Чтение онлайн

Когда поцелуи стали походить на укусы, я с силой оттолкнула его. От неожиданности Горан расцепил руки, и мне удалось вырваться из его капкана.

Я отступила в глубь камеры, слыша, как он тяжело дышит. Прежде чем успела что-то произнести, у двери раздался шум шагов, и Горан, покинув темницу, напоследок громко хлопнул дверью.

***

Я провалилась в сон, а когда проснулось все вокруг утопало в дневном свете. По голосам прислуги за окном поняла, что время близится к обеду. Значит, Горан откладывал мою казнь, давал еще отсрочку.

Только стала успокаиваться, как у дверей камеры появилось двое стражников и, бесцеремонно взяв меня под руки, вывели из тюрьмы. От страха у меня затряслись поджилки, но, вопреки моим ожиданиям, не посадили на телегу и не повезли на площадь, а повели к Горану. Проходя по замку, я краем глаза увидела свое отражение в одном из зеркал — грязная одежда, спутанные волосы, болезненно-худощавое лицо, на котором алели опухшие от ночных поцелуев губы.

Я робко переступила порог кабинета, не зная, что ожидать от волколака. В этот раз Горан встречал меня стоя ко мне лицом. Я с интересом рассматривала его новую тунику из дорогой ткани, подпоясанную с напуском кожаным ремнем, на котором висел украшенный драгоценными камнями кортик. Длинные волосы оборотня были собраны в пучок, а на шее висел дорогой кулон.

Ухмыльнулась. Как такой холеный красивый мужчина влюбился в меня?

— Я женюсь, — произнес вместо приветствия.

Почему-то меня больно кольнули его слова.

— Примите мои поздравления, лорд Лекант, — сказала максимально равнодушно.

Он внимательно смотрел за моей реакцией, но я не выказала досады.

— В честь предстоящей свадьбы и моей победы над берсеками, я решил даровать помилование всем узникам, которые провинились в не тяжких преступлениях… Я тебя отпускаю.

Тяжелый вздох сорвался с моих губ. Я не верила своим ушам, казалось, Горан продолжает надо мной издеваться. Или это вчерашняя ночь заставила его изменить решение?

— Спасибо, лорд Лекант, — по моим щекам покатились слезы.

Он с жалостью смотрел на меня, но не подошел и не утешил. Словно боялся, что, прикоснувшись, снова потеряет контроль, ведь на этот раз между нами нет железной решетки.

— В твоих интересах больше никогда не попадаться мне на глаза. Можешь идти.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять сказанное. А потом, опустив взгляд в пол, я снова пробормотала слова благодарности и выскочила из кабинета Горана.

Торопливо шла, временами переходя на бег. Только когда покинула территорию замка и оказалась в городе, меня захлестнули эмоции. Я свободна! Цела! И, наконец, увижу сестру! Мысли о ней придавали мне силы.

Я открыла калитку дома в разгар дня и сразу натолкнулась на тетку. Она застыла с открытым ртом, словно перед ней появился призрак во плоти.

— Волчьи боги! — пробормотала родственница.

— Где Майя?

— У себя, — еле шевелила губами женщина.

Я вошла в дом и подошла к двери комнаты. Стало страшно — вдруг зелье не помогло, и она лежит там бездвижная и разбитая горем? С придыханием отворила и замерла на месте — Майя стояла на кровати, поправляя занавеску.

На мое появление девочка повернула голову, и ее лицо залучилось счастьем.

— Агнежка, ты пришла! — она спрыгнула на пол, заставляя мое сердце вздрогнуть, и кинулась меня обнимать. — Я всем говорила, что ты меня не бросишь! А они мне не верили!

И эти объятья, как бальзам на душу, успокаивали меня — все, что я пережила, не напрасно. Я гладила ее по волосам, рассматривала родное лицо сестры — что-то меня в нем тревожило. Я не сразу поняла, что именно:

— Твои глаза… они поменяли цвет, — запрокинула голову девочки, осторожно рассматривая изменения.

Из-под густых ресниц на меня смотрела пара угольно-черных глаз, хотя у Майи всегда был голубой оттенок. Подобный цвет я встречала только у Анрэя.

— Я когда выпила последнее зелье, на следующий день цвет стал другим, — произнесла девочка со странной интонацией. Словно она что-то не договаривала. — Но больше ничего не изменилось.

— Главное, что ты здорова — остальное ерунда. Собирайся. Мы уходим отсюда.

— Наконец-то! — восторженно взвизгнула Майя и кинулась сбрасывать на кровать свои вещи.

Я вышла на улицу в поисках тетки. Ругаться с ней не хотела — нет смысла ей что-то доказывать или в чем-то объясняться. Но предупредить, что забираю Майю, должна. Обошла весь дом, но так и не нашла ее. Она предпочла спрятаться, боялась встретиться со мной лицом к лицу.

Так было даже лучше. Я спокойно приняла душ, собрала вещи, прихватив с собой припрятанный плащ Анрэя. Как вернуть его хозяину — не знала, а вот деньги сейчас были очень нужны. Тех запасов, что мне удалось накопить, нам хватит ненадолго. А торговец за дорогую вещь может дать приличную сумму.

Я собиралась покинуть город. После всего, что здесь произошло, мне не будет спокойствия. Уверена, даже после свадьбы Горан не даст мне продохнуть. Чем дальше я буду от него — тем лучше будет для всех.

За четверть часа мы собрали свои скромные пожитки и с двумя небольшими сумками вышли из дома нелюбимой родственницы. Я оставила ей небольшую записку, в которой предупредила, что мы уходим. Уверенна, она не будет сожалеть о об этом.

Мы с Маей сняли в трактире небольшую комнату. Я планировала эту ночь провести в Волчьей лощине, а рано утро выйти за главные ворота и покончить навсегда с Гораном и всеми оборотнями.

С умилением наблюдала за сестрой — она радостно прыгала, звонко что-то рассказывала и излучала такой свет, что все мои невзгоды забывались.

— А куда мы уедем? — спросила Майя, рассматривая нашу съемную комнату.

— В соседний город. Мне сказали, что одному пекарю в семью нужна служанка, и он готов нас принять, — солгала я.

Нельзя раскрывать своих истинных планов. Если кто-то из здешних узнает, что мы собираемся сбежать на территорию берсеков, у нас возникнут серьезные проблемы.

— А для меня там будет место?

— Конечно, — потрепала ее по волосам.

Комната в трактире была небольшой, но чистой и уютной: одна кровать, шкаф, стол со старой скатертью и пара стульев. Окно с пожелтевшими занавесками выходило на главную улицу. В такую жару оно было открыто настежь. Я подошла к нему — меня привлек шум за окном. Пара разгоряченных посетителей кулаками выясняли отношения у входа в трактир. На первом этаже гостиницы находилась харчевня, в которой подавали сносную еду и дешевый алкоголь. Когда мы только заселялись, почти все столики были заняты мужчинами, праздновавшими победу над берсеками. Мимо них прохаживались пара девушек легкого поведения. Мне не нравилось это место, но за те деньги, что у нас были, мы могли позволить комнату только здесь.