми силами стараются скрыть любые следы своего существования. И главным их оружием выступает ни что иное, — он сделал многозначительную паузу под активные кивки Меллоуна, — как поддержание банального неверия обывателей в сам факт существования этих живых мертвецов. Ведь, если в человеческом обществе укоренится мнение, отрицающее наличие вампиров среди нас, то ни искать их, ни тем паче бороться с оными опасными тварями никто не станет. Осмотр крыши подтвердил наши наихудшие опасения, — Турада сокрушённо покачал головой, — крыша прохудилась не случайно. Вампир или даже, как мы считаем, мастер вампиров, пробил крышу специально, чтобы дожди размыли труп и способствовали его скорейшему разложению.

— Да, да, — не выдержал Меллоун, сгоравший от желания присоединиться к докладу, — расположение отверстия и характер латки на крыше один в один соответствовали размеру кулака взрослого мужчины или крупной летучей мыши. Мы с господином Турадой не можем в точности сказать, пробил ли кровлю вампир мощнейшим ударом руки или вылетел вон, обернувшись стаей летучих мышей.

— И потолок в комнате под номером десять при этом не претерпел ровным счётом никаких повреждений? — как бы ненароком заметил Вил.

Турада и Меллоун беспомощно переглянулись. Идея о пробитой самим вампиром кровле пришла им в голову уже после того, как они осматривали место преступления изнутри, и они оба были настолько уверены в собственной правоте, что мысль о потолке даже в голову не приходила.

— Мы не проверяли, — растерянно пожал плечами сержант.

— А вот мы проверили, — веско заметил коррехидор, — потолок в комнате номер десять был в полном порядке. Никаких дыр от предполагаемого кулака вампира или, тем более, от летучей мыши мы с госпожой Таками не увидели, это уж с гарантией. Ну так каковы были ваши дальнейшие действия?

Турада смутился на короткое мгновение, потом взял себя в руки, снова приобрёл важный вид и сказал:

— Проведённые нами подробные изыскания в Королевской публичной библиотеке только убедили нас в своей правоте, и мы предположили, что наш фигурант решил создать в Кленфилде свой клан. Для этого он обосновался в Часовой башне.

— Простите, что перебиваю вас, господин лектор, — в голосе коррехидора слышались откровенные издевательские нотки, — но каким образом на вашем умственном горизонте возникла Часовая башня?

В голове Рики упоминание Часовой башни ещё его величеством породило некие смутные воспоминания. Тогда она не стала на этом концентрироваться, но вот теперь… Почему-то перед глазами встала яркая обложка бульварного романа, на которой красивый блондин с клыками тянулся к шее практически обнажённой девицы, и всё это происходило на фоне открытого гроба, по ярко-алому шёлку внутренней обивки которого были в живописном беспорядке разбросаны белоснежные лилии. Конечно же! Мастер вампиров, обосновавшийся в Часовой башне — герой нашумевшего скандального романа «Гробовая любовь». «Вполне естественно, что автор скрыла своё имя под псевдонимом», — подумала чародейка, перед мысленным взором которой встали буквы, начертанные стилизованным старинным письмом. Госпожа Киё. Неужели Дурада и Меллоун руководствовались в расследовании популярным женским романом? Так они его ещё и читали!

За то время, пока девушка предавалась воспоминаниям за своей ширмой, парочка детективов успела поведать об идее предполагаемого клана вампиров в Кленфилде и о том, что этот самый мастер вампиров ищет достойную женщину для обращения, чем объясняется убийство на улице Белых тополей.

— Значит, вы почему-то решили искать своего вампира в Часовой башне Кленфилда? — спросил Вилохэд не обещающим ничего хорошего голосом.

— Да, — ответил Турада. В запальчивости объяснения он даже не заметил этого, — всем известно, что вампиры, как живые мертвецы, утрачивают счёт времени, поэтому-то они и выбирают местом своей дислокации оборудованные часовым механизмом городские строения.